В последнее время я с головой ушел в книгу Уолтера Айзексона «Эйнштейн. Его жизнь и его Вселенная», чтобы разглядеть человека за гениальным ученым. И знаете что? Он был гораздо интереснее своих теорий! Я всё лучше узнаю, каким он был, когда не корпел над формулами. Его привычки, ритуалы, распорядок дня и характер... У него был один ежедневный ритуал, который помогал ему выходить на высочайший уровень мышления.
Эйнштейн проводил уйму времени вдали от своего рабочего стола. И делал это абсолютно сознательно. А потом просто брал и переписывал законы Вселенной. Совпадение? Не думаю.
Он буквально конструировал для себя регулярные паузы, отдыхая от собственных мыслей. Он планировал время вдали от напряженной работы мозга. Мало кто знает, но Эйнштейн мыслил картинками. Мысленные эксперименты, визуальные образы и интуитивные догадки — всё это ему приходилось переводить на язык математики уже постфактум.
«Воображение важнее знания. Потому что знание ограничено, а воображение охватывает весь мир, стимулирует прогресс и порождает эволюцию», — говорил он.
Он представлял, каково это — лететь верхом на луче света. Он видел в своем воображении человека, падающего в лифте без гравитации. Он видел вещи еще до того, как мог их доказать.
Вопрос в том — как?
Он очень ценил то, что древние греки называли «схолэ» (откуда, кстати, и пошло слово «школа»). Это означало «досуг» или «свободное время». Его «неспешное внимание к настоящему моменту» кардинально изменило его отношения с собственным мозгом.
Когда он придумал теорию относительности, он работал клерком в швейцарском патентном бюро. Это была скучная, монотонная рутина. Но именно она не высасывала из него ментальную энергию, оставляя его подсознание абсолютно свободным для блужданий.
Позже этот ритуал стал еще более осознанным. Эйнштейн совершал долгие прогулки по лесу. Он мог часами сидеть в маленькой лодке на озере, глядя на воду и держа в руках удочку... без наживки. Он играл на скрипке — причем, по собственному признанию, играл скверно. Но его это не волновало. Он предавался мечтам так глубоко, что со стороны это казалось непроходимой ленью. Но он прекрасно понимал: мозг не останавливается, когда останавливаетесь вы.
На самом деле у нашего мозга есть два режима мышления.
Сфокусированный и рассеянный (диффузный) режимы. Первый включается, когда вы садитесь за стол, пялитесь в экран и пытаетесь выдавить из себя решение проблемы. Рассеянный режим наступает, когда вы расслабляете внимание. Ваши мысли блуждают. Мозг начинает связывать воедино далекие друг от друга идеи, которые сознание старательно держало порознь.
Эйнштейн использовал свою скрипку, которую он ласково называл Линой, как переключатель между этими режимами. Когда он упирался в глухую стену при решении сложной задачи, он просто вставал и полчаса пиликал на скрипке. Его сын, Ганс Альберт, позже вспоминал: «Каждый раз, когда он чувствовал, что зашел в тупик или столкнулся с трудностью в работе, он искал спасения в музыке. И это обычно решало все его проблемы». Эйнштейн играл на скрипке всю жизнь, а больше всего на свете любил Моцарта.
Музыка для Эйнштейна была способом думать иначе.
Поговаривают, он не раз упоминал, что когда застревал на какой-то проблеме, просто брал в руки скрипку, и ответ приходил сам собой. «Если бы я не стал физиком, я бы, наверное, стал музыкантом. Я часто думаю музыкой. Я проживаю свои мечты в музыке. Я вижу свою жизнь через призму музыки», — признавался он.
Музыка была мостом к его гениальности.
Заставляя свои руки двигаться, а уши — слушать, он просто отключал аналитическую часть мозга. И тогда, без всяких помех на заднем фоне, проблема начинала обрастать новыми связями. Вдали от работы он обдумывал проблему совершенно иным способом, даже не подозревая об этом. Музыка давала его разуму возможность пойти по другому пути, не натыкаясь лоб в лоб на препятствие. А потом препятствие просто находило свое решение.
Когда вы отпускаете сфокусированное внимание или перестаете пытаться что-то из себя выдавить, активируется совершенно другая система. Ваш мозг, освобожденный от задачи толкать паровоз вперед, начинает связывать вещи воедино. Воспоминания цепляются за наблюдения. Застрявшие проблемы начинают складываться в логичный пазл.
Эйнштейн называл это «комбинаторной игрой». Он считал это важнейшей привычкой своего продуктивного мышления. Бесцельная, бессмысленная игра без всякого давления.
«Я могу думать 99 раз и ничего не найти. А потом я перестаю думать, плыву в тишине, и истина приходит ко мне сама». — Эйнштейн.
Еще одним его ритуалом для блуждания ума был парусный спорт. И здесь он тоже был далек от совершенства. Он регулярно переворачивал лодки. Игнорировал ветер. И выходил на воду в такую погоду, что его спутники седели от ужаса. Он наслаждался самим ощущением лодки на воде, тишиной и небом. А вот навыками мореплавания — не очень.
Сам он называл парусный спорт «спортом, требующим наименьших затрат энергии». Этот ритуал помогал ему оставаться в моменте, блуждать мыслями и размышлять. И он ценил это настолько высоко, что занимался этим всю свою взрослую жизнь.
Лао-Цзы в «Дао Дэ Цзин» писал: пустое пространство в сосуде делает его самым полезным. «Вылепите из глины сосуд — именно пустота внутри делает его полезным. Прорежьте двери и окна в комнате — именно эти дыры делают ее полезной. Таким образом, польза исходит от того, что есть, а полезность — от того, чего нет».
Мы тратим всё наше время на накопление фактов и навыков. Но забываем оставлять хоть немного пустого пространства для формирования новых связей. Без этого пространства мозг превращается в сплошной кусок скалы — в нем невозможно жить.
Гениальность Эйнштейна заключалась в его способности создавать это пространство. Он ценил пустоту.
Гениальные идеи редко приходят по щелчку пальцев. Они находят вас именно тогда, когда вы отворачиваетесь. Все мы знаем про «эффект душа», когда вы стоите под теплой водой, ваш мозг расслабляется, и вдруг — бац! — в голову приходит решение проблемы, над которой вы бились три дня.
Так вот, Эйнштейн масштабировал этот «эффект душа» на весь свой образ жизни. Он знал, что сознание может удерживать лишь несколько вещей одновременно. А вот подсознание обладает суперинтеллектом. Отходя от рабочего стола, Эйнштейн просто передавал штурвал своему подсознанию.
В наши дни для такого требуется немалое мужество.
Нас выдрессировали ценить бесконечную занятость. Работать каждую свободную минуту. Испытывать жгучее чувство вины, если мы не заняты делом или не решаем какую-то проблему. Мы одержимы поглощением информации: больше читать, больше учиться, больше производить, больше оптимизировать. Продуктивность любой ценой!
Эйнштейн всё это игнорировал. Он знал, что невозможно выпутаться из проблемы, используя только ту часть разума, которая ее создала. Именно поэтому он говорил: «Проблемы не могут быть решены с тем же типом мышления, который их создал».
Сфокусированный, аналитический ум отлично умеет выстраивать логические цепочки. Но чтобы выйти на уровень гениальности, нужен тот самый стирающий границы режим мышления, который включается только тогда, когда вы перестаете давить на газ. В дзен-буддизме есть понятие мусин («отсутствие ума») — это состояние, когда вы перестаете цепляться за мысли, перестаете контролировать ментальное пространство и просто позволяете вещам происходить. Монахи тратят годы, чтобы научиться входить в это состояние осознанно. Эйнштейн входил в него, скверно управляя яхтой.
Он работал короткими, сфокусированными рывками.
Несколько часов интеллектуальных усилий по утрам в патентном бюро в Берне, в начале его карьеры. Там рутинная работа оставляла его ум удивительно свободным. Потом — прогулки. Музыка. Разговоры. И снова прогулки.
Он читал много и без всякой системы. Труды Достоевского, Спинозы, Юма и Канта. Обсуждал философию с друзьями. Писал длинные письма. Один из его коллег, физик и философ Эрнст Мах, писал о важности того, что он называл «периферийным сознанием». Это те самые полузабытые мысли, которые остаются в вашей голове, пока вы заняты другими делами. Эйнштейн заставлял свой мозг обдумывать проблемы даже тогда, когда активно над ними не работал.
«Интеллект играет ничтожную роль на пути к открытию. Происходит скачок в сознании — назовите это интуицией или как хотите, — решение просто приходит к вам, и вы не знаете, как и почему». — Эйнштейн.
У Эйнштейна не было для этого никакой специальной системы. Он просто делал это. Это было для него естественно — возможно, потому, что он еще в молодости понял: это работает.
Но вы можете делать это намеренно. Воспринимайте время, проведенное вдали от работы, как другой вид работы. Тот вид, который ваш сфокусированный ум не потянет, а вот блуждающий ум выполнит на автомате, если только дать ему шанс.
Найдите свою версию озера с лодкой. Что-то, что дает вам ощущение присутствия, но ничего от вас не требует. Прогулка без подкаста в ушах. Ужасное рисование. Игра на инструменте, который вы никогда толком не освоите. Всё, что поглощает ваше тело и дает разуму свободу блуждать. Для меня отлично работают долгие пешие прогулки. Вашему аналитическому мозгу просто нужно почувствовать, что с него сняли все обязательства. Оставьте место для того, чтобы мысли могли соединиться.
По любым меркам Эйнштейн был самым продуктивным физиком-теоретиком XX века. И при этом значительную часть своего дня он занимался вещами, которые в современном мире никто не назвал бы продуктивными. Он ходил под парусом. Пиликал на скрипке. Гулял. Смотрел в окно и позволял своим мыслям улетать куда угодно. Именно эта практика давала его гениальному уму пространство для связывания идей.
Время на отдых с размышлениями, беседы, чтение ради удовольствия, неспешные мысли — всё это меняет ваши отношения с мозгом. Эйнштейн всегда обращал внимание на то, что работает. И его ритуалы «блуждания» были встроены в саму структуру его дней.
«Я живу в том одиночестве, которое болезненно в юности, но восхитительно в годы зрелости». ― Эйнштейн
Ритуал — это ваше обязательство. Это ежедневная ставка на то, что ваш блуждающий ум заслуживает внимания. Вы планируете время на размышления. Но точно так же вы должны планировать время на «не-думанье». Относитесь к этому с таким же уважением, как и к своей работе.
Поверьте, ваши лучшие идеи только и ждут, когда вы наконец-то замолчите и прислушаетесь.