Честно? Я боялась писать главную героиню. Не потому, что Кристина какая-то там сложная. А потому, что боялась сделать её «правильной». Знаете этот тип фэнтезийных дев? Утром она просыпается с укладкой, разносит десятерых демонов на завтрак, а к обеду плачет красивыми слезами в объятиях тёмного лорда. И всё у неё получается с первого раза. И все её любят. Даже драконы.
Тьфу.
Я хотела другую. Ту, которая сначала разгромит квартиру бывшего (потому что измена — это больно, и иногда хочется крушить, а не медитировать), а потом сядет на чемодан и поймёт, что денег нет, друзей нет, а есть только бабушкин дом в глухой деревне.
Вот такой я Крис и родилась. Колючей, неидеальной и очень уставшей от того, что её два года вытирали ноги.
Первое: она не избранная, она — уставшая
В первой главе она не расправляет плечи с возвышенным видом. Она стоит посреди разгрома: порванная футболка с логотипом группы (той самой, которую она ненавидела), разбитый жёсткий диск, треснувшая видеокарта, пластиковые осколки на паркете. Никакой мебели, да. Виктор — гик, его святая святых — железки. И Крис это знает. Поэтому она не трогает столы и стулья. Она идёт по самому больному. У неё трясутся руки, а внутри — пустота после минутного облегчения.
Эта сцена с футболкой, которая «запела», когда рвалась — это не про месть. Это про последний нерв. Я хотела показать, что даже когда женщина уходит, она может сомневаться и бояться. Но она всё равно уходит. И вот это «всё равно» — главное в Крис.
Второе: бабушка — не просто фон, а фундамент
Знаете, что меня бесит в современных романах? Когда героиня получает суперсилу от «древнего рода», но при этом её предки — просто галочка в анкете. У Крис бабушка — живая (даже мёртвая, она живая). Клавдия Кошкина — это стержень. Она не просто «передала дар» в письме, она построила всю игру: договорилась с Принцем Теней, спрятала медальон в блокноте, оставила кота-фамильяра. И главное — она верила во внучку.
Вот это письмо, которое Крис читает в седьмой главе... я сама плакала, когда его писала. Потому что бабуля там не «вещает пророчества», а говорит простые слова: «Ты сильнее, чем думаешь». И кольцо, которое греется на пальце — это как поцелуй из прошлого. Я хотела, чтобы читательницы вспомнили своих бабушек. Тех, кто растил, учил и ушёл, оставив после себя не только грядки с укропом, но и веру в тебя.
Третье: её сила — не огненные шары, а тишина
Тут я рискнула. Дар Крис — Прерывание. Она не мечет молнии и не читает мысли. Она — глушилка. Рядом с ней перестаёт работать чужая магия, затыкаются тени, даже сам принц Сумрак впервые за триста лет слышит... тишину. Это была моей маленькой революцией. Потому что женщина не обязана быть оружием массового поражения. Она может быть той самой, кто остановит хаос. Просто оставаясь собой.
Тишина как суперсила — это же метафора, да? Иногда, чтобы победить внутреннюю бурю, нужно просто... успокоиться. И слушать себя. Крис учится этому всю книгу.
Четвёртое: она не боится быть смешной (и себе на уме)
Отдельная любовь — её внутренний монолог. Я пишу от первого лица, и Крис постоянно комментирует происходящее с долей самоиронии. Вот Сумрак приезжает в пальто за ползарплаты — она сразу думает про маньяка и про то, что «объездила бы красавчика при других обстоятельствах». Вот у неё в доме появляется кот — она сначала кормит его крекерами и договаривается с ним.
Она не пафосная спасительница мира, она — девушка из Питера, у которой в рюкзаке шоколадка и полпачки крекеров. И это, по-моему, и есть главный шаблон, который я хотела сломать: героиня может быть сильной, не переставая быть живой. Может плакать, злиться, хамить теневым принцам, спасать котов и при этом бояться остаться одной.
И да, она справляется. Не потому что у неё дар. А потому что у неё есть сердце и характер. И потому что за спиной — бабушкино благословение и наглый пушистый Шорох, который лучше любого психотерапевта.
Вместо послесловия
Я не знаю, получилось ли у меня «идеально». Наверное, нет. Но когда читатели пишут в комментариях: «Крис — это я, только без кота», я понимаю, что попала в точку. Её путь — это путь любой женщины, которая решает начать новую жизнь после того, как её растоптали. И если моя история поможет кому-то поверить в себя — значит, я не зря пролила кофе на клавиатуру в три часа ночи.
Так что давайте, девчонки. Ломайте шаблоны. И хард-диски бывших — тоже, но аккуратно, чтобы потом в полицию не забрали.
А я пошла кормить Шороха. Он, паршивец, уже опять уронил банку с гречкой.
Ваша Татьяна (которая Таня, если что)
автор, ведьма в душе и просто уставшая тётя с ноутбуком