Специальная военная операция, помимо непосредственного ведения боевых действий, ставит перед обществом множество сложных задач. Одна из них - это всесторонняя поддержка и восстановление тех, кто получил ранения или пережил тяжелые испытания. Военные и гражданские медики, а также волонтеры работают, помогая бойцам не только физически, но и психологически. Корреспондент "РГ" побывал в Центре иппотерапии "Целебный Ессентуки", где для участников СВО организована уникальная и, что немаловажно, бесплатная форма реабилитации - иппотерапия.
В сердце огня: Врач, ставший воином
Телефонный звонок застал меня врасплох. На экране высветилось знакомое имя: "Иерей Сергий (Тростинский)". Настоятель храма Святой Великомученицы Екатерины в станице Ессентукской, человек, чья энергия и преданность делу всегда вызывали восхищение. Его последнее детище - Центр иппотерапии "Целебный Ессентуки" - уже успел зарекомендовать себя как место, где исцеление приходит не только через лошадей, но и через тепло человеческого участия.
Центр иппотерапии в Ессентуках помогает проходить реабилитацию бойцам СВО (СМОТРЕТЬ ФОТО)
"Владимир, приезжайте к нам!" - голос иерея Сергия звучал с привычной теплотой, но в нем чувствовалось и некое предвкушение. "Познакомлю вас с боевым офицером из Черкесска. Это настоящий опытный офицер, прошел не один военный конфликт и СВО, имеет государственные награды. После ранений у нас проходил реабилитацию".
Слова "боевой офицер", "военный конфликт", "СВО" заставили меня насторожиться. Встреча с человеком, прошедшим через такие испытания, всегда требует особого подхода. Но иерей Сергий не стал бы звать меня просто так. В его приглашении чувствовалась какая-то особая миссия, желание познакомить меня с кем-то, кто, возможно, нуждается в понимании, а может быть, и в том, чтобы его история была услышана.
Читайте "Российскую газету" в Max - подписаться
"Владимир, рад вас видеть! Прошу, проходите", - он жестом пригласил меня к автомобилю, у которого уже стоял мужчина.
Читайте также:
Сергей Переверзев, офицер запаса. На первый взгляд, он не производил впечатления человека, прошедшего через ад. Спокойный, сдержанный, с проницательным взглядом. На его лице не было следов бравады или показного героизма, лишь легкая усталость, которую, казалось, невозможно стереть. Но когда он заговорил, в его голосе появилась та самая сталь, о которой говорил иерей Сергий.
"Здравствуйте, Владимир", - его рукопожатие было крепким, уверенным. "Спасибо, что нашли время".
Отец Сергий, словно чувствуя, что эта встреча требует уединения, оставил нас наедине, но оставался где-то поблизости, готовый прийти на помощь.
Сергей начал рассказывать неспешно, без лишних эмоций, но каждое слово было наполнено весом пережитого. Он говорил о долге, о товариществе, о моментах, когда жизнь висела на волоске. Он не хвастался, не жаловался. Он просто делился своим опытом, словно выкладывая на стол карты своих сражений.
"Черкесск - мой дом", - начал он. "Но долг звал меня туда, где было труднее всего. Война - это не кино, Владимир. Это грязь, холод, страх, который приходится пересиливать каждый день. Это потеря друзей, которые становятся ближе семьи".
Он говорил о своих ранениях, о долгих месяцах реабилитации. И именно здесь, в "Целебном Ессентуки", он нашел не только физическое восстановление, но и нечто большее…
Он родился в семье медиков. Поэтому с детства, слушая рассказы родителей, решил свою жизнь связать с медициной. Большую роль в патриотическом воспитании подрастающего парня сыграл его дедушка Иван Пичугин, который привил ему вместе с его родителями любовь к Родине и честность. Его подвиги были высоко оценены командованием советской армии - кавалер ордена Красной Звезды и Отечественной войны, четыре медали "За отвагу".
Читайте также:
Год спустя: Участники операции по освобождению Суджи вспоминают, как это было
Его дед Иван прошел три войны: советско-японский конфликт на озере Хасан в 1938 году, Великую Отечественную войну и советско-японскую войну 1945 года, ставшую завершающим этапом Второй мировой войны. Он научил внука выживать в сложных условиях и обращать внимание на важные детали. Потомок ветерана Сергей Переверзев носит звание заслуженного врача Карачаево-Черкесской Республики, врач-невролог высшей категории, и это не полный список его заслуг.
"Когда я получил первую боевую награду за боевые действия на Северном Кавказе, приехал на кладбище к его могиле и сказал: деда, внук тебя не опозорил. Осенью 2022 года ушел добровольцем на СВО, работал в госпиталях, - рассказывает Сергей Вадимович, - после завершения контракта продолжил службу в зоне СВО в боевом армейском резерве БАРС. Принимал участие в создании госпиталей и организации медицинской помощи. На мой призыв о помощи откликались многие врачи и хирурги с разных регионов России и приезжали работать на два, а кто и на три месяца. Квалифицированных врачей не хватало, очень много было раненых, и местные больницы с трудом справлялись. Никто им за работу денег не платил, все делали как настоящие волонтеры. Многие из них тогда и приобрели первый военно-медицинский опыт. Ведь полевая хирургия с минно-взрывными ранениями отличается от обычной хирургии, и здесь нужен опыт. Одним из самых сложных была эвакуация с линий боевого соприкосновения (ЛБС). Расстояние между позициями может быть разным от соседних домов на одной улице, до одного километра. Тогда удалось чудом вывезти более 60 раненых офицеров и солдат, большинство из них были из добровольческой казачьей разведывательной бригады "Терек". Она тогда вела бои и держала фронт от Бахмута до Часов Яра. Велся постоянный обстрел, FPV-дроны висели, как коршуны в небе, выискивая нас. А вывезти раненых нужно суметь, чтобы, спасая одного, не погубить других бойцов. Укрыть от разведывательных дронов-корректировщиков огня противника тоже не легкая задача. Это другая совсем тактика… Приходилось под огнем противника добираться до раненых. Вывезти 60 человек - это сутки и более не спишь. Бывает, от одной лесополосы до другой расстояние 700-900 м. Пока его перетаскиваешь, постоянно ведется огонь, работают минометы и другие виды артиллерии, включая высокомобильную артиллерийскую ракетную систему HIMARS. Самым опасным моментом во время эвакуации является пересечение открытой местности, где бойцы оказываются на виду у противника. Старались использовать рельеф местности.
Военнослужащие постоянно находятся в напряжении и постоянном стрессе. Снять у них нервное потрясение и вернуть их обществу здоровыми большая проблема. Кто не слышал об афганском или чеченском синдроме? Так вот наша задача состоит в том, чтобы вновь не повторился этот синдром".
Читайте также:
В России впервые создана система комплексной реабилитации для раненых
Несмотря на полученное в 2024 года тяжелое ранение, вновь вернулся на СВО, в составе организованного им подразделения "Домбай" в составе добровольческой бригады "Терек". Сейчас Сергей Вадимович продолжает оказывать помощь врачам и лечить пациентов. Возит адресные гуманитарные грузы и медикаменты в зону СВО. О своих боевых заслугах не очень любит рассказывать. Сказывается опыт работы в подразделениях разведки.
Очень благодарен иерею Сергию и его созданному центру иппотерапии. Считает, что государство и бизнес не просто должны, а обязаны вкладывать средства для развития конной иппотерапии в регионах, строить крытые манежи, мини-гостиницы, в которых могут проживать выздоравливающие бойцы, дети и инвалиды.
По словам отца Сергия: "Иппотерапия - часть комплексной медико-психологической помощи. На начальном этапе бойцы знакомятся с лошадьми, обучаются навыкам общения, совершают легкие прогулки. Далее под контролем тренера проводятся полноценные занятия, улучшающие координацию и укрепляющие опорно-двигательный аппарат. Практика работы с лошадьми оказывает положительное влияние не только на физическое состояние пациентов, но и на восстановление психологического баланса. В наше время это приобретает особый статус психологически здорового человека. В организации работы центра очень помог полпред президента СКФО Юрий Чайка, который выделил средства на строительство крытых конных манежей. Один из которых имеет систему отопления и кондиционирования, душевую и конюшню для лошадей, актовый зал и места для зрителей. Они позволяют в любое время года и при любых погодных условиях проводить занятия и даже спортивные соревнования. Так же активное участие в работе центра принимает Пятигорская и Черкесская епархия во главе с архиепископом Пятигорским и Черкесским Феофилактом. И сегодня, как многие говорят, "добрый с мягкой гривой" Центр иппотерапии известен далеко за пределами региона. Вот и "Российская газета" стала нашим информационным меценатом. Безусловно, нужно дальнейшее финансирование, чтобы построить мини-гостиницы для семей, инвалидов и детей с ограниченным состоянием здоровья, которым просто необходима иппотерапия. И, конечно, хочется построить небольшую церковь для людей. Земля есть, но нужно финансирование. Нельзя забывать, что наших лошадок нужно кормить, осуществлять медицинскую помощь, а это дополнительные затраты. Пока справляемся, помогают неравнодушные меценаты и просто люди".
Опасное пастбище
Майор, позывной Кирпич, с легкой улыбкой смотрел на удаляющуюся фигуру лошади, на которой еще недавно сидел он сам. Последнее занятие иппотерапии подошло к концу, и впереди снова служба.
В начале 2024 года он был направлен в Курскую область на должность командира пулеметно-гранатометного взвода. Держали оборону, чтобы ВСУ не прорвались. В подчинении было около 40 военнослужащих. Командировка продлилась 10 месяцев, приходилось жить в разных условиях - в основном полевых.
"Вспоминаю, как-то ночью через наши позиции на нейтральную полосу прошла корова, а потом вернулась, - рассказывает Кирпич, и в его глазах мелькает ироничный блеск. - Мы тогда по тревоге поднялись и усилили свои посты. А ведь вокруг было нами и инженерным батальоном все заминировано, а ей хоть бы что… Пришлось вновь пересмотреть схему минирования и укрепить подступы к позициям. Потом, видно, ее кто-то забрал".
Читайте также:
Координаты, пристрелка, поражение: Как связка БПЛА и минометов подавляет ВСУ
Он помолчал, вспоминая: "Небольшие деревеньки были местными жителями брошены, их эвакуировали, у многих живность осталась в разбитых дворах. Вот они и "путешествовали", - улыбается Кирпич. - Тогда, конечно, было не до смеха. Но сейчас, когда вспоминаешь, понимаешь, насколько хрупка жизнь и как важно ее беречь".
После командировки и прохождения военно-врачебной комиссии (ВВК) и отпуска он был направлен в один из санаториев Кавминвод. Там ему предложили пройти иппотерапию у отца Сергия.
"Я, честно говоря, сначала сомневался, - признается майор. - Война - это одно, а лошади - совсем другое. Но отец Сергий так спокойно и уверенно объяснил, как это работает, что я решил попробовать. И не пожалел. Это как на поле боя, только наоборот, - говорит Кирпич. - Там все время нужно быть начеку, ждать опасности. А здесь - учишься доверять, учишься быть спокойным, ответственным. Когда ты заботишься о другом существе, которое полностью от тебя зависит, это меняет тебя изнутри".
Он вспоминает, как впервые сам почистил лошадь, как почувствовал ее шершавую кожу под руками, как она доверчиво прижалась к нему. Это было нечто новое, нечто, что не могло сравниться с адреналином боя. Это было тихое, глубокое чувство связи.
"Сегодня последнее занятие, очень доволен, дальше на службу, - говорит Кирпич, и в его голосе звучит новая уверенность. - Я ухожу с новым пониманием. Пониманием того, что даже после самых тяжелых испытаний есть место для исцеления и обретения покоя. И иногда это исцеление приходит оттуда, откуда ты меньше всего его ожидаешь. От сердца живого существа, которое учит тебя доверять и любить".
Автор: Владимир Аносов