«Добили за месяц». Почему даже те, кто держался до последнего, увозит IT-команды из России семьями.
Май 2026 года. Только что разговаривала со знакомым тимлидом из московского офиса одной крупной игровой студии. Знаешь, что он мне сказал? «Нас вызывают по одному и предлагают переезд. С семьёй. Насовсем».
И он не один. Таких историй за последние две недели — десятки. Не анонимных телеграм-каналов, а живых людей, которых я знаю лично. Людей, которые четыре года «держались», верили, что можно адаптироваться, искали обходные пути. И вот — сдались.
Что изменилось за этот месяц? И главное — что теперь делать тем, кто остаётся?
Коротко: о чём вообще речь.
Вкратце для тех, кто только включился. В российских медиа — от IXBT Games до «Канобу» и DTF — прошла волна новостей: крупные IT и игровые компании сворачивают офисы в России. Не стартапы, не «конторки». Крупные, системные игроки, которые держались все эти годы.
Главный редактор IXBT Games Виталий Казунов сказал фразу, которая разлетелась по всему рынку:«Причём речь идёт о тех компаниях и тех людях, которые несмотря ни на что оставались. Добили за месяц. Молодцы»
Под «добили» он имеет в виду комплекс мер, который приняли за последние 30–40 дней: ужесточение «белых списков», массовые блокировки VPN, перебои с доступом к GitHub, AWS, Azure, Unity, Unreal Engine, а главное — обсуждение платы за иностранный трафик сверх 15 ГБ в месяц.
Да, платный трафик пока не ввели. Но сам факт, что такая инициатива всерьёз обсуждается на уровне Минцифры, стал для многих последней каплей.
Кто именно уезжает?
Я сразу скажу то, что многих раздражает. Конкретных названий не будет. И это не потому, что я или журналисты «что-то скрываем». А потому что сами компании сознательно не афишируют свой уход.
Почему? Причин несколько.
Во-первых, юридические риски. Релокация бизнеса из России — это сотни бюрократических процедур. Одно неосторожное публичное заявление — и процесс может встать.
Во-вторых, сохранение команды. Если вы объявите, что уезжаете, конкуренты начнут перекупать ваших людей ещё до того, как вы успеете их перевезти.
В-третьих, отраслевая практика. В IT и геймдеве сейчас тишина — это часть стратегии. Компании уходят молча, без пресс-релизов.
Что известно точно? Две крупные игровые студии, обе с офисами в Москве, полностью закрываются и перевозят всех сотрудников. Одна — целиком. Вторая — тоже целиком, но уже успела свернуть московский офис. Обе относятся к категории «тех, кто держался до последнего».
Это не «первые ласточки». Это последние из могикан.
Чем эта волна отличается от 2022 года.
Многие скажут: «Ну, уходят — и уходят. В 2022 году тоже уходили». Да, но тогда это выглядело иначе.
В 2022 году в основном уезжал топ-менеджмент и самые мобильные специалисты. Сейчас — полные студии, командами, с семьями.
Тогда причины были в санкциях, репутационных рисках и личном страхе. Сейчас главная причина — невозможность работать физически, потому что инфраструктура перестала быть доступной и предсказуемой.
Что касается поддержки сотрудников: в 2022 компания в лучшем случае предлагала билет в один конец и помощь с первым месяцем. Сейчас сотрудникам дают полноценные релокационные пакеты: жильё, школы для детей, визы, юридическую поддержку.
И главное различие — в атмосфере. В 2022 году это был хаос, паника, спонтанность. Сейчас — системный, плановый вывод актива.
Понимаешь разницу? В 2022 люди убегали. В 2026 их организованно эвакуируют как ценный актив. Потому что без этих людей компания просто перестанет существовать.
Одна HR-директор из уезжающей студии сказала мне на условиях анонимности: «Мы не увозим людей потому, что они хорошие ребята. Мы увозим их потому, что без них некому будет писать код. Нанимать новых в России — нереально. Сеньоров просто нет. Рынок вымыт».
Почему именно сейчас? Три главные причины.
Первая причина — белые списки и блокировки. Знаешь, что такое «белые списки»? Это перечень ресурсов, которые РКН обязуются не блокировать. Только вот проблема: туда попадают далеко не все сервисы, нужные для работы. GitHub работает с перебоями. Docker Hub замедлен. Unity Asset Store падает. AWS Management Console требует VPN, а VPN регулярно режут. Разработка игр и сложного софта — это не «посмотреть видосик». Это постоянный обмен гигабайтами данных с зарубежными серверами. И когда этот канал становится узким местом, бизнес встаёт.
Вторая причина — платный трафик. Даже если плату за иностранный трафик сверх 15 ГБ введут, для IT-компании это будут копейки. Речь не про 2 доллара за гигабайт. Речь про сигнал: государство готово создавать экономические барьеры для работы с внешним миром. Для бизнеса это означает полную непредсказуемость. Сегодня 15 ГБ, завтра — 5. Сегодня 2 доллара, завтра — 10. А послезавтра — вообще запретят без спецразрешения. Компании не любят неопределённость. Особенно когда речь идёт о выживании бизнеса.
Третья причина — платёжные системы и санкционные риски. В новостях про это пишут реже, но факт: провести платёж из России зарубежному контрагенту — задача с нетривиальным решением. А для игровой студии это критично: оплатить лицензию Unreal Engine, заплатить за рекламу в Google Ads, получить выручку из App Store или Steam, расплатиться с зарубежным художником или звукорежиссёром. Каждый такой платёж — риск. Банки могут заблокировать, счета арестовать, а компанию внести в «список неблагонадёжных».
И вот когда эти три фактора — блокировки, платный трафик и платёжный ад — накладываются друг на друга, любая компания задаёт простой вопрос: «А зачем мне это?» И даёт простой ответ: «Незачем».
Куда уезжают?
Конкретные адреса компании не разглашают. Но по открытым источникам и по рассказам людей из индустрии вырисовывается такая картина.
США — туда, например, переехала студия Olkon Games, в штат Юта, город Марри. Дорого, сложно с визами, зато прямой доступ к венчурному капиталу, глобальным платформам и англоязычному сообществу.
Кыргызстан — звучит неожиданно, но Apple, да, та самая Apple, вывезла туда большую часть российских сотрудников. Близко, нет языкового барьера, мягкое регуляторное поле. Для многих — идеальный компромисс.
ОАЭ, Дубай — классика. Нулевой подоходный налог, продвинутая IT-инфраструктура, статус «цифрового оазиса». Минус — дорогая жизнь и жара. Плюс — туда летают прямые рейсы из многих городов.
Европа, особенно Лондон, Берлин, Никосия, — для топ-менеджмента и штаб-квартир. Дорого, сложно, зато престижно и понятно.
И, конечно, Армения, Грузия, Казахстан, Сербия, Кипр — классические «релокационные гавани», где сочетаются адекватные налоги, простота получения ВНЖ и живое русскоязычное IT-сообщество.
Ничего принципально нового. Просто раньше туда уезжали одиночки и маленькие команды. Теперь — целые студии.
Что происходит с теми, кто остаётся?
А вот это самый болезненный вопрос.
Тем, кто решил не уезжать или не получил оффер, приходится работать в новой реальности. И она довольно жёсткая.
Начнём с кадрового голода. Количество откликов на одну техническую вакансию сегодня достигает 300. Но это не потому, что много хороших кандидатов. А потому, что хороших — единицы, и они разбираются за три дня. Остальные 297 — это отклики джуниоров, переквалификантов и просто отчаявшихся людей. Рынок окончательно перешёл от «рынка соискателя» к «рынку работодателя». Компании диктуют условия. Зарплаты по отдельным направлениям — системная аналитика, DevOps, геймдизайн на Unreal — выросли, но при этом требования к кандидатам выросли в разы.
Второе — сужение профессиональной среды. Когда уезжают целые команды, вместе с ними исчезают внутренние знания о том, как устроен легаси-код, связи с зарубежными коллегами, доступ к закрытым чатам и сообществам, а главное — понимание «как там сейчас у умных людей». Оставшиеся оказываются в информационном пузыре. А в IT информационный пузырь — это смерть.
Третье — куда девается бизнес. У оставшихся компаний есть две основные ниши. Первая — госзаказ и оборонка. Там платят, там стабильность, там не нужно думать про экспорт и зарубежные платежи. Но это совсем другой уровень свободы и совсем другие риски. Вторая — локальные продукты для внутреннего рынка. То есть аналоги всего того, что ушло. Только, как показывает практика, качество этих аналогов оставляет желать лучшего.
Частная коммерческая разработка на мировой рынок — этот поезд ушёл. Если ты не релоцировался, ты в этом сегменте больше не игрок.
Что в итоге? Три честных вывода.
Я не буду строить из себя аналитика. Скажу как человек, который каждый день видит, как ломаются карьеры и компании.
Вывод первый. Для отрасли — это не кризис, это смена парадигмы.
Кризис заканчивается. А это — навсегда. Компании увозят сотрудников с семьями, потому что не верят в возвращение. Ни через год, ни через три.
Российское IT больше не будет глобальным. Оно будет локальным, закрытым и очень специфическим. Как судостроение в Челябинске — возможно, качественное, но никому за пределами страны не нужное. Это не хорошо и не плохо. Это факт. Если ты строишь карьеру на глобальных продуктах — тебя в России больше не будет. Если ты готов работать на внутренний рынок и госзаказ — у тебя есть шанс.
Вывод второй. Для тех, кто остаётся — условия изменятся жёстко, но не фатально.
Оставшиеся компании окажутся в изоляции. Но изоляция — это не пустота. Это переформатирование.
Будут востребованы:
- Специалисты по импортозамещению (да, это звучит скучно, но там реальные деньги).
- Инженеры, умеющие работать с open source и китайскими экосистемами (Huawei, Tencent, Alibaba).
- Те, кто быстро переучивается и не ноет по Unity с GitHub.
Не будут востребованы:
- Специалисты, чья экспертиза завязана на конкретные западные инструменты без аналогов.
- Люди, которые надеются, что «всё вернётся».
Страна потеряла индустрию сложной коммерческой разработки. Но она не потеряла инженерную школу полностью. Просто теперь эта школа работает на других заказчиков. И когда ты это примешь — станет легче.
Вывод третий. Для тех, кто выбирает — уезжать или оставаться. Честно, без соплей.
Я не скажу «уезжайте» или «оставайтесь». Но я скажу, на какие вопросы честно ответить себе.
Уезжать стоит, если:
- Твоя карьера завязана на глобальные рынки и продукты.
- Ты не готов мириться с нестабильностью доступа к инструментам.
- Ты мобилен, у тебя нет жёстких привязок (ипотека, больные родители, дети в специфической школе).
- Ты понимаешь, что адаптация займёт год-два стресса, и ты к этому готов.
Оставаться стоит, если:
- Твой доход привязан к рублю и локальным заказчикам, и тебя это устраивает.
- Ты работаешь в госсекторе или оборонке (там сейчас стабильность и деньги).
- У тебя объективные причины не уезжать, и ты готов принять новую реальность — более ограниченную, но предсказуемую.
- Ты видишь для себя нишу в новых условиях и готов переучиваться.
Всё. Никакого «выбирайте сердцем». Выбирайте головой. Потому что рынок изменился безжалостно, и сопли здесь не помогут.
Последний абзац. Без пафоса.
Я не знаю, как будет через пять лет. Может, вырастут свои Unreal Engine и GitHub. Может, всё скатится в полную изоляцию. Может, откроют границы и все вернутся.
Но я точно знаю одно: компании, которые держались до последнего, сдались за месяц. И если даже они, с их ресурсами и юристами, не нашли способа работать в России, — это диагноз. Диагноз для рынка и диагноз для страны.
Пишу и снимаю. Присоединяйтесь ко мне
Авторский видеоконтент
Политический треш
Приглашаю в телеграмм-канал
На покупку карамелек, чтоб зубы испортила
Мои увлечения - история, философия, психология, музыка, экономика, политика, социология. Пишу об этом и о многом другом. Профессиональная модель. Выступала на международных музыкальных фестивалях (вокал, танцы, имитация вокалистов). Учусь в Академии искусств - индустрия кино и искусств, я продюсер и владелица видеостудии.
Рада видеть всех вас в своих блогах.
Жду вас здесь, чтоб не потеряться https://t.me/shipshard
Кино о пропаганде и манипуляциях