Жители города Заборска больше всего на свете любили заборы. Заборы здесь стояли сплошь и рядом. Ими окружали все, что только можно было окружить. Заборы каменные, кирпичные, железные, деревянные были выкрашены в одинаковый зеленый цвет. Все они были такие высокие, что даже солнце заглядывало во двор только в полдень. И люди почти не знали друг друга, потому что редко виделись. Каждая семья жила своей жизнью. И даже если в доме случалась беда, никто не ведал об этом. Заборы крепко хранили тайны.
Поэтому никто, кроме священника, не догадывался, какая страшная судьба ожидала город. Уже 20 лет не было в церкви ни одного венчания, ни одного крещения. Молодые люди, спрятанные за заборами, не могли увидеть друг друга и влюбиться. Так бы потихоньку и вымер город, если бы однажды не появился в нем веселый человек. Его одежда, руки и лицо были перепачканы краской. Разноцветные мазки и разводы так перемешались, что казалось, шагает не человек, а летнее поле, усеянное луговыми цветами.
В руках путник держал ведро, из которого торчали десятки маленьких и больших кисточек. А на плече нес ящик с красками. Это был красильщик заборов. Красильщик обошел весь городок и остановился возле самого большого забора. Он постучал в ворота. За ними долго бряцали засовами, замками и крючками, и, наконец, гостя пустили во двор. Хозяин подозрительно смотрел на человека, дерзнувшего переступить его порог.
Ведь здесь это было не принято. В его дом никто не заходил уже много-много лет. Однако, когда красильщик объяснил, что хочет сделать его забор самым красивым в городе, хозяин заулыбался, ведь для каждого жителя забор был главной гордостью. Все считали своим долгом заботиться о нём. Красильщик приступил к делу. В баночках и скляночках он развел краски, такие яркие и радостные, что у хозяина сразу поднялось настроение.
Ловко взяв в одну руку сразу несколько баночек, скляночек и кисточек, красильщик легко взлетел по лестнице к самому верху забора и начал красить. Кисточки порхали в воздухе и, казалось, сами скользили по забору. На глазах хозяина, который стоял внизу с разинутым ртом, происходило чудо. Яркие цветы и птицы, будто живые, выскакивали из-под кисточки и поселялись на заборе. Красильщик посетил все дома и разукрасил все заборы.
Конечно же, на каждом заборе поселились свои цветы и свои птицы, не похожие на других. Красильщик собрал кисточки и краски и, напевая, двинулся из города. Миновав городские ворота, прошел заброшенной старой дорогой и поднялся на высокий холм. Опустив тяжелую ношу на землю, присел сам и взглянул на раскинувшийся внизу городок. Потом взял самую маленькую кисточку, улыбнулся и взмахнул ею, как дирижерской палочкой. В это мгновение все заборы вдруг сразу рухнули, а в воздухе запорхали ожившие птицы, заколыхались цветы.
Город наполнился птичьим пением и ароматом диковинных цветов. Жители выскочили из своих домов, не понимая, куда же исчезли их заборы. Но тут и там их встречали ластившиеся к ним цветы, а щебечущие ручные птицы садились на плечи. И стареющий сын вдруг увидел на другой стороне улицы совсем дряхлую и беспомощную мать. Сердце его сжалось от боли. Как он мог забыть о ней?
А высокий стройный юноша впервые взглянул на девушку-соседку. Она склонилась над цветами, улыбаясь доброй, нежной улыбкой. Потом оглянулась, и глаза их встретились. Но самым главным чудом был заход солнца, который старики забыли, а молодые вовсе никогда не видели. Солнце стекало к горизонту, цепляясь за ветки раскидистого дерева, а небо вокруг было расцвечено такими же красками и оттенками, как цветы и птицы, навсегда поселившиеся в освобожденном городе.