В истории появления этого довольно необычного храма сошлись сразу две очень старые традиции – строительства домовых церквей при различных учреждениях и строительства храмов в честь наиболее знаменательных событий.
Построенная в начале позапрошлого столетия на берегу Фонтанки фабрика Экспедиции заготовления государственных бумаг к концу века выросла до весьма внушительных размеров, но собственной церкви (как многие другие крупные предприятия Петербурга) долгие годы не имела. Вероятно руководство этого весьма состоятельного учреждения не считало сей вопрос особенно важным. Тем более, серьезно реформировавший работу Экспедиции и управлявший ей почти 30 лет, Федор Федорович Винберг, в свое время перевел дело на коммерческую основу практически полностью отказавшись от прямого казенного финансирования, а это к «дополнительным расходам» отнюдь не располагало. Только после смены руководства, когда Экспедицию возглавил известный ученый, заслуженный профессор и талантливый физик Роберт Эмильевич Ленц, более демократичный и внимательный к нуждам рабочих и служащих, вопрос о строительстве домовой церкви предприятия перешел в практическую плоскость. К тому же, нашелся для этого и очень серьезный повод.
17 октября 1888-го около станции Борки потерпел крушение императорский поезд. В результате этой, действительно ужасной, катастрофы погиб 21 человек, но ехавшие в поезде члены императорского семейства практически не пострадали, отделавшись легкими травмами. Это трагическое событие естественно вызвало огромный резонанс, а «Чудо в Борках» стало поводом для строительства практически по всей стране целой череды церквей и часовен, призванных увековечить память о чудесном спасении августейшей фамилии. В годовщину столь важного события с инициативой построить церковь ему посвященную выступили и работники Экспедиции заготовления государственных бумаг. Конечно отказать в реализации подобной инициативы тогда никто бы не рискнул, хотя, необходимые средства в конечном итоге складывались из пожертвований самих будущих прихожан. Безусловно, профессор Ленц, как руководитель предприятия тоже не остался в стороне. Не берусь судить о том, выступил ли он в качестве жертвователя, но необходимое место выделил, а реализацией проекта занялся штатный архитектор Экспедиции Карл Яковлевич Маевский.
Храм планировался внушительный. На полторы тысячи прихожан. Но тут возникли две проблемы. Первая заключалась в том, что застройка территории предприятия была очень плотной и найти «свободное место» для подобной новостройки было практически невозможно. И вторая – собранных денег явно не хватало. В результате было решено выделить для этой цели этаж уже существовавшего административного здания, которое Маевский, собственно его ранее и проектировавший, перестроил для новой цели.
При этом, Карл Яковлевич, будучи академиком архитектуры и большим поклонником русской старины, пошел путем нетривиальным. Он взял за образец отнюдь не привычные «типовые работы» своего учителя Константина Андреевича Тона, а Сергиевскую церковь в Троице-Сергиевой пустыни, интерьер которой был исполнен в стиле «византийские базилики» по проекту одного из апологетов характерной «русской эклектики» Алексея Максимовича Горностаева. По большому счету, вытянутое административное здание идеально подходило для использования в качестве прототипа именно формы базилики, а некогда найденный Горностаевым вариант «византийского» оформления с двумя рядами арок на стилизованных колоннах и очень плотной орнаментальной росписью практически всего имеющегося пространства, производил очень большое впечатление.
При этом, о наличии храма в здании свидетельствовал только специально пристроенный «церковный портал» с небольшой главкой, но стоило попасть внутрь…
Поскольку речь шла не о постройке здания, а о перестройке интерьера все работы были завершены в течение одного года и в 1892-м домовый храм Экспедиции заготовления государственных бумаг был освящен в честь преподобномученика Андрея Критского, день памяти которого приходился как раз на день, когда произошло «Чуда в Борках». Для Петербурга он выглядел действительно необычно но, если честно, Петербург на «необычную» архитектуру всегда был достаточно богат…
Такая вот короткая история.