Наверняка каждый курильщик хотя бы раз мысленно примерял на себя отказ от сигарет. Однако действительно расстаются с привычкой единицы. Я убеждён: переломить и физическую, и психологическую привязанность способны лишь немногие. У меня перед глазами есть примеры людей, которые бросили курить резко, без долгих уговоров с самим собой — без этих вечных «ну ещё одну, и точно последнюю», «вот созрею — откажусь» или «мне это и так не мешает».
В моём окружении хватает курильщиков с солидным стажем — двадцать, тридцать, а то и больше лет. Попадаются и молодые ребята, которые только-только начали, но уже догадываются, куда эта дорожка ведёт в долгосрочной перспективе. Сегодня я хочу порассуждать о том, существует ли возраст, после которого бросить уже почти невозможно, и что на самом деле держит человека в зависимости.
Что мешает уйти от сигарет — возраст или накопленный опыт?
Представим двух шестидесятилетних людей. Один курит с юности, другой впервые взялся за пачку лишь в пятьдесят из любопытства. Кому, по-вашему, придётся тяжелее? Ответ очевиден: первому. И корень проблемы не в цифрах в паспорте, а в продолжительности контакта с никотином. За десятилетия сформировалась глубокая психологическая привычка, которая сопротивляется резкому разрыву и даёт о себе знать весьма ощутимыми последствиями.
Курение априори не бывает безвредным — оно в любом случае тащит за собой целый шлейф рисков. Особенно уязвимы люди старшего возраста: многолетнее вдыхание табачного дыма способно аукнуться ухудшением кровообращения, диабетом, инсультом, инфарктом, а в худшем случае — спровоцировать онкологию.
Так что главный виновник — именно стаж, а не возраст. Значит, у курильщика есть конкретные причины держаться: кому-то важен сам ритуал, кому-то нравится вкус табака, а кто-то просто не представляет жизни без привычной соски.
Существует ли критический возраст, когда бросать уже бесполезно?
Есть ли некая роковая черта, после которой шансов завязать не остаётся? Нет, нет и ещё раз нет. Возможность попрощаться с сигаретами сохраняется в двадцать, пятьдесят и даже в восемьдесят лет. Повторюсь: главным противником выступает не прожитое время, а накопленный стаж. Статистика подтверждает: тем, кто курил не дольше пяти лет, отказаться значительно легче, чем тем, кто отдал привычке тридцать-сорок и более лет своей жизни.
Однако отказ от длительного курения почти никогда не проходит бесследно. Именно боязнь столкнуться с неприятными проявлениями синдрома отмены часто толкает людей обратно к пачке. Пережить одновременно психологическую и физическую тягу к никотину — задача не из лёгких.
Срывы чаще всего случаются в первые недели или месяцы после отказа. Если же человек продержался год и ни разу не закурил, то, согласно данным зарубежных исследований, вероятность полного освобождения от привычки резко возрастает.
Иногда после отказа от табака проявляются проблемы, которые раньше словно дремали. Особенно это заметно у пожилых курильщиков. Трудно представить, чтобы организм с тридцати-сорокалетним стажем курения остался без внутренних изменений. Стресс, вызванный отказом от никотина, способен вытащить на поверхность хронические и обычные заболевания, которые до поры никак себя не проявляли.
Имеет ли смысл бросать при большом стаже?
Любой врач и эксперт ответят однозначно: да, и как можно раньше. Я полностью разделяю эту позицию. Если в голове зародилась мысль «пора завязывать» — значит, человек уже сомневается в правильности своих действий и осознаёт, какой вред наносит табак. Даже если за плечами сорок или пятьдесят лет курения, это не приговор. Чтобы расстаться с сигаретами, потребуется лишь собрать волю в кулак и быть готовым к переменам — как психологическим, так и физическим.
Врачебная практика показывает: после отказа от табака подавляющее большинство людей возвращается к полноценной, здоровой жизни, а организм постепенно восстанавливается. Первые улучшения заметны уже через месяц-два. У бывших курильщиков налаживаются сон и аппетит, приходит в норму давление, кожа приобретает здоровый оттенок, начинается медленное очищение лёгких, а благодаря притоку кислорода стабилизируется мозговая деятельность.