В ноябре 2000 года шестилетний Василий Мусофранов отправился на рынок в городе Шахты вместе с мамой. Этот день стал началом длинной и запутанной истории, достойной сюжета драматического фильма.
Цыганская пара, воспитывавшая трёх девочек, заметила ребенка и заманила его в машину с помощью конфеты. Затем они отправились в Волгоград — в свой дом, который для Васи стал тюрьмой на долгие годы. Позже Василий вспоминал, что сначала согласился взять шоколадку, а потом — покататься на машине. Когда его покатали по городу, он уснул. Проснувшись, мальчик растерялся и спросил, где находится. В ответ услышал: «Дома». Вася заплакал и сказал, что это не его дом и он хочет к маме. Ему жёстко ответили: «Тут тебе нет ни мамы, ни папы». Эту поразительную историю рассказали журналисты «КП».
Жизнь в неволе и побег спустя годы
В новом доме Василий, получивший имя Дмитрий, жил практически как раб. Его заставляли работать на семью — цыгане рассчитывали, что в будущем он будет содержать их. Образование мальчику не давали: он не ходил в школу, не умел читать и писать, едва говорил по‑русски и даже не ориентировался во времени — годы он считал зимами.
Когда Василий подрос и осознал, что жизнь может быть другой, он решился на побег. Без документов, навыков и знаний о современном мире ему было крайне сложно устроиться. Выжить помогло знакомство с другом детства — Арменом, который был старше его на три года. Василий поселился в доме Армена, но надолго там не задержался.
Летом 2016 года, когда Армен уехал, Василий напился и заснул в чужой «ГАЗели». Его доставили в полицию, где он наконец признался, что когда‑то его звали Васей, и показал родимое пятно на груди — ту самую примету, которая помогла установить его личность.
Волгоградский полицейский сразу связался с коллегами из Шахт. Цыган задержали, возбудили уголовное дело по факту похищения человека. Василия доставили в Шахты, где для подтверждения личности провели эксгумацию останков его отца. Однако из‑за давности преступления дело закрыли. Цыгане, некоторое время находившиеся под домашним арестом, вновь оказались на свободе.
Возвращение к родным
Несмотря на то что родители Василия уже умерли, нашлась его старшая сестра Галина. У них была одна мама, но разные отцы. Галина была совсем маленькой, когда её отдали на воспитание отцу, и долгое время считала приёмную мать родной.
Когда Василия привезли к сестре, Галина была поражена его состоянием:
— Когда Василия привезли, он был какой-то замученный, а увидев мою маму, стал ее обнимать, плакать. Было видно, что он растерян, но счастлив. На самом деле он хороший и добрый, просто неграмотный, плохо говорит, не умеет общаться с чужими людьми.
Семья столкнулась с множеством трудностей: нужно было одеть Василия, оформить документы и уговорить его учиться. С материальной помощью помог меценат — он передал средства через «Комсомолку». С оформлением паспорта тоже удалось справиться, хотя это потребовало больших усилий.
Попытки обучить Василия грамоте оказались непростыми. Он злился, мог не разговаривать по несколько часов. Прогресс начался только после хитрости его дяди: тот показал, как играть в компьютер, называя буквы на клавиатуре. Василий начал писать прописи, но когда дело дошло до чтения, снова возникли сложности.
Тоска по прежней жизни
Перед Новым годом Василий заявил, что хочет навестить друга в Волгограде. Сестра, скрепя сердце, купила ему билет. После этого она больше не видела брата — он снова исчез из её жизни.
В 2017 году журналисты «КП» разыскали Василия. Он жил у Армена — того самого друга детства, который когда‑то приютил его после побега от цыган. Армен рассказал, что они поселили Василия в доме умершего родственника одного из знакомых — присматривать за ним. Друзья вместе работали: покупали старые машины, чинили и продавали. На жизнь хватало.
Армен поделился подробностями:
— Не переживайте, с ним всё в порядке, есть крыша над головой. Так получилось, что мой знакомый искал человека, который приглядит за домом его умершего родственника, мы туда поселили Василия. Подарили ему щенка. Вместе работаем, покупаем старые машины, чиним, а затем продаем. На хлеб хватает.
Василий не стал общаться с журналистами напрямую, но через друга передал, что у него всё наладилось. Он так и не получил паспорт и фактически продолжил жить в том же волгоградском посёлке, куда его много лет назад привезли цыгане. Они жили буквально через пару улиц — словно напоминая о прошлом, которое не отпускает.