Помните это ощущение, когда за два дня до праздника мама вдруг становилась другим человеком? Голос строже, взгляд внимательнее, и в воздухе пахло содой и мокрыми газетами.
Праздничная уборка в советской квартире не была «помыть полы». Это был ритуал. С правилами, последовательностью и ощущением, что в дом вот-вот придёт кто-то очень важный. Хотя приходили обычно те же тёти и дяди, что и в прошлом году.
Почему женщины 50+ до сих пор вздрагивают, когда слышат слово «генеральная»?
«Праздник» начинался за неделю
В календаре стояло, скажем, 7 ноября. Но для хозяйки дома праздник начинался числа второго. Иногда раньше. Потому что список дел был длинный, а помощников, как правило, мало.
- Сначала окна. Это был отдельный сюжет. Окна мыли осенью и весной, обычно. Между рамами укладывали вату, иногда подкрашенную синькой, и ставили рюмочку или баночку, чтобы собирать конденсат. Кто жил в хрущёвке, тот помнит эту инженерную мысль на подоконнике.
- Потом ковры. Их выбивали во дворе, на специальной железной раме. Зимой бросали на снег и колотили палкой, считалось, что снег «вытягивает» пыль. Я не знаю, насколько это работало по физике, но запах у ковра после такой процедуры был совершенно особенный. Свежий, морозный, чуть-чуть пыльный.
- Потом люстра. Хрустальную разбирали по подвескам, мыли каждую отдельно в тазу с тёплой водой и нашатырём. Это была работа на полдня, и доверяли её редко кому, кроме самой хозяйки.
И только после этого доходила очередь до того, что мы сейчас назвали бы «обычной уборкой».
Тут начинается самое интересное. Со стороны кажется: ну, женщина просто хотела чистоты. На деле причин было сразу несколько, и они переплетались.
- Первая причина бытовая. Квартиры в массовой застройке были небольшими, мебели много, ковры на стенах и на полу, шторы плотные. Пыль в такой среде накапливалась быстро. Особенно зимой, когда форточки открывали реже, а батареи сушили воздух. Генеральная уборка раз в сезон была не капризом, а необходимостью.
- Вторая причина в дефиците. Средств для уборки было мало, и работали они так себе. Стиральный порошок, хозяйственное мыло, сода, нашатырный спирт, уксус. Иногда керосин — для особо сложных пятен. Никаких спреев «для стекла» и салфеток из микрофибры. Чтобы окно блестело, его мыли водой с нашатырём, а потом натирали скомканной газетой. И, кстати, газета работала. Я до сих пор иногда так делаю.
- Третья причина, и она важная, социальная. В дом приходили гости. Соседи, родственники, коллеги мужа, иногда начальство. И квартира в этот момент работала как витрина семьи. По тому, как блестит сервант и нет ли пыли на люстре, считывали характер хозяйки. Это не обсуждалось вслух. Это просто было.
- Четвёртая причина самая тихая. Уборка перед праздником была способом отделить будни от особенного дня. Календарь у людей был жёсткий: работа, очереди, садик, школа, снова работа. И вот эти два-три дня подготовки, когда всё переворачивается вверх дном, а потом встаёт на место уже чистым, давали ощущение, что время сдвинулось. Что началось что-то другое.
Инструменты, которых больше нет
Если заглянуть в кладовку советской хозяйки, можно было найти удивительные вещи.
Мастика для пола в круглой жестяной банке. Её натирали на паркет, а потом полировали щёткой с длинной ручкой или просто старым валенком, надетым на ногу. Ребёнка иногда сажали на половую тряпку и катали по комнате. Считалось, что и ему весело, и пол блестит.
Щётка-смётка из перьев. Ею обметали пыль с люстры и с верха шкафа. Сейчас такие почти не встретишь, а тогда они висели в каждой второй прихожей.
Пемза для чистки раковины. Сода для кастрюль. Зубной порошок, которым иногда чистили серебряные ложки к празднику. Уксус для стёкол. Хлорка в эмалированном ведре - отдельная глава, пахло так, что выгоняло из квартиры на час.
И обязательно стопка старых газет. Газета была универсальным материалом: ею мыли окна, застилали полки в шкафу, заворачивали обувь на лето, подкладывали под цветочные горшки. Газету не выбрасывали сразу. Газета ждала своего часа.
Попробую описать обычную субботу перед 7 ноября в обычной двухкомнатной квартире. Год примерно 1978-й, этаж третий, окна на двор.
С утра мама встаёт раньше всех. На кухне уже греется вода в большой кастрюле, потому что горячую могли отключить, и лучше иметь запас. Отец ещё спит. Дети тоже, но ненадолго.
К девяти всех поднимают. Завтрак быстрый, без разговоров. Дальше распределение ролей. Отец снимает шторы и тащит ковёр во двор. Старшая дочь моет посуду и протирает в серванте. Младшую отправляют разбирать свой угол с игрушками, и это, поверьте, отдельное испытание.
Мама в это время делает главное. Она моет окна. Это её территория, и сюда лучше не лезть с советами. Сначала тёплая вода с нашатырём, потом газета, потом ещё раз газета, уже сухой. Стекло начинает скрипеть под рукой, и это считается признаком, что готово.
К обеду ковёр возвращается с улицы, шторы перестираны и висят сушиться на балконе. Полы вымыты дважды: сначала с порошком, потом чистой водой. Запах в квартире стоит совершенно особенный. Сырость, сода, чуть-чуть хлорки и почему-то яблоки, потому что мама уже начала что-то готовить.
К вечеру все валятся с ног. Но квартира блестит. И вот ради этого блеска, ради ощущения «всё на местах, всё чисто, можно встречать», и затевалось всё с утра.
А если кто-то пришёл в обуви. Отдельная боль советской хозяйки. Уборка закончена, полы вымыты, и тут на пороге сосед забежал на минутку «спросить про соль». В обуви. С улицы.
Я помню взгляд мамы в такие моменты. Она ничего не говорила. Она просто смотрела. И сосед как-то сам понимал, что соль ему сейчас не очень-то и нужна.
Тапочки для гостей были не вежливостью, а защитой труда. В прихожей стоял специальный набор: пары три-четыре, разных размеров, иногда смешные, с помпонами. Гость переобувался при входе, и это было так же естественно, как поздороваться.
Сейчас мы спорим, обязательно ли разуваться в гостях. Тогда такой вопрос даже не возникал. Возникал другой: где ваш размер, тридцать девятый подойдёт?
- Прошло сорок лет, а то и больше. Квартиры другие, средства другие, ковры со стен почти исчезли. Окна теперь пластиковые, и мыть их можно одной салфеткой за десять минут.
Но привычка осталась. Я знаю женщин, которые до сих пор перед Новым годом обязательно моют люстру. Не потому что она грязная. А потому что иначе праздник не наступит. Тело помнит этот ритуал, и спорить с ним бесполезно.
И знаете, я не считаю это пережитком. В этом было что-то очень важное. Способ сказать самой себе и своей семье: вот, я навела порядок, я подготовилась, теперь можно выдохнуть и сесть за стол. Уборка работала как мостик между обычной жизнью и праздником. Без неё праздник как будто не считался настоящим.
А у вас в доме как было? Мама тоже мыла окна газетами, или у неё был свой секрет? И главное, оставили ли вы себе хоть один её приём, или живёте уже совсем по-другому? Напишите, мне правда интересно. Такие вещи стоит записывать, пока есть кому рассказать.