Стою вчера на кассе в «Пятёрочке». Боня на руках. Два кило триста — собака, а не собака. Кассирша смотрит на него и говорит: «Ой, бедненький, замёрз весь, трясётся как!»
А он не замёрз. На нём комбинезон за 1800 рублей, под комбинезоном свитер. На улице плюс пятнадцать. Он просто увидел, что мужик за нами в очереди шуршит пакетом.
Пакет. Обычный пакет из «Магнита». И всё — Боню трясёт так, будто ему сейчас ипотеку оформлять.
Как я утепляла той-терьера
Я его завела три года назад. Думала — маленькая собака, удобно, в квартире места мало, гулять недолго, корма немного. В целом не соврали. Но никто не предупредил, что я заведу существо, которое дрожит примерно 70% времени бодрствования.
Первые месяцы я честно думала, что ему холодно. Ну а что? Маленький, худой, уши просвечивают на свету. Я купила ему один свитер, потом второй, потом флисовый комбинезон, потом утеплённый комбинезон, потом попону. У меня самой столько верхней одежды нет.
Надеваю на него свитер — дрожит. Заворачиваю в плед — дрожит. Кладу к батарее — дрожит. Включаю обогреватель — дрожит рядом с обогревателем. Сижу, смотрю на него и думаю: может, мне его в духовку засунуть? На 50 градусов?
Той-терьер трясётся на прогулке и дома: когда дело не в холоде
А потом я начала замечать закономерности.
Вот Боня лежит на диване, завёрнут в плед, нос тёплый, пузо тёплое — не дрожит. Тишина в квартире. Всё спокойно. И тут — звонок в дверь. Курьер с «Озона». Всё. Бонечка затрясся так, что плед ходуном ходит. При этом он ещё и лает. То есть он одновременно боится и нападает. Два с половиной кило ярости и паники.
Курьер ушёл. Я закрыла дверь. Боня ещё минут десять сидит и трясётся. Потом я шуршу пакетиком с его кормом — и знаете что? Мгновенное исцеление. Подбегает, хвост пистолетом, глаза блестят, никакой дрожи. Артист.
***
Или вот. Гулять выходим. В лифте он дрожит всегда. Каждый раз. Мы живём на четвёртом этаже, лифт едет секунд двадцать. Двадцать секунд он стоит и трясётся на поводке. Двери открылись — побежал нюхать угол подъезда, всё нормально.
На улице увидел голубя — дрожит. Голубь улетел — побежал дальше. Мимо прошла овчарка — Боня залаял на неё как ненормальный. Овчарка даже не повернулась. Хозяин овчарки посмотрел на нас с таким выражением… Ну знаете. Как на муху, которая жужжит у монитора.
А вечером того же дня Боня испугался шуршащего пакета, который ветром по двору несло. Лаять на овчарку — пожалуйста. А пакет — это страшно.
***
Я когда наконец полезла разбираться, выяснилось интересное. Той-терьеры дрожат вообще не только от холода. И даже не в основном от холода. У них от природы быстрый обмен веществ и очень подвижная нервная система. Проще говоря, они на всё реагируют всем телом.
Радость — дрожит. Страх — дрожит. Возбуждение — дрожит. Кто-то пришёл — дрожит. Кто-то ушёл — дрожит. Ничего не происходит, но сосед наверху уронил что-то — дрожит.
Я это поняла, когда однажды Боня затрясся от радости. Я пришла с работы, открыла дверь, он прибежал, прыгает, визжит, крутится — и дрожит. Весь. Мелко-мелко. Не от холода, не от страха. Просто от того, что я пришла, а эмоций у него больше, чем тела.
Как я пыталась отучить той-терьера дрожать и что сказал ветеринар
В ветклинике, кстати, он выдаёт максимум. Там он дрожит так, что ветеринар однажды спросила: «А он у вас всегда такой или только тут?» Ну конечно только тут. Хотя нет, вру. Почти всегда такой. Но тут прямо трясучка уровня «финальный босс».
При этом весит — я уже говорила — два триста. Его на весах-то еле видно. Стоит на столе, лапы разъезжаются, глаза как у лемура, вся грудная клетка ходит. Врач его щупает, а он смотрит на меня с немым укором. Знаете такой взгляд обиженного бухгалтера, которому опять не дали отпуск? Вот точно такой.
***
Я, конечно, пыталась его «исправить». Покупала успокоительные капли — 450 рублей за флакон. Бонифаций понюхал, отвернулся, пошёл трястись на диван. Адаптил в розетку включала — тот, который феромоны распыляет. Восемьсот рублей. Боня дрожал рядом с розеткой.
Свитера тёплые, одеяла, грелка в лежанку — всё перепробовала. Потратила на его утепление больше, чем на свою зимнюю куртку.
А потом ветеринар мне сказала нормальным человеческим языком: «Если он ест, пьёт, играет, не вялый — значит, здоров. Просто нервная система такая. Не все тои такие, но ваш — такой. Привыкайте».
Ну ок. Привыкаю. Третий год.
***
Единственное, что я поняла: есть дрожь, на которую не надо обращать внимания, а есть — надо. Если Боня дрожит и при этом отказывается от еды, или лежит и не встаёт, или скулит — это уже другая история, и надо к врачу. Один раз так было, оказалось — живот болел. Но это именно было заметно по поведению, не только по дрожи.
А если он дрожит, но при этом бегает, ест, лает на пылесос, ворует мой носок из корзины и требует играть — ну, значит, просто Боня.
Сейчас сижу, пишу это. Он рядом на диване. Свернулся в клубок, нос спрятал, не дрожит. Тепло, тихо, никто не звонит, пакетами не шуршат. Спокойный, маленький, тёплый.
Через полчаса я пойду на кухню греть чайник. Чайник щёлкнет. Боня проснётся. И затрясётся.
Потому что чайник. Потому что щёлкнул. Потому что Боня.