Почему два ребёнка, выросшие в одной семье и получившие, казалось бы, одно и то же воспитание, оказываются такими разными по характеру?
Этот вопрос часто звучит с удивлением и лёгким недоумением, ведь кажется, что семья приличная и родители делали всё одинаково, а один ребёнок вырастает уверенным и устойчивым, а другой — тревожным и потерянным. Попробуем объяснить феномен с точки зрения психоанализа, который подсвечивает, что, возможно, дело не в воспитании, а в том, что происходит намного раньше, как до рождения ребенка, так и в самые первые месяцы жизни, когда формируется фундамент психики.
Как формируется психика ребёнка
Психика ребёнка начинает формироваться в тесном эмоциональном контакте с матерью. В психоанализе считается, что на самых ранних этапах жизни младенец бессознательно считывает внутреннее состояние матери, её отношение к нему и глубинные бессознательные установки. Важно не только то, что мама делает внешне, но и то, как именно она это делает: присутствует ли она эмоционально рядом с ребёнком или уход становится механическим, когда она кормит по расписанию, автоматически меняет памперсы, оставляет его кричать до посинения в одиночестве.
Речь идёт о том, насколько ребёнок был желанным и насколько после его рождения мать оказалась способна к так называемому материнскому холдингу — способности эмоционально инвестировать и психически «вмещать» в себя младенца, успокаивать его, впитывая в себя его тревоги. Это проявляется в тонких моментах: как она смотрит на ребёнка, как прикасается к нему, каким тоном говорит, как дышит рядом с ним. Как много у неё внутреннего ресурса, чтобы делиться теплом, вниманием, живостью и своим влечением к жизни.
Если женщина находится в депрессии, болезни, эмоциональном истощении или если ребёнок был нежеланным, её способность инвестировать в него свою жизненную силу оказывается ограниченной. Она может идеально ухаживать за ним, но не передавать того самого внутреннего топлива, которое станет основой его будущей психической устойчивости. Про феномен “мёртвой матери” я рассказывала здесь.
Ребенок как средство
Иногда ребёнок появляется в жизни женщины как средство — удержать партнёра, получить выгоду, отомстить бывшему, соответствовать ожиданиям общества. В таких случаях он становится функцией, а не объектом любви. И тогда мать воспринимает его как объект, механически ухаживая за ним и не передавая ему своего материнского тепла.
Ребенку НЕ транслируется его значимость, его право на жизнь и на любовь окружающих. Как следствие у ребёнка не формируется способность выдерживать тревогу, самоуспокаиваться, справляться с психическим напряжением. Всю свою взрослую жизнь он будет стараться бессознательно воспроизвести травмы детства, дополучить то, что ему недодали в младенчестве.
Две сестры
Две сестры, выросшие в одной семье, могут прожить совершенно разные внутренние истории и судьбы. Одна — желанная, долгожданная, та, которой пели колыбельные, читали сказки на ночь, успокаивали, любили безусловной любовью, даже если она была невероятной плаксой. Мать передала ей свой навык выдерживать внутреннее напряжение и жить без тревоги. Ребёнок вырастает оптимистичным, уверенный в себе, с ощущением “мир меня любит”.
Другая сестра — та, от которой хотели отказаться, та, чьё появление было нежеланным, в неё не было нарциссического инвестирования, которое питает собственную значимость ребёнка и заряжает влечением к жизни. И всю жизнь она будет бороться за любовь, от родителей, партнёров, друзей, коллег, претендуя забрать своё причитающееся ей. Не потому что она слабее или хуже, а потому что её психика тащит за собой детские травмы.
Важность эдипального треугольника
Но дело не только в желанности или нежеланности. Жизнь матери между первым и вторым ребёнком может измениться радикально. С первым ребёнком она могла быть в счастливом браке, в тёплых отношениях, где отец помогал ей перерабатывать тревогу, разделял эмоциональную нагрузку, создавал ту самую триангуляцию, которая разрывает диаду «мать–дитя» и позволяет ребёнку постепенно отделяться.
А со вторым ребенком отношения с мужем могли стать холоднее и напряжённее. Муж перестал быть эмоциональной опорой, и тогда мать может замкнуться на ребёнке, превращая его в контейнер для своего психического напряжения. Такой ребёнок становится ёмкостью, куда бессознательно сливается психическое напряжение по любому поводу.
Мать может срываться на ребёнке или наоборот душить его своей любовью. Очень вероятно, что в такой ситуации мать бессознательно будет препятствовать его взрослению, сопротивляться его сепарации, будет ревновать. В подростковом возрасте это выливается в тяжёлые конфликты, в борьбу за автономию, в болезненные попытки защититься от гиперконтроля.
То, что формирует характер
Одинаковое воспитание не гарантирует одинаковых характеров. Воспитание — это социальная надстройка, а фундамент закладывается в первые дни и месяцы жизни, когда ребёнок ещё не говорит, но уже впитывает, как губка, всё, что происходит в бессознательном матери. И потому что отец — не просто фигура, а важнейшая часть психической структуры ребёнка, влияющая на то, сможет ли он легко сепарироваться, выстроить личные границы, почувствовать себя взрослым.
Два ребёнка в одной семье — это всегда две разные истории любви, два разных периода жизни женщины, две разные материнские психики. И психоанализ лишь помогает увидеть то, что обычно скрыто для обывательского взгляда: характер ребёнка — это не только природный темперамент, наследственность и воспитание, это прежде всего качество тех первых отношений, в которых формировалась психика ребенка.
Как формируется психическая устойчивость рассказывала в статье “Почему один ломается, а другой выдерживает удары судьбы”