Термином «присутственное место» в Российской империи обозначали не только государственное учреждение, но и само здание, где оно размещалось. В уездных и губернских городах для этих целей возводили специальные административные постройки. Кронштадт, не стал исключением. В 1833 году городская дума и местное купечество обратились в Морское министерство с ходатайством о строительстве общественного дома на Господской улице, предполагая разместить в нём и домовую церковь.
Первоначальный проект был поручен городскому архитектору Фёдору Трапезникову, профессиональная специализация которого была далека от высокого зодчества: основной массив его работ составляли типовые доходные дома для кронштадтского купечества. Проектирование крупного общественного здания на главной улице города стало для него задачей иного масштаба, но Трапезников не стушевался и к её решению подошёл с привычным прагматизмом.
Чертежи Трапезникова получили одобрение Морского министерства без каких-либо замечаний. Причина такой лояльности крылась не в художественных достоинствах проекта, а в финансовой стороне дела. Строительство кредитовалось Заёмным банком на сумму 150 тысяч рублей. Построить нечто выдающееся на эти деньги было невозможно. Так что ключевым требованием к проекту была его экономичность. Этому критерию работа Трапезникова соответствовала полностью. Однако вопрос эстетики оставался открытым.
Решающее слово оказалось за Николаем I. Император, известный своим личным контролем над архитектурным обликом Кронштадта, ознакомился с проектом и вынес категоричную резолюцию: «фасады и профили сего здания» были признаны «неблагообразными». Последовало распоряжение передать проектирование в Строительный департамент Морского министерства.
Работу поручили архитектору Эдуарду Анерту. Он подготовил несколько альтернативных вариантов фасадов, которые были представлены императору на рассмотрение. Николай I детально изучил предложения и сопроводил их многочисленными замечаниями, не утвердив ни одного. Потребовался третий архитектор — выбор пал на Александра Брюллова, представителя прославленной творческой династии и мастера, чей профессионализм не вызывал сомнений.
Разработанные им фасады отличались значительно большей торжественностью и парадностью, соответствующими статусу главной городской магистрали: высокие окна второго парадного этажа образовывали непрерывную аркаду, а простенки между ними были украшены пилястрами. Главный фасад решался на выбор – либо с входным порталом, либо с въездными воротами по центру. Этот проект и удостоился высочайшего утверждения. Причём одобрены были оба варианта и следовательно конечное решение было уже за заказчиком.
Казалось, вопрос полностью решён. Однако за эстетическим триумфом последовало столкновение с реальностью: составление подробной сметы показало, что реализация проекта Брюллова потребует значительного увеличения бюджета - до 220 тысяч рублей. Кронштадтское купечество, выступавшее финансовым гарантом строительства, категорически отказалось принимать дополнительные расходы.
Перед Брюлловым встала задача пересмотреть собственное решение, не выходя за жёсткие бюджетные рамки. Архитектор принял прагматичное решение: он переработал проект и выполнил фасад в том же сдержанном, строгом стиле, который очень напоминал первоначальный отвергнутый замысел Трапезникова. Кстати, при этом сохранив интерьеры разработанные Эдуардом Анертом. Таким образом, итоговый облик здания стал результатом вынужденного компромисса между художественными амбициями, монаршей требовательностью и финансовыми ограничениями заказчиков.
Торжественная закладка общественного дома состоялась 30 июля (11 августа н.с) 1834 года в присутствии кронштадтского военного губернатора адмирала Рожнова. Символическим свидетельством этого события служит латунная закладная доска, обнаруженная уже в наше время в ходе ремонтных работ и ныне экспонирующаяся в Музее истории Кронштадта на Якорной площади.
Строительство здания городских присутственных мест завершилось к лету 1837 года, хотя отделочные работы продолжались ещё пять лет. Примечательно, что его внешний облик практически без изменений сохранился до наших дней. Единственной значимой утратой стала одноярусная колокольня домовой церкви Успения Божией Матери, не пережившая советской эпохи. Сегодня здание продолжает выполнять административную функцию: в нём размещается Администрация Кронштадтского района Санкт-Петербурга. История его создания остаётся красноречивой иллюстрацией того, как экономическая целесообразность подчас оказывается сильнее самых высоких художественных замыслов, формируя архитектурный ландшафт не по законам эстетики, а по законам сметы.