В видеообращение в преддверии официального визита в КНР президент России Владимир Путин напомнил, что «25 лет назад Россия и Китай подписали Договор о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве, заложивший прочную основу для формирования подлинно стратегического взаимодействия и всеобъемлющего партнёрства на благо наших стран и народов. И в настоящее время российско-китайские отношения достигли действительно беспрецедентного уровня».
На фоне санкционного давления и глобального передела рынков российско-китайские отношения становятся все более прагматичными — с опорой на энергетику, логистику, технологии и инфраструктуру. «Сближение продолжается: Россия для Китая надежный поставщик ресурсов, Китай для России — огромный рынок сбыта и источник технологий, — заявляет заведующая кафедрой международного бизнеса Финансового университета при Правительстве РФ, к.э.н. Марина АМУРСКАЯ на actualcomment.ru».
Главными выгодоприобретателями нового этапа сотрудничества становится целый ряд отраслей. Энергетика — по-прежнему основа. По заявлениям двух сторон страны готовятся к «серьезному» прорыву в этой области. В сфере логистики и инфраструктуры Китай активно продвигает проекты Северного морского пути и приграничья (зоны свободной торговли (ПЗСТ) во Внутренней Монголии и транспортные хабы). Перспективными сферами в технологии являются искусственный интеллект, робототехника, космос, оборонка. Освободившиеся ниши европейских брендов будут и в дальнейшем замещаться китайскими.
Рынок уже учел общий фон, однако нынешний визит становится для многих новых проектов отправной точкой. Он вызывает существенные подвижки в отдельных документах, секторах и проектах, где ранее прослеживались застойные явления.
Зависимость российского бизнеса от китайского рынка сегодня достаточно высока и уже в некоторых отраслях создает серьезные уязвимости. При этом у России есть также свои рычаги, и они носят в основном стратегический характер — энергоресурсы, продовольствие. Главный вопрос на сегодня не в том, превращается ли конкретное сотрудничество в уязвимости, а в том, насколько болезненны эти уязвимости и есть ли варианты маневров, считает экономист Марина Амурская.
Все получается, когда государственное переплетается с личным: в видеобращении Владимир Путин говорит о духовной и экономической близости наших стран, а председателя КНР называет «давним добрым другом». «Полное взаимопонимание медведя и дракона — это во многом результат личной дружбы президента России и председателя КНР. Российский президент посещал Поднебесную больше 20 раз, и каждый визит — это новая точка роста в политике, экономике, культуре», – особо отмечает корреспондент ren.tv Николай Иванов.
Вместе с президентом в Китай прилетели пять вице-премьеров и восемь министров. Переговоры — в узком и широком составе, совместное заявление, в финале — встреча за чаем. Это уже стало традицией: важнейшие вопросы планетарного масштаба обсуждают в тишине, так было и в 2024-м, и в 2025 году. «Тесная российско-китайская стратегическая связка играет важную стабилизирующую роль на мировой арене. При этом мы не дружим против кого-либо, а работаем на дело мира и всеобщего процветания», –
напомнил президент Путин. Цель понятна, чтобы мир стал справедливее, а народы наших стран жили лучше.
Развитие двустороннего сотрудничества России и Китая вызывает все больше интереса и больше вопросов у разных аудиторий. В целом вектор отношений понятен, нюансы — в деталях, считает руководитель Научного совета Центра политической конъюнктуры Алексей ЧЕСНАКОВ.
Путин глубоко погружен в вопросы мирного урегулирования конфликта на Ближнем Востоке: это и регулярные контакты по телефону с лидерами ближневосточных стран, и личные встречи, можно вспомнить недавний визит главы МИД Ирана Аракчи в Санкт-Петербург. Кстати, сразу после встречи российского президента с Аракчи состоялся его телефонный разговор с Трампом, что тоже показательно. Москва контактирует со всеми участниками конфликта. Китай глубоко погружен в эту историю и явно Москва и Пекин координируют свои действия и заявления.
Следствием ближневосточного кризиса является повышенная турбулентность на энергетических рынках. В структуре российского экспорта в Китай ключевыми позициями остаются нефть, газ, уголь и другие сырьевые товары. Не удивительно, что повышенное внимание — к «Силе Сибири-2». Заинтересованность в проекте со стороны Китая явно увеличилась. Для России энергетическая связка с Китаем — способ компенсировать сужение европейского направления и увеличить диверсификацию поставок.
Конфликт на Украине, упомянут сторонами, но, как это уже бывало, формулировки остаются мягкими. Здесь важно зафиксировать отсутствие новых нарративов. Последние были озвучены Путиным в ходе встречи с журналистами 9 мая.
Конечно, будет много сравнений визитов Путина и Трампа. Скорее всего, фокус внимания сместится на символические моменты, но куда важнее — содержательная часть. Какую роль может сыграть Китай в нормализации более широкого диалога по линии Россия—Запад, возможна ли такая нормализация в принципе. Здесь также важны вопросы стратегической безопасности, которые на троих должны обсуждать Россия, Китай и США.
Важные месседжи из Китая ещё будут озвучены в преддверии крупных программных форматов на Западе: 15–17 июня — саммит G7, 18-19 июня — заседание Европейского совета. Международная повестка уплотняется, поэтому так необходима балансировка стратегических позиций.
* * *
Судя по итогам окончившегося 15 мая визита президента США Д. Трампа в КНР, сторонам удалось устранить наиболее острые противоречия в двусторонних торгово-экономических отношениях и выработать правила конкуренции, которые должны на будущее уберечь китайско-американские отношения от резкого ухудшения, пишет Дмитрий ВЕРХОВЦЕВ на ritmeurasia.ru. Решению комплекса торгово-экономических вопросов помогла, очевидно, отдельная встреча в Южной Корее между министром финансов США С. Бессантом и вице-премьером Госсовета КНР Хэ Лифэном. Си Цзиньпин в ходе переговоров с Трампом сказал о «в целом сбалансированных и позитивных результатах».
Минторг КНР сообщает, что стороны достигли «положительного взаимопонимания» по соответствующим тарифным соглашениям. Удалось добиться существенного прогресса в устранении некоторых нетарифных барьеров и вопросов доступа на китайский рынок для определенных сельскохозяйственных продуктов из США. Кроме того, стороны достигли договоренностей относительно закупки Китаем самолетов у США, а также гарантий США в отношении поставок авиационных двигателей и комплектующих в Китай. Однако вместо заявленных американцами 500 самолётов, Китай согласился на закупку лишь 200.
Один из ключевых вопросов экономической повестки переговоров можно условно обозначить, как обмен китайских редкоземельных ресурсов на передовые американские микросхемы, в частности под программы ИИ. Ранее США ввели запрет на такие продажи в Китай для компании «Энвидиа» – главного производителя этой продукции. Для Трампа одной из важнейших задач было добиться от китайской стороны расширения доступа на китайский рынок крупнейших компаний из США в области высоких технологий. С этой целью Трампа сопровождали представители более 10 известных компаний, в том числе Тим Кук («Эппл»), Дженсен Хуанг («Энвидиа»). С представителями американского капитала у Си Цзиньпина состоялась отдельная встреча.
Вторая принципиальная составляющая китайско-американских отношений – тайваньский вопрос. Си предупредил Трампа о том, что неуважительное отношение к Тайваню приведет к «столкновениям и даже конфликтам, что поставит под угрозу все двусторонние отношения». Принципиальная китайская позиция сводится к ставке на мирное воссоединение острова с материковым Китаем. КНР не исключает применение силы, но лишь при попытках тайваньской администрации или внешних сил объявить о независимости острова.
Сейчас Трамп тайваньский вопрос не актуализирует. Он отменил (пока) поставку очередной партии вооружений на Тайвань в размере 14 млрд долл. Госсекретарь США М. Рубио сказал, что позиция США по тайваньской проблеме не изменилась, т. е. США не поддерживают независимость Тайваня, но «любое принудительное изменение статус-кво в сложившейся ситуации было бы плохо для обеих стран».
Блок вопросов мировой повестки был представлен иранской и украинской темами. У Китая тесные связи с Ираном и ожидалось, что Трамп обратится к Си Цзиньпину с просьбой о посредничестве в прекращении блокады Ираном Ормузского пролива и отказе от ядерной программы. Но, по словам Рубио, Трамп «ни о чём его не просил». Си ничего существенного не сказал по Ирану, по крайне мере, публично. Китайская сторона в его лице повторила свою традиционную позицию – она против обладания Ираном ядерным оружием. Согласно отчёту США о визите, Си Цзиньпин выступил против милитаризации Ормузского пролива, а также против платы за его использование. Он также выразил заинтересованность в покупке американской нефти.
Эксперты в США сомневаются, что Китай будет сильно давить на Тегеран или прекратит военную поддержку, хотя со слов Трампа, Си Цзиньпин якобы пообещал не оказывать военную помощь Ирану. Но, зная Трампа, следует делить его слова на два.
Каковы последствия договорённостей США и КНР для постсоветского пространства? В основном речь тут идёт об украинском кризисе, поскольку этот вопрос затрагивает интересы России и Украины в первую очередь, но также и тех бывших республик СССР, которые прямо или косвенно помогают киевскому режиму в войне с Россией. Под последними подразумеваются Азербайджан и Армения. На сегодня и в КНР, и в США, и в России стремятся завершить украинский кризис. Но каждая из этих трёх сторон понимает, что это зависит, прежде всего, от Вашингтона. Достаточно прекратить поставки американских вооружений украинским формированиям (американцы продают вооружения Европе для Киева) и передачу разведданных, чтобы военная фаза кризиса была в короткие сроки прекращена.
Россия упоминалась по итогам переговоров ещё и в контексте ограничения ядерных арсеналов. В феврале истёк срок действия российско-американского Договора о стратегических наступательных вооружениях. Ранее администрация Трампа уже ставила вопрос об участии Китая в новом договоре.
Реальные итоги визита будут видны не только по дальнейшим действиям США и Китая по торговым вопросам, на иранском и тайваньском направлениях. Влияние визита Трампа в КНР на украинский кризис и постсоветское пространство в целом увидим также по действиям Азербайджана и его контактам с Киевом и, вероятно, по действиям Армении.
По материалам СМИ. Источник: газета Слово Подписывайтесь на газету «Слово»! Подписной индекс: П4244 (индекс каталога Почты России) Подписаться на Почте России через интернет можно здесь Подписку также можно оформить через следующие агентства: ГК «Урал-Пресс» — (подписка в России и за рубежом) ООО «Деловая Пресса» — (цена указана с учётом доставки заказной бандеролью) Подписку на электронную версию газеты «Слово» в России и за рубежом осуществляет компания «Академические ресурсы и интеллектуальные системы» («АРИС»), обращайтесь по телефону: (495) 777-65-57, доб. 122 или по электронной почте: sales@ar-is.online