В издательстве «Абрикобукс» вышла повесть Людмилы Потапчук «Лихоманка, 12». История отправляет читателей в маленький город, где древние легенды и странные существа давно соседствуют с людьми, но не потерпят того, чтобы те вмешивались в их дела.
Рассказываем самое важное о книге и задаём интересные вопросы её автору.
О чём книга
Трое подростков, пытаясь справиться с личными проблемами, становятся участниками мистических событий, происходящих в городке.
В жизни близнецов Кристина и Никита и их одноклассника Максима вмешивается какая-то потусторонняя сила. После того, как сводная сестра Крис и Ника принесла с улицы старую игрушку, дома происходит странное: замерзают батареи, происходит нашествие жуков. А за Максом начинает ходить странная, пугающая девочка и задавать вопросы про его умершего деда. Всё сводится к дому по улице Лихоманке, который давно хотят снести, но его потусторонние жильцы явно против.
👦 12+
Об авторе
Людмила Потапчук родилась в 1979 году в Ульяновске. Лет с одиннадцати писала стихи. Опасается, что её мама до сих пор какие-то из них хранит.
Училась в музыкальной школе, играла на гитаре, пианино и мандолине. Подумывала о музыкальном училище, но в четырнадцать лет очутилась в редакции детской газеты «К доске», где корреспондентами работали подростки. После окончания школы поступила в Литературный институт.
К окончанию учёбы в институте я точно знала две вещи. Первая — я выйду замуж за своего сокурсника и рожу ребёнка, а лучше двух. Вторая — я никогда не буду писать ничего похожего на художественную литературу. Потому что не всем же быть поэтами-писателями. Одним дано, другим нет. Мне — не дано.
Первое оказалось правдой; мы с тем самым сокурсником поженились, и женаты до сих пор, и у нас двое детей.
Второе я сама сделала неправдой, будучи уже совсем взрослым человеком.
Но до этого Людмила успела поработать медицинским журналистом, побыть матерью, женой, хозяйкой. И ещё раз студенткой.
По второй специальности — педагога-дефектолога — Людмила тоже успела поработать. Параллельно писала разные тексты на заказ. В какой-то момент она поняла, что хочет написать то, что никто не заказывал. И начала писать.
Несколько работ Людмилы были отмечены наградами. «Не обижайте Здыхлика» победил в конкурсе «Электронная буква». Ещё две повести побывали в коротком списке конкурса «Книгуру», повесть «Проходите, раздевайтесь» заняла второе место в конкурсе «Белой вороны».
Мы поговорили с Людмилой о её творческом пути и «Лихоманке, 12» — новинке, вышедшей в издательстве «Абрикобукс».
Мне есть о чём написать
Расскажите о вашем творческом пути: как начали писать, как осознали себя писателем? Или, может быть, это знание было с вами всегда?
Писать книги я впервые захотела ещё в пять лет — вскоре после того, как научилась читать. Даже писала сказки печатными буквами; у меня была специальная толстая тетрадь и ручка с зелёным стержнем — как раз для сказок. Но едва ли это было серьёзным желанием: параллельно я хотела стать врачом, певицей, балериной, а больше всего — космонавтом.
В юности писала стихи, в Литературный институт поступила именно на отделение поэзии. А всерьёз начала писать прозу уже взрослым человеком; у меня к тому времени было две профессии, двое сыновей и разнообразный жизненный опыт. Просто поняла, что мне есть что сказать, есть о чём написать.
Татуировка Снусмумрика
На каких книгах вы выросли? Есть ли авторы, на которых ориентируетесь в своём творчестве?
Если говорить о детских книгах — это, конечно, «Шляпа волшебника» Туве Янссон. Другие её книги тоже люблю, но в моём детстве была именно эта. Такой, какая есть сейчас, я во многом стала благодаря этой книге. До сих пор иногда перечитываю её в разных переводах. И да, у меня есть татуировка с уходящим в странствия Снусмумриком. И да, моя мама о ней до сих пор не знает.
Ещё Астрид Линдгрен — в первую очередь трилогия о Карлсоне, во вторую всё остальное. Сказки Пушкина, «Конёк-Горбунок» Ершова. Былины — ох, я их в детстве только что не наизусть знала! От былины «Михайло Потык» у меня до сих пор мороз по коже.
Народные сказки — все, до которых могла дотянуться. Русские, татарские, чувашские (я же росла в Поволжье). Узбекские. Французские, английские. Японские. Африканские. Всякие.
Если говорить о книгах недетских, то очень люблю Фолкнера и Стругацких. И Гоголя. И Кафку.
Из современных авторов люблю Дарью Бобылёву и Евгению Некрасову. А вообще много кого люблю. Но сознательно ни на кого не ориентируюсь.
Фольклор — не меньшая реальность
В своих книгах вы часто обращаетесь к фольклорным мотивам. У вас с людьми соседствуют мистические существа, вытягивающие энергию, домовые и ведьмы. Чаще всего это не очень приятные персонажи. Почему вас так интересуют эти герои и почему вы обращаетесь к страшному в своём творчестве для подростков?
Фольклор настолько разнообразен, стар и могуч, что это уже не меньшая реальность, чем то, что обычно зовут реальностью. И ещё неизвестно, где больше неприятных персонажей и событий. Так почему бы не обращаться к фольклору как к источнику персонажей и сюжетов? Он немногим беднее, чем жизнь.
Те, кто создавали фольклор, пытались доступными им способами ответить на вопросы, на которые, возможно, и ответа-то нет. Наверное, я пытаюсь делать то же самое.
А почему я обращаюсь именно к страшному? Может, потому что сама боюсь.
Способ побороть страх — посмотреть ему в глаза.
«Лихоманка, 12» — это мистическая история, немного триллер и хоррор, согласны? А что ещё эта книга для вас, не только в смысле жанра, но и по духу?
Честно? Не задавалась целью рассказать страшную историю. Просто хотела рассказать историю. Я ли виной тому, что окружающее нас пространство не кишит розовыми единорогами? Когда я задумывала эту книгу (искренне хотела написать нежную светлую повесть о первой любви), у нас в Пушкино сгорел музыкальный колледж, и до сих пор неясно, что было причиной — случайность или поджог. А в микрорайоне Серебрянка никак не могли снести две аварийные пятиэтажки, потому что из одной отказывалась съезжать немолодая женщина. Так что в каком-то смысле «Лихоманка, 12» основана на реальных событиях.
В книге несколько домов, включая дом культуры, являются местами силы для тех, кто там живёт или работает. А у вас есть такие места силы?
Волга. Но не та, что в Дубне, Ярославле или Твери, при всём уважении к этим славным городам, — она там маленькая. А та, что в Ульяновске, Самаре, Казани или Нижнем Новгороде. Большая многоводная Волга — это моё детство, я туда хочу всегда.
Переславль-Залесский. Там почему-то хорошо.
Ростов Великий. И там тоже.
Море. Это очень красиво.
Я искренне не понимаю, как можно делать всякие гадости, если у тебя есть возможность регулярно видеть море. Это же почти как уметь летать.
И ещё наша дача. Там нет ни Волги, ни моря, но зато такая живописная глушь с косулями и кабанами! И берёзами.
Есть ли у вас ритуалы, которые помогают вам писать?
Главное — остаться в одиночестве. И тогда никаких ритуалов не нужно. Сиди себе и пиши.
Над чем вы работаете сейчас?
Пытаюсь написать ещё одну историю, которая происходит в городе Куличики и его окрестностях. В каком-то смысле это можно назвать продолжением «Лихоманки, 12». Надеюсь, получится.
🟡 Узнайте больше о «Лихоманке, 12» на сайте издательства «Абрикобукс»
Читайте у нас на Дзене о других книгах из новой серии «Шаг в сторону»:
🟡 «Теорема близнецов» — подростковая антиутопия Любавы Горницкой