29 мая 1953 года на свет появился Александр Абдулов. В честь дня рождения любимого актёра, предлагаем вам узнать несколько интересных историй из его творческой и личной жизни.
* * *
В 1990-х годах «Ленком» давал спектакль «Школа для эмигрантов» на сцене провинциального театра. В день премьеры в театре была зарплата и местные работники её хорошо отметили. Вечером один из осветителей заснул и во время спектакля упал на сцену, буквально под ноги Александру Абдулову, который рассказывал о приглашении на приём у графа Винницкого. «Посланец от графа прилетел!» — невозмутимо произнёс актёр, и осветителя срочно унесли со сцены.
* * *
Андрей Тарковский в 70-х годах ставил в Ленкоме «Гамлета». Спектакль заканчивался тем, что тело Гамлета несли по сцене, клали на помост, и Горацио трагично произносил: «Смотрите!..» Принца Датского играл Анатолий Солоницын, Горацио — Александр Абдулов.
И вот на одном из спектаклей Гамлета несут по сцене и прямо возле помоста с головы Анатолия Солоницына падает прикрывавшая лысину накладка. «Умерший» принц дёрнул руками, Горацио незаметным пинком отправил накладку вглубь сцены, осветители срочно дали затемнение.
В темноте слышалась возня и страшный шёпот Солоницына: «Где она?.. Нашёл!» Зрители смеялись в голос, а когда на сцене дали свет — начали трястись от смеха актёры: в темноте Солоницын надел накладку задом наперёд. Стоявший около Гамлета Абдулов с трудом выдавил «Смотри-и-ите…» и не по сценарию убежал за кулисы.
* * *
Александр Абдулов дружил с Олегом Янковским, хотя они считались главными соперниками на ленкомовской сцене. У Янковского была не очень чёткая дикция, и друг не упускал шанса при случае его подколоть. Они вместе играли в спектакле «Оптимистичная трагедия», и послушав, как Янковский мучается на фразе: «Боцман! Открыть доступ прощающимся родственникам!» — Абдулов сочувственно покачал головой и тихо сказал: «Последних пэтэушниц потеряешь…»
* * *
Александр Абдулов всегда был очень темпераментным человеком, особенно в юности. В 1973 году он получил эпизодическую роль курсанта в фильме «В восемнадцать мальчишеских лет». Роль была всего с одной фразой: «Прицел 120, огонь, пли!». Но актёр решил продемонстрировать всё, на что он способен — даже не прокричал, а проорал фразу и так взмахнул рукой, что потерял равновесие и упал. Роль курсанта у него тут же отобрали.
* * *
Актёр долгое время был невыездным. Он шутил, что однажды выдал американской разведке план зрительного зала и репертуар театра на ближайшие полгода. На самом деле причина была в отказе от сотрудничества с органами и тотальном незнании истории КПСС, а все выезжающие проходили собеседование-экзамен по этому «предмету». Но популярность актёра была настолько велика, что без него гастроли сильно теряли привлекательность в глазах приглашающей стороны.
Для начала ему в сопровождении гэбиста разрешили поехать на дружественную Кубу, а когда он продемонстрировал полное «облико морале», то полетел на гастроли в Париж. Утром в гостинице Абдулов увидел шесть человек в штатском, которые были готовы сопровождать актёров. Он подошёл к ним сзади, деликатно откашлялся и спросил:
— Будьте добры, вы не подскажите, как будет по-французски «Я прошу политического убежища»?
Самый здоровый гэбист чуть повернул голову и сквозь зубы процедил:
— Дома переведу…
* * *
Сергей Соловьёв вспоминал, что через какое-то время после премьеры детектива «Десять негритят» они встретились с Александром Абдуловым, обсудили свои дела и вскользь коснулись фильма.
— Слушай, расскажи, а чем там дело кончилось? Кто подлец-то? — спросил Абдулов.
— Саша, ты обалдел? Ты же там снимался! Ладно книгу не читал, но сценарий-то!.. — изумился Соловьёв.
— Да я сценарий читал до момента, как моего героя на десятой странице убили. Понятия не имею, чем дело закончилось…
* * *
Александр Абдулов шутил: «Если не знаешь, как играть, то играй странно и прослывёшь гением». В постановке «Юнона и Авось» он выходил в трёх образах — человека от театра, пылающего еретика и Фернандо Лопеса. Американская делегация, смотревшая спектакль перед приглашением театра на гастроли, всерьёз поверила, что еретика играет какой-то душевнобольной — настолько отрешённый у него был вид. Они потребовали, чтобы во время гастролей по Америке факел в руке еретика приковали наручником — боялись, что этот сумасшедший запросто может метнуть его в зал.