Представьте взрослого человека, тело которого будто застряло в детских годах.
Нет, не в переносном смысле говорю. Не просто «молодо выглядит». А так, что паспорт показывает годы, а тело словно отказывается идти вместе с календарем.
Когда читаешь о таких случаях, первая мысль почти неизбежна: вот человек, на котором старение сломалось.
Но не спешите завидовать. В знаменитой истории Брук Гринберг, которую СМИ называли девочкой, «не старевшей» до самой смерти в 20 лет, ученые не нашли простой кнопки «бессмертие».
Позже, изучение похожих специфических случаев показали парадокс: внешний облик мог оставаться почти детским, но эпигенетические часы в крови у таких людей тикали примерно в соответствии с возрастом.
И что это значит? Редкий сбой развития?
Поговорим о настоящей генетике долголетия.
Не фантастической, где человек не стареет вообще. А куда более интересной. Оказывается, у некоторых людей ДНК словно ставит заслоны перед главными врагами возраста: раком, диабетом, инфарктом, деменцией, воспалением.
Не делает бессмертными - нет! Но иногда дает фору в виде какой-то из 7 генетических мутаций, природу которых очень важно понять.
1. GHR: когда организм плохо слышит гормон роста
Самая впечатляющие реальные истории связаны не с теми, кто «вечно молодой», а с людьми, у которых сломан прием сигнала роста.
При синдроме Ларона - карликовости - мутации в гене GHR мешают клеткам нормально отвечать на гормон роста. В итоге снижается путь IGF-1, связанный с ростом и делением клеток.
Но есть и плюсы: у людей с синдромом Ларона значительно ниже риск рака и диабета 2 типа, хотя продолжительность жизни сама по себе не обязательно выше, чем у родственников без синдрома.
Вот почему такое изменение в генах звучит почти как сюжет бессмертия, но на самом деле все гораздо сложнее.
За такую внезапную защиту от природы организму приходится дорого платить: низким ростом, особенностями обмена, медицинскими проблемами.
Эквадорский врач Хайме Гевара-Агирре десятилетиями наблюдал группу таких людей в южном Эквадоре, а Вальтер Лонго и коллеги связывали их необычную защиту с ослаблением про-старческих сигналов роста.
В 2024 году в базе NCBI отдельно отмечена работа Гевара-Агирре, Лонго и коллег о нормальных или улучшенных сердечно-сосудистых факторах риска у взрослых с дефицитом IGF-1.
В общем вы поняли, не случайно ведь речь идет о синдроме: целом комплексе признаков, указывающих на проблемы со здоровьем.
2. SERPINE1: амши, у которых старение оставило след слабее
Вторая история выглядит почти лабораторно, хотя началась в реальной изолированной общине.
Давайте обратим внимание на амши из Индианы. Это небольшая изолированная религиозная община в американском штате Индиана, потомки переселенцев из Европы, близкие к меннонитской традиции. Их часто путают с амишами в широком смысле, но в исследованиях долголетия речь идет именно о Old Order Amish из округа Берн, Индиана.
Для генетиков такие общины особенно важны: люди долго жили относительно замкнуто, браки часто заключались внутри группы, родословные хорошо прослеживаются, поэтому редкая мутация может стать заметнее.
Именно у части этих амшей нашли вариант в гене SERPINE1, связанный с более низким уровнем белка PAI-1, более длинными теломерами, меньшей частотой диабета и большей средней продолжительностью жизни.
Это редкая потеря функций в гене SERPINE1, который кодирует PAI-1.
Команда Садии Хан из Northwestern University изучала 177 представителей общины Бернских амшей, среди них 43 носителя неработающей копии SERPINE1. У носителей мутации средняя продолжительность жизни оказалась примерно на 10 лет выше, теломеры в лейкоцитах были в среднем на 10 процентов длиннее, а диабет встречался реже.
Согласитесь, результаты исследования звучат как доказательство сильнее, чем красивая легенда. Есть конкретная община, конкретный ген, конкретные измерения.
Но и тут не стоит кричать «найден ген бессмертия».
Конечно, речь идет о редкой мутации на уровне ДНК в очень обособленной популяции, а не о волшебной таблетке для человечества.
Зато она показывает важную вещь: старение можно чуть сдвинуть, если вмешаться в воспаление, обмен веществ, свертывание и состояние сосудов.
3. FOXO3: сторож, который включает режим выживания
Если бы у клетки был ночной сторож, который проверяет повреждения, стресс и расход энергии, одним из кандидатов на эту роль был бы FOXO3.
Замечу, это снова не единственное сказочное изменение, а набор вариантов, которые многократно всплывали в исследованиях генома долгожителей.
Российская группа С.С. Кунижевой, В.П. Волобаева, М.Ю. Плотниковой, Д.А. Куприяновой, И.Л. Кузнецовой, Т.В. Тяжеловой и Е.И. Рогаева в обзоре журнала «Генетика» пишет, что вклад генетических факторов в продолжительность жизни человека оценивается примерно в 25–30 процентов.
Там же отмечено: среди локусов, влияние которых подтверждалось в разных популяциях, находятся APOE, FOXO3A, CDKN2B-AS1 и 5q33.3.
А в работе Франка Флахсбарта, Альмут Небель и коллег по FOXO3 были выделены варианты rs12206094 и rs4946935, связанные с долголетием и влияющие на активность регуляторных участков гена.
Проще говоря, ученые выявили не «ген бессмертия», а тонкую настройку реакции клетки на стресс.
4. APOE: вариант, от которого зависит старость мозга
Есть гены, о которых лучше бы не узнавать. APOE как раз из таких.
Аллель ε4 связана с повышенным риском болезни Альцгеймера и сердечно-сосудистых проблем, а вот ε2 чаще встречается у долгожителей.
По данным обзора российских специалистов в международном журнале «Генетика» известно, в сравнительных исследованиях долгожителей варианты APOE ε4 встречаются реже, а APOE ε2 чаще.
На этом примере особенно заметно, почему слово «бессмертие» обманчиво.
APOE не отменяет старость. Он меняет вероятности.
У кого-то мозг десятилетиями идет по более опасной дороге, у кого-то по чуть более защищенной.
Разница не выглядит как магия, пока не вспомнишь, что для конкретной семьи лишние годы ясной памяти могут значить больше любой легенды о вечной молодости.
5. CETP: холестерин, который оказался не просто цифрой в анализе
Пятая история «чудесных поломок» началась с ашкеназских еврейских долгожителей.
Нир Барзилай и коллеги из Albert Einstein College of Medicine изучали людей 95–107 лет и их детей.
Они нашли связь исключительного долголетия с вариантом CETP I405V: у долгожителей и их потомков чаще встречались более крупные частицы HDL и LDL, а сам вариант был связан с более низкой распространенностью гипертонии, сердечно-сосудистых болезней и метаболического синдрома.
Меня в этой истории задевает распространенное мнение о контроле холестерина. Ведь в из каждого медицинского утюга несется - надо контролировать уровень холестерина.
Мы привыкли слышать: «холестерин плохой - надо снижать».
А вот генетика показывает - важно не только и не столько количество. Роль играет устройство всей системы перевозки жиров.
У одних людей сосуды десятилетиями изнашиваются быстрее.
У других, возможно, сама липидная упаковка работает мягче.
6. PCSK9: врожденная защита от главного врага
Если сердце, сосуды и холестерин кажутся вам скучной темой, тогда вспомните простую вещь: сердечно-сосудистые болезни остаются одним из главных убийц человека.
Поэтому мутации, которые снижают риск инфаркта, воспринимаются почти как защитный оберег.
Генетики выявили: потеря функции в PCSK9 снижает разрушение рецепторов LDL. По этой причине печень лучше убирает «плохой» холестерин из крови, а риск сердечно-сосудистых событий падает.
В крупном датском исследовании 103 083 человек носители варианта PCSK9 R46L имели более низкие уровни LDL и липопротеина(a), а также статистически значимый меньший риск инфаркта миокарда.
Сбор данных по большому массиву проведенных исследований относительно R46L показал снижение LDL у его носителей на 12% и снижение риска ишемической болезни сердца на 28%.
Что ж, надо думать, обнаружен тот самый редкий случай, когда природа будто сама провела испытание. Люди с такими вариантами ДНК подсказали медицине мишень, а затем появились и препараты, блокирующие PCSK9.
7. APP A673T: редкая защита от болезни Альцгеймера
Последняя мутация, пожалуй, самая тихая. Она не делает человека юным лицом. Не обещает силу. Не отменяет седину. Но может защищать то, что страшно потерять сильнее внешней молодости: память.
В 2012 году Торлакур Йонссон, Кари Стефанссон и команда deCODE genetics описали редкий вариант APP A673T.
Он связан с защитой от болезни Альцгеймера и возрастного снижения когнитивных (мыслительных) функций. В статье Nature сообщалось, что этот вариант мутации снижает образование амилоидогенных пептидов примерно на 40% в экспериментах с клетками.
Вот где тезис о бессмертии неожиданно становится очень человеческим:
Не жить бесконечно, а дольше оставаться собой.
Списка супер людей не существует
Самый честный вывод звучит тише заголовка: ни одна из 7 мутаций не делает человека буквально бессмертным.
Более того, российские исследователи прямо подчеркивают, что найденные варианты в генах-кандидатах APOE/TOMM40, CDKN2B-AS1 и FOXO3A представляют собой лишь небольшую долю наследуемости долголетия.
А в работах с данными UK Biobank авторы не нашли простого варианта, который напрямую управлял бы «общим старением» независимо от болезней.
Команда Вадима Гладышева, в которую входили Анастасия Шиндяпина, Александр Зенин, Андрей Тархов и Петр Федичев, показала другой важный слой: у людей с более долгой и здоровой жизнью в среднем меньше редких повреждающих вариантов, обрывающих белки.
И вывод здесь очевиден: долголетие - это не одно выигрышное изменение в ДНК, а отсутствие множества мелких проигрышных.
Как думаете, может и незачем искать ген вечной молодости? Похоже, что точечные мутации не ведут к исчезновению старости, а фраза «почти бессмертные люди» хороша как крючок, но плоха как вердикт.
Генетика долголетия говорит - это не о бессмертии, а о запасе прочности.
Подпишитесь на канал, потому что в следующей публикации рассмотрю еще более опасную для мифов тему: правда ли, что все рыжеволосые из одной древней «точки происхождения», или красивая версия снова окажется сложнее, чем звучит?
Читайте также: