Александр ИВЕЛЬСКИЙ
Фото пресс-службы группировки войск «Восток»
Операторы беспилотных летательных аппаратов сегодня ведут разведку, наносят врагу огневое поражение и снабжают наших воинов на труднодоступных позициях предметами первой необходимости. Их и без того немалый вклад в успешное ведение боевых действий продолжает расти: с развитием технологий расширяются возможности беспилотной авиации. При этом непосредственное поражение целей дронами является лишь заключительным звеном в сложной цепи, где важную роль играют инженеры и другие специалисты. О боевой работе расчётов БпЛА корреспонденту «СН» рассказали воины из Забайкалья и Приамурья, воюющие в составе группировки войск «Восток».
«СОКОЛ» К БОЮ ГОТОВ
Считаные минуты на сборку, пара секунд на установку детонатора – и «птица» готова к бою. Операторы дронов вместе с инженерами ежедневно выполняют эти действия в небольшом полевом цехе, чтобы раз за разом обеспечивать дальневосточникам превосходство в «малом» небе. Кто-то паяет сервоприводы, кто-то отвешивает пластит, а кто-то проверяет камеры. Мелочей в этом деле нет, ведь ставка – жизни однополчан. Своим БпЛА самолётного типа «Сокол» оператор дрона-перехватчика с позывным «Ермак» доволен: эта машина послушно отзывается на любое действие «пилота».
– Летает хорошо, – коротко отвечает Ермак на вопрос о надёжности аппарата. – Собирается быстро. Две минуты – она заряжена и готова к взлёту.
На то, чтобы из разрозненных деталей смонтировать готовую к бою машину, по словам воина, уходит 20–30 минут. Дроны в лабораторию приходят с уже установленным программным обеспечением, остаётся только закрепить заряд в носовой части «крыла», как называют на СВО беспилотники самолётного типа, или положить шашку внутрь корпуса.
– Сюда кладётся заряд. Тут находятся два предохранителя, чтобы «птица» не сдетонировала сама по себе, – объясняет Ермак, показывая корпус. – Укрепляем армированным скотчем, чтобы на ветру её не разобрало. И всё, она готова к бою.
Запускают эту модель с рук. Оператор остаётся у пульта, а его напарник выпускает аппарат. Весь процесс в расчёте Ермака занимает около двух минут. Дальность полёта этого «крыла» достигает 20–30 километров, а радиус поражения боевой части зависит от заряда: от пяти метров и больше.
– «Соколы» не требуют доработок на компьютере, они приходят полностью прошитые, готовые к работе. С ними никаких проблем нет, – добавляет он. – Собрал, зарядил, взлетел и поразил цель.
ЦИФРОВАЯ «ПТИЦА»
Другой оператор FPV с позывным «Гектор» показывает квадрокоптер с необычного вида антеннами.
– Это особенная птичка. «Усики», как вы назвали наши антенны, передают видео. Камера цифровая, качество картинки на высоте, никогда не рябит, – поясняет он.
На вопрос о необычной форме передающего устройства Гектор отвечает, что «усики» надёжнее принимают и передают сигнал. Их ставят, чтобы на «цифре» связь между дроном и оборудованием была лучше.
Внедрение таких антенн позволяет летать немного дальше и делает боевую работу более безопасной для расчёта Гектора.
По его словам, перед каждым вылетом важно тщательно проверить камеру. Если она неисправна, то работать не получится, поэтому приходится разбирать аппарат и искать повреждения.
– Если «птицу» хорошо не осмотреть, она может просто дать сбой и в самый неподходящий момент не сработает, – говорит он.
Уничтоженных целей у него немало и счёт их «птичник» не ведёт. Среди недавних успехов воин называет сбитую «Лелеку» – разведывательный дрон ВСУ самолётного типа.
– Летели по заданным координатам. Нас корректировали, куда лететь, где сбивать. Уже на подлёте заметили цель, догнали, поразили, – рассказывает Гектор.
Оператор FPV-дронов признаётся, что на гражданке с беспилотниками дел не имел – только знал об их существовании. Но здесь обучился всему с нуля.
– Компьютеры, телефоны – в основном только с таким работал – смотрел, чистил, обслуживал. Здесь понял, что такое GND, что такое 5 вольт, что такое LED. В компьютерах, кстати, почти то же самое, только попроще.
Гектор подписал контракт после службы по призыву. Дома защитника Отечества ждут мама, сестра и девушка.
– Я страх переборол и пошёл, – говорит он. – Невеста ждёт, когда всё закончится, чтобы уже поскорее быть со мной вместе. Свадьбу пока не планируем: как более-менее всё утихнет, тогда и сыграем.
Можно добавить, что выбор позывного тоже связан с близким человеком: фильм «Троя» очень любит сестра воина.
«КАЖДАЯ ОШИБКА – ЭТО ЖИЗНЬ»
Военнослужащий с позывным «Кондрат» – инженер-сапёр с 19-летним стажем. За его плечами участие в нескольких военных конфликтах. О своей работе он повествует уверенно, отвечая на все вопросы с достойной мастера основательностью.
– Используем пластит. Отвешиваем 100–120 граммов и поражающие элементы, – спокойно рассказывает он, показывая готовое изделие и приспособленный под хранение «железа» вскрытый «цинк». – Без детонатора это просто камни, так что не волнуйтесь, всё безопасно.
В сутки его подразделение выпускает около сотни комплектов. Выбор детонаторов обусловлен видом цели, которую предполагается поразить. Например, для уничтожения мультикоптеров с общим названием «Баба Яга» в пластит втыкают так называемый пятиточечник. Эти взрыватели бывают двух видов: детонирующие при контакте чувствительного элемента с целью, а также инертные, активирующиеся при столкновении дрона-камикадзе с препятствием.
– Стараемся обеспечить всех, кто находится на боевых задачах, – поясняет Кондрат. – Всё прозванивается, проверяется и перепроверяется. Потому что каждая ошибка у сапёра – это жизнь.
В одном ящике – 150 снарядов. Этого количества обычно хватает на два дня работы трёх расчётов. Каждый из них делает 10–12 боевых вылетов, и 50 процентов поражений в этом подразделении считают нормой. Рассказывая об упомянутых выше новых беспилотниках-перехватчиках самолётного типа «Сокол», он с присущей технарям рациональностью объясняет неочевидные обывателю законы военной арифметики.
– Задача наша – меньшими средствами уничтожить более дорогое. При стоимости одного нашего FPV-дрона в 50–60 тысяч рублей мы уничтожаем цели за 100–150 тысяч долларов. Неплохой размен, да? – с улыбкой спрашивает Кондрат. – Бьём врага по карману, если говорить простыми словами.
В Забайкалье Кондрата ждут жена и трое детей. Сын скоро пойдёт в школу, и о выборе в будущем профессии отец с ним ещё не разговаривал. Однако определённые мысли на этот счёт у сапёра имеются.
– Сын мною гордится. Ему шесть лет, в этом году идёт в первый класс. Девчонки уже большие, но тоже ждут, – говорит он. – Я бы хотел, чтобы сын стал лётчиком.
Мастер инженерно-сапёрного дела выполняет свои обязанности добросовестно и делает даже больше, чем требует от него должностная инструкция. При этом главная мечта у него связана с окончанием военной службы.
– Мечтаю, чтобы скорее всё это закончилось, чтобы вернуться домой с победой. Там буду рыбачить, отдыхать. Заслужил: 20 лет выслуги в сентябре будет, – подводит Кондрат итог беседе.
«ВЕРНУТЬСЯ ЖИВЫМ К СЕМЬЕ»
Оператор БпЛА с позывным «Студент» из дислоцирующейся в Приамурье гвардейской мотострелковой бригады родом из Белгорода. На момент начала СВО он уже служил по контракту, поэтому боевой опыт к настоящему времени воин накопил солидный, что помогает ему успешно справляться с поставленными задачами.
Находясь на БЗ, Студент запускает дроны больше 20 раз в сутки. Совсем недавно его расчёт результативно отработал по пытавшемуся произвести ротацию противнику.
– Враг трое суток в одно и то же время производил смену. Мы вычислили местонахождение позиции, к которой они на пикапах пытались пройти. Не прошли, – говорит Студент, подготавливая очередную «птичку» к вылету.
Дома дроновода ждут жена, дочка и родители. Это обстоятельство обусловило личную цель Студента, которую он старается достичь наряду с выполнением боевых задач.
– Жена любит, скучает. Говорит: «Возвращайся быстрее к семье». А военной мечты нет. Цель у меня сейчас одна – вернуться живым, – говорит воин. Однако после завершения СВО он собирается остаться на военной службе.
ОПЕРАТОРЫ-ДОБРОВОЛЬЦЫ
Оператор FPV-дрона с позывным «Казак» участвует в СВО с самого начала, добровольно заключив контракт с Минобороны России. Дронов он запускает несколько меньше Студента, однако его вклад в общее дело тоже значительный. «Недавно летали на точку, где была обнаружена артиллерия противника. Теперь этой артиллерии у ВСУ нет», – довольно улыбается Казак, рассказывая о результатах своей работы.
Его коллега по беспилотному цеху с позывным «Мук» из города Кирова. На спецоперацию он попал позже Казака, однако и его боевой стаж уже внушительный: два года в боевых порядках – это немало.
– Поражаю в основном живую силу противника и технику. В крайний раз уничтожил три пикапа, – рассказывает Мук. – Первые два подвозили боеприпасы, приближались к складу. Третий вёз что-то закрытое – то ли оборудование, то ли медикаменты. В любом случае мы уничтожили всё, что там было.
Он не ведёт счёт поражённой технике, но помнит каждую сложную задачу. Трудностей добавляют как атмосферные условия, так и усилия противника, которые он прилагает к защите от разящих ударов Мука.
– Всё зависит от погоды и РЭБ. Противник пытается противодействовать: ставит рыболовные сети, закрывает гроты, окопы, отстреливается. Бывало, что и не долетал с первого раза, – признаётся он. – Но своего мы в любом случае добиваемся.