Дерзкий сын Ксении Собчак и готичная дочь Оксаны Самойловой — две разные истории взросления под одним и тем же прожектором: камеры включены с рождения, миллионы подписчиков следят за каждым шагом, а любая эмоция тут же становится новостью.
Почему один ребёнок позволяет себе сказать маме: «Опять ф**** выпустила», а другая сбривает брови, запирается в комнате и отказывается сниматься в семейном блоге? И можно ли в таких условиях вообще спокойно вырасти?
Кто они: Платон и Ариела — дети, у которых нет «частной жизни»
- Платон Виторган‑Собчак родился в браке Ксении Собчак и Максима Виторгана в ноябре 2016 года. Это единственный сын телеведущей, которого она с первых лет не прятала от публики.
- Ариела Самойлова — старшая дочь модели и блогера Оксаны Самойловой и рэпера Джигана. Девочка фактически выросла на глазах подписчиков: семейный блог показывал её с раннего детства — от милых нарядов до первых подростковых экспериментов с макияжем и стилем.
Общее у этих детей одно: они никогда не жили «без аудитории». Их детство — это не домашний альбом, а бесконечная лента.
«Опять ф**** выпустила»: как сын Собчак разговаривает с мамой
В 2024–2025 годах Ксения Собчак стала регулярно выкладывать в Telegram и соцсетях ролики с участием восьмилетнего Платона. В них мальчик не стесняется оценивать мамину работу и внешний вид.
В одном видео, которое разобрали Lenta.ru и телевидение, сын недовольно спрашивает: «Ты опять ф***; выпустила?», «Хватит меня снимать!», — комментируя новый ролик матери. Собчак смеётся и спокойно отвечает: «Да», а в подписи к видео ставит одно лаконичное слово «мой» и смайлики.
Ранее тот же Платон уже критиковал её танцы в TikTok, заявляя, что мама «позорится» и что эти видео «глупые», — пишет ТВЦ.
В другом популярном сюжете, который цитировали развлекательные издания, Платон прерывает её примерку домашнего халата:
«Мам, ты же бизнес‑герл, красотка. Ну хватит уже халатом хвастаться», — говорит он, а аудитория наперебой хвалит «чувство юмора наследника», — «Рамблер»
Часть зрителей умиляется: «весь в маму, характер», другие видят в этом границу, которая слишком сильно сдвинута — когда ребёнок может на публике говорить с матерью так, как взрослые подписчики не позволили бы себе даже в шутку.
Но важно отметить: открытых конфликтов в духе «скандал, слёзы, наказания» пара не демонстрирует. Всё подано как игра, семейная шутка, которую сама Собчак выставляет напоказ и тем самым поощряет.
Сбритые брови и всё чёрное: бунт Ариелы Самойловой
У Оксаны Самойловой и Джигана история совсем другая — более тихая, но куда более тревожная.
Сначала подписчики обсуждали «слишком взрослый макияж» девятилетней Ариелы: на фото 1 сентября девочка идёт в школу с аккуратным мейком, и в комментариях Самойлову отчитывают: «Зачем косметика в таком возрасте?», «Не нужно детей к такому приучать».
Позже, уже в 12 лет, на критику за макияж и наряды Ариела отвечает сама. В интервью Super.ru, пересказывающем её диалог с мамой в соцсетях, девочка спокойно объясняет: красится на мероприятия и вечеринки, но «в школу вообще нет — от слова совсем», а в обычной жизни без макияжа, просто ей нравится сам процесс.
А затем последовал настоящий подростковый кризис. В свежем репортаже «Светской хроники» Пятого канала Оксана откровенно рассказывает:
- Ариела сбрила брови, стала одеваться только в чёрное, подолгу сидела одна в комнате,
- отказалась сниматься для семейного блога — при том, что именно блог сделал семью популярной,
- переживала тяжёлую хандру, которую родители связывают и с возрастом, и с давлением публики.
Сама Самойлова говорит о дочери так:
«Все носит черное, такая готичная, но стала гораздо более весёлая, энергичная. Как будто самый пик подросткового возраста миновал», — признаётся Оксана «Пятому каналу»
По её словам, ситуацию разрулила работа с психологом: Ариела не только вышла из тяжёлого состояния, но и «решила быть психиатром», ей интересно разбираться в человеческой психологии.
Показательно и другое: ещё недавно девочка записала дебютный трек и собиралась стать певицей, но после жесткой травли в сети отрезала для себя мир шоу-бизнеса — больше не хочет иметь с ним ничего общего.
То есть её бунт — это не шутливые реплики в камеру, а попытка отгородиться от того самого внимания, которое приносит семье деньги.
Дети против родителей: где проходит линия конфликта
И в семье Собчак, и в семье Самойловой дети протестуют не только против «конкретных халатов или макияжа», а против самой жизни в формате контента.
- Платон отвечает маме тем же языком, которым она говорит с миром: иронично, жёстко, на публику. Его «дерзость» — зеркальное отражение стиля Ксении Собчак. И пока она смеётся и выкладывает эти диалоги в Сеть, конфликт остаётся в мягкой форме шутки.
- Ариела, наоборот, уходит внутрь себя: отказывается сниматься, прячется за чёрным гардеробом, сбривает брови — буквально стирает себе «лицо» для камеры. Родители открыто говорят о её хандре и о том, что им пришлось учиться быть родителями подростка уже под прицелом всей страны.
Обе истории показывают: чем активнее родители «делятся» детьми с аудиторией, тем болезненнее потом может быть подростковый ответ — от колких фраз до отказа от публичной жизни.
Кто из них «успешнее» и как звёздные дети строят карьеру
Если смотреть глазами шоу-бизнеса, формально ближе к самостоятельной карьере была именно Ариела: у неё был собственный трек, её внешний вид и стиль обсуждали отдельными публикациями, она сама отвечала хейтерам и фактически вела свою линию.
Но цена за это оказалась слишком высокой: хандра, работа с психологом и решение больше не связывать жизнь с миром музыки и блогерства. Сейчас её мечта — не сцена, а профессия психиатра.
Платон же пока остаётся частью маминых проектов. Да, он яркий, остроумный, его реплики разбирают СМИ и подписчики, но собственного пути у него ещё нет — и, возможно, это даже плюс: у ребёнка остаётся время вырасти без «своего бренда» и громкого провала в 12–13 лет.
И тут возникает главный вопрос: что считать настоящим успехом для звёздного ребёнка — миллионы просмотров в начальной школе или сохранённую психику и право самому выбрать, кем быть во взрослой жизни?
А вы бы пустили камеры в детскую?
Истории дерзкого сына Собчак и готичной дочери Самойловой — это не только про «чужих детей», это про страх каждой матери потерять контакт с подростком и про соблазн показать красивую картинку, не задумываясь, что чувствует ребёнок.
Одни читательницы увидят здесь «разбалованных наследников», другие — обычных подростков, которым просто сложнее, чем нашим детям, потому что их ошибки и бунты обсуждает вся страна.
А вы как думаете:
- Нормально ли, что восьмилетний сын на публике говорит маме: «Опять ф**** выпустила» — это здоровое чувство юмора или всё‑таки сигнал о границах?
- Поступила бы вы как Самойлова — продолжали бы вести блог, если бы старшая дочь сбрила брови, ушла в чёрный стиль и впала в хандру?
- Что для вас важнее для звёздных детей: ранняя карьера или спокойное детство без лишних лайков?
Напишите в комментариях, на чьей вы стороне — «строгих» родителей или бунтующих подростков. И обязательно подпишитесь на канал «о Женском», чтобы не пропустить следующие истории в рубрике «Звёздные дети».