Чёрное золото, которое кормило войну
6 декабрь 1916 года. Немецкий 1-й резервный корпус под командованием Курта фон Моргена занял Тырговиште и Плоешти. Для Германии, задыхающейся от британской морской блокады, Плоешти – это кислород, шанс выжить. Дело тут, конечно же, в нефти.
Важно отметить, что до войны Румыния занимала четертое место в мире по добыче нефти – после США, России и Мексики. В 1914 году здесь выкачивали около 1,9 миллиона тонн "чёрного золота". Куда она шла? Так как Румыния сохраняла нейтралитет, то торговала она со всеми сторонами, но основная часть нефти поставлялась в страны Центральных держав – Германию, Австро-Венгрию и Болгарию (они рядом, торговать проще). После вступления в войну, конечно же, все изменилось. Но только Центральным державам этой ой как не понравилось. И уже к октябрю 1916 года немцы захватили черноморские порты, где находились большие запасы нефтепродуктов, включая бензин. Но подробнее потом.
Кстати, а что сами румыны? Почему они не уничтожили промыслы капитально? Ведь тактика "выжженной земли" применялась и русскими в 1812-м, и сербами в 1915-м. Взорвать всё к чертям, и пусть противники отдыхают. Но румыны не смогли или не захотели? Или все-таки получилось?
Давайте разбираться, как экономический грабёж Румынии стал одним из главных факторов, продливших Первую мировую войну как минимум на год. Без румынской нефти Германия, может быть, капитулировала бы уже в конце 1917-го.
Статья является частью большого цикла, с которым можно ознакомиться:
Масштаб ресурса
Чтобы понять, почему Германия рвалась к Плоешти как голодный волк к отаре, нужно посмотреть на карту мировых нефтяных месторождений 1914 года. На тот момент доминировали два гиганта: США давали около 33 миллионов тонн в год, Россия (Баку, Грозный) – около 10,3 миллионов, замыкала тройку лидеров Мексика с ее 3,8 миллионов тонн, а дальше уже шла Румыния – 1,9 миллиона тонн. Может показаться, что это копейки по сравнению с Америкой. Но вот в чём штука, американская нефть шла в основном на внутренний рынок и в нейтральные страны. А румынская – контролировалась европейцами и могла поступать прямо в союзные Центральные державы. Германии же из-за британской морской блокады американская нефть была недоступна. Российская тем более. Оставалась только Румыния, которая до войны торговала со всеми подряд.
Уже первые месяцы боевых действий (1914 года) показали ошибочность расчётов немецкого генерального штаба, который предполагал, что потребность в нефти в 1914 году составит 105 тыс. тонн. Эти запасы очень быстро истощились. В 1915 году Германия пыталась овладеть нефтью в Месопотамии, но германо-турецкие войска были разгромлены в сражении с англичанами в долине Тигра и Евфрата. Планы немцев в отношении нефти в Персидском заливе рухнули. Именно поэтому Людендорф и Гинденбург так нервно реагировали на румынское вступление в войну. Не из-за трансильванских замков, им было плевать на Венгрию. Нужна была нефть. Эрих Людендорф подчёркивал:
«Мы не сможем существовать… и выиграть войну без румынских хлеба и нефти»
Кстати, о цифрах потребления. Германская империя за 4 года войны потратила примерно 4 миллионов тонн нефтепродуктов в год на все нужды: флот, авиацию, автотранспорт, снаряжение заводов. В одном только 1916 году ушло около 1,2 миллиона тонн. Своих месторождений у Германии почти не было (немного в Эльзасе, но это капля). До войны она покупала нефть у России, США, Румынии. Когда началась блокада, остались только два источника: Румыния (нейтральная до 1916-го, потом оккупированная) и Австро-Венгрия (Галиция, но этого катастрофически не хватало). А подводные лодки, которые топили британские транспорты, жрали солярку литрами.
Также нефть Плоешти давала ещё и смазочные материалы. Все эти пулемёты, орудийные затворы, подшипники на заводах – без смазки они клинят через день. В 1915 году Германия уже испытывала дефицит смазочных масел, заменяла их суррогатами, которые могли портить механизмы. Румынская нефть после перегонки давала отличную базу для индустриальных масел.
Так что когда 6 декабря 1916 года германские войска вошли в Плоешти, они сразу же опечатали офисы нефтяных компаний. Но наладить добычу они смогли только через полгода.
Тактика «выжженной земли»
Когда армия отступает, а враг вот-вот захватит стратегические объекты, нормальная военная логика подсказывает, что уничтожь всё, что может пригодиться противнику. Так сожгли Москву в 1812-м (конечно там еще много споров, но все же), сербы взрывали мосты и шахты в 1915-м. Что же было у румын?
Согласно некоторым источникам, отступающие румынские части самостоятельно взрывали нефтяные скважины, сжигали запасы нефти и минеральных масел, а также разрушали нефтеперерабатывающие заводы и электростанции. Это происходило в контексте общего отступления румынской армии и попытки предотвратить захват стратегически важных объектов Центральными державами.
Но основная операция по систематическому уничтожению нефтепромыслов была организована и проведена британской группой под руководством Нортон-Гриффитса - офицером британской армии. Об этом чуть подробнее. На экстренном заседании военного комитета Кабинета министров Великобритании 31 октября 1916 года было принято решение любой ценой не допустить перехода румынской нефти в руки Германии. Нортон-Гриффитсу были даны практически неограниченные полномочия по уничтожению нефтяных запасов и объектов. Сам он прибыл в Бухарест 18 ноября 1916 года.
Румынское же правительство не торопилось уничтожать национальное достояние, пока сохранялась надежда на военный успех. Уже 17 ноября германские войска прорвались через перевалы Трансильванских Альп и вышли на равнины Олтении, что окончательно подорвало всякие надежды. Почти неделя ушла на встречи с чиновниками и оценку ситуации, 23 ноября румыны и французы создали специальную комиссию по нефтяным вопросам, а дальше дали карт-бланш британцу.
Миссия Нортон-Гриффитса началась 26 ноября с уничтожения нефтеперерабатывающего завода в Тырговиште. В течение нескольких дней его отряд разрушал нефтевышки, резервуары, взрывал заводы и сжигал нефть в районе Плоешти и других местах. Последними были уничтожены нефтепромыслы Плоешти: пламя поглотило около 800 тысяч тонн сырой нефти и около 70 нефтеперегонных установок. Кстати, правительство Великобритании обязалось после войны компенсировать стоимость восстановленного имущества.
Нортон-Гриффитс покинул Плоешти вместе с отступающими румынскими частями, которые также по ходу своего отступления занимались уничтожением.
И на самом деле это имело успех. Миссия британского подполковника и отступающие части существенно затруднили использование румынской нефти Центральными державами. Добыча нефти была восстановлена только через пять месяцев, в 1917 году она составила лишь треть от уровня 1914 года, в 1918 году – 80%.
Успех успехом, но сама Румыния оказалась под оккупацией. Остатки румынских войск отступили в Молдову, румынское правительство также эвакуировалось в эту провинцию. Временной столицей Румынии стал город Яссы.
Репарации натурой
Нефть – это, конечно, главный куш. Но немцы пришли в Румынию не только за чёрным золотом. Они оккупировали две трети страны, включая самые плодородные равнины Валахии и Молдавии. И сразу же запустили механизм, который в те времена назывался "реквизиция", а по-современному – экономический грабёж под видом обеспечения армии. То есть всё, что нужно германским солдатам и индустрии, изымается безвозмездно. А местное население пусть выкручивается.
Начнём с продовольствия. Румыния до войны была житницей Балкан: пшеница, кукуруза, ячмень, мясо, вино. В 1916 году, несмотря на войну, урожай был неплохим. Немецкие оккупационные власти ввели систему "контрибуций натурой": каждая деревня обязана была сдать определённое количество зерна, скота, птицы. Нормы завышали настолько, что крестьянам оставляли ровно столько, чтобы не умереть с голоду зимой. За два года оккупации (декабрь 1916 – ноябрь 1918) из Румынии вывезли:
- около 2,2 млн тонн зерна и овощей;
- 90 тыс. голов крупного рогатого скота;
- более 200 тыс. голов овец и свиней;
- 1,1 млн тонн нефти;
- 200 тыс. тонн леса;
- около 100 тыс. тонн соли, а также большое количество металла, кож, текстильных товаров, спирта, вин, водочных изделий и табака.
Второй ресурс – промышленное оборудование. Немцы демонтировали заводы в Плоешти, Бухаресте, Брэиле. Станки, трансформаторы, котлы, трубы – всё, что можно вывезти, отправлялось в Германию по железной дороге через Венгрию и Австрию. После войны Румынии пришлось отстраивать промышленность практически с нуля.
Третий пункт – мобилизация румынских рабочих. Немцам нужны были руки для ремонта железных дорог, работы на нефтяных скважинах, в портах. В 1917 году оккупационные власти провели добровольно-принудительную регистрацию мужчин 18–45 лет. Тех, кто отказывался, арестовывали. Всего за два года около 200 тысяч румын были отправлены на принудительные работы — в основном внутри страны, но некоторых угнали в Германию, на заводы Круппа.
А что делала румынская армия, которая ещё держалась в Яссах, в неоккупированной части Молдавии, вместе с русскими частями? Она пыталась контратаковать летом 1917 года, удалось даже немного потеснить немцев под Мэрэшешти, но до Плоешти было далеко. Восстановить контроль над нефтяными полями румыны не могли физически. Так что немцы уже спокойно качали нефть, вывозили зерно и гоняли местных мужиков на стройки.
Вот так почти два года Румыния работала на германскую военную машину, как придаток.
Нефтяной приз, который продлил агонию
Итак, подведём черту. Румыния для Германии оказалась не просто территорией на карте, а стратегической кладовой. Нефть Плоешти, зерно Валахии, скот Добруджи – всё это потекло в топку германской военной машины. И поток этот оказался настолько мощным, что продлил Первую мировую войну как минимум на год. Без румынских территорий немецкие подводные лодки, авиация, заводы лишились бы нужного ресурса. И кайзеру возможно пришлось бы просить мира уже тогда, а не в ноябре 1918-го.
Что остаётся добавить? Оккупация 1916–1918 годов стала для Румынии временем унижений, но не сломала её окончательно. В неоккупированной Молдавии ещё держалась румынская армия вместе с русскими остатками. Летом 1917 года под Мэрэшешти они дадут немцам последний бой, который покажет, что Румыния ещё жива.
А пока, наверное, главный вывод этой истории: в тотальной войне ресурсы значат не меньше, чем пули. И тот, кто контролирует нефть и хлеб, контролирует ход боевых действий. Германия это поняла.
Если труд пришелся вам по душе – ставьте лайк! А если хотите развить мысль, поделиться фактом или просто высказать мнение – комментарии в вашем распоряжении! Огромное спасибо всем, кто помогает каналу расти по кнопке "Поддержать автора", а также благодарность тем, кто поправляет/дополняет материал! Очень рад, что на канале собралась думающая аудитория!
Все статьи по этому циклу и ссылки на них вы можете увидеть здесь: