Почему 800 миллионов человек спят рядом с огнедышащими горами и не торопятся переезжать.
По оценкам монографии «Глобальная вулканическая опасность и риск», около 10% жителей планеты — почти 800 миллионов человек — живут в радиусе 100 километров от активного вулкана. Это не значит, что все они сидят прямо на жерле: 100 км — большая зона. Но достаточно близко, чтобы вулкан был частью их реального риска. Они ходят на работу, водят детей в школу, ругаются из-за коммуналки. А под ногами у них раскалённый камень и магма, которая иногда вспоминает, что лежит без дела.
Кто эти 800 миллионов
Под Везувием и в Неаполе — около трёх миллионов человек. В официальной «красной зоне», откуда при сигнале тревоги вывозят всех заранее, — порядка 600 тысяч в 25 муниципалитетах.
У подножия Этны, в сицилийской провинции Катания, — больше миллиона. Индонезийский Мерапи отделён всего 28 километрами от Джокьякарты с её 2,4 миллиона.
Зачем они живут на пороховой бочке
Главный аргумент "за" у тех, кто тут живет, лежит прямо под ногами. Вулканические почвы геологи называют андосолями (от японского «андо» — тёмная почва) — это разрушенный пепел и обломки, выброшенные при извержении. Калий, кальций, магний, железо, цинк, фосфор, бор — почти все необходимые минеральные удобрения в нужных дозах для рассады. Низкая плотность, высокая пористость: земля одновременно держит воду и не даёт корням сгнить.
Поэтому здесь выращивают и производят много продуктов с международной известностью
Вина зоны Etna DOC иностранцы зовут «бургундией с вулкана»: бутылка от 50 долларов, минеральный привкус — прямой подарок от магматического резервуара. Помидоры Сан-Марцано, которые делают неаполитанскую пиццу уникальной, связаны именно с долиной Сарно у подножия Везувия — на пепле, которым он засыпал окрестности столетия назад.
Получается циничный обмен: вулкан раз в несколько веков стирает деревню, а в промежутке кормит её премиальной едой и поит дорогим вином.
Говоря метафорично, это кредит, выдаваемый землёй; проценты иногда платят жизнями. Большинство такой обмен устраивает.
Фотограф Крис Тоала Оливарес объехал полмира с одним вопросом — «зачем вы тут?» — и услышал, по сути, один ответ.
«Родились с лавой — готовы умереть с ней»
Уехать — значит не просто сменить вид из окна. Значит потерять землю, дом, виноградник, могилы, туристов и весь привычный смысл жизни. Завтрашняя катастрофа всегда проигрывает сегодняшней бедности.
Бесплатная котельная под полом
Магма греет породы, породы греют воду, вода превращается в пар, пар крутит турбину. В Исландии так получают около трети электричества, а на геотермальной воде сидит до 90% жилья, то есть почти всё отопление страны. На Камчатке три станции — Мутновская, Верхне-Мутновская и Паужетская — дают около четверти региональной выработки электроэнергии. На Филиппинах геотермия закрывает 15% потребностей
Везувий молчит, Этна работает, Мерапи стреляет в упор
Давайте посмотрим на три, пожалуй, самых известных и густонаселенных вулкана. Когда они могут снова рвануть.
Везувий страшен молчанием. Последний раз он огрызнулся в марте 1944-го, разрушив авиабазу союзников. С тех пор тишина. Геологи из Высшей технической школы Цюриха (ETH) исследовали состав магмы и пришли к осторожному выводу: до следующего опасного извержения, возможно, ещё несколько сотен лет. Ключевое слово "возможно", под точной датой никто не подписывался. Нет пока у человечества таких технологий, чтобы точно предсказать катастрофы, исходящие из-под земли - как вулканы, так и землетрясения.
Этна страшна привычкой. Только в 2025-м у неё было несколько крупных пароксизмов: 2 июня — обрушение юго-восточного кратера с пирокластическим потоком, в декабре — пробуждение Северо-Восточного кратера после десятилетий покоя, фонтаны лавы в сотни метров. Местные обсуждают это в соцсетях с такой интонацией, с какой россияне жалуются на снегопад: «опять».
Индонезийский Мерапи страшен скоростью. Его пирокластические потоки сходят по склонам быстро и далеко, а индонезийские деревни стоят слишком близко.
Мерапи — один из самых активных и непредсказуемых вулканов мира, который может извергнуться в любой момент. Ученые прогнозируют новый всплеск в течение ближайших семи лет. На месте местных, я бы точно оттуда бы ретировался.