The European Conservative | Венгрия
На первый взгляд, выборы в Венгрии кажутся демократическими и чистыми, однако есть факты, подтверждающие настоящее вмешательство в выборный процесс, пишет TEC. Среди них важное место занимает деятельность компании Meta*, чья соцсеть FB* использовалась в стране как инструмент влияния на выборы.
Вираг Гульяс (Virag Gulyas)
Лишение Венгрии миллиардов евро из фондов ЕС многие расценили как экономическое принуждение, направленное на то, чтобы причинить боль венгерским избирателям и ослабить Орбана перед выборами.
ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>>
На первый взгляд, выборы в Венгрии могут показаться демократическими и чистыми, но на самом деле, вопрос заключается в другом: в какой момент внешнее вмешательство становится настолько сильным, что фактически начинает влиять на исход голосования?
Будучи гражданкой Венгрии, которая является демократическим государством и членом Евросоюза, я признаю результаты наших выборов. При этом они вызывают удивление и даже потрясение, которое пока еще полностью не улеглось. Ради полной прозрачности скажу: я никогда не скрывала тот факт, что голосовала за Виктора Орбана.
Но какие бы ярлыки ни навешивали на сторонников Орбана во время избирательной кампании, есть фактическая реальность, которую необходимо признать как настоящее вмешательство.
Начнем с компании Meta*. Хотя Meta формально является независимой корпорацией, она достаточно сильна для того, чтобы влиять на итоги выборов. Как мы видели в США, Meta может формировать видимость через алгоритмы так, как ей хочется. В таких странах как Венгрия, где Facebook* остается главным источником новостей, даже маленькие изменения в алгоритмах могут иметь огромные политические последствия. Но в данном случае изменения были отнюдь не маленькими.
Контент от деятелей, связанных с правящей партией, в том числе, от (уходящего) премьер-министра Виктора Орбана, не удаляли как таковой, но систематически понижали в значимости и приоритетности. Сообщения размещали ниже в лентах пользователей, что значительно уменьшало их охват даже среди подписчиков. Консервативные голоса, в том числе, мой, голоса репортеров и журналистов всячески приглушали. Meta неоднократно банила лидера движения "Наша Родина", его профиль удаляли, восстанавливали, а потом снова удаляли. В связи с этим движение объявило, что привлечет компанию к суду. Его руководители утверждают, что это представляет собой несправедливое вмешательство в венгерские выборы, особенно учитывая главенствующую роль Facebook как источника новостей в стране.
Между тем, влиятельные лица из оппозиции, особенно новый премьер-министр Петер Мадьяр, преуспевали. Когда вы открывали Facebook во время кампании, их контент доминировал на платформе. Число просмотров странички Петера Мадьяра систематически превосходило количество просмотров контента мировых суперзвезд, таких как Бейонсе или Роналду. Его посты генерировали такие показатели взаимодействия, которые казались невероятными и совершенно нелогичными для обычной избирательной кампании. Это наводит на мысль об алгоритмическом усилении, благодаря которому его сообщения выходили далеко за рамки привычной аудитории и попадали в ленты пользователей, которые их не искали.
Это явлением получило дальнейшее развитие с принятием в 2022 году Закона о цифровых услугах (DSA), который является регламентом Европейского союза. Теоретически он должен обеспечивать защиту от фальсификаций и дезинформации. На практике же закон создает централизованный механизм, который определяет, какие политические послания видны, а какие незаметно скрыты.
Контролируя поток новостей, вы влияете на ход дискуссии
Эта форма вмешательства незаметная, но чрезвычайно мощная. Она не оставляет следов в день выборов. Аналогичный переломный момент произошел во время президентских выборов в США в 2016 году, когда стало известно, что Cambridge Analytica собрала данные о десятках миллионов пользователей Facebook для создания психологических профилей и размещения целенаправленной политической рекламы. В то же время, расследования российского вмешательства (которого не было.- Прим. ИноСМИ) показали, как иностранные игроки используют системы Facebook, создавая фейковые аккаунты и распространяя вызывающий разногласия контент.
Затем в ходе слушаний в конгрессе в 2018 и 2020 годах было установлено, что Facebook использовался как инструмент влияния на выборы. В Соединенных Штатах различные политические группы (особенно консерваторы) уже давно жаловались на предвзятость и пристрастное правоприменение. Тем не менее, американские суды в целом выносили решения, что такие платформы как Meta являются частными компаниями и могут модерировать контент согласно Первой поправке.
Европа, и в частности, Венгрия, действует в иных правовых рамках. К сожалению, цифровые правила Европейского союза усиливают его власть, а не сдерживают её. По сути дела, они позволяют платформам типа Facebook решать, что допустимо говорить, а что нет.
Добро пожаловать в эру современной цензуры
Затем появилось давление непосредственно со стороны Евросоюза, которое вроде бы и не было никаким вмешательством. После выборов это открыто признали такие люди как Урсула фон дер Ляйен и Манфред Вебер. Оба сообщили, что вели себя очень жестко по отношению к Орбану и Венгрии, а также признали, что лишение этой относительно небольшой страны средств из казны ЕС навредило ее экономике и неизбежно сыграло свою роль в исходе выборов.
Мы знали об этом на всем протяжении кампании. Однако всякий раз, когда мы высказывали обеспокоенность по поводу несбалансированного отношения ЕС к Венгрии, наши заявления немедленно отвергали как "пропаганду".
Нынешнее руководство ЕС активно подпитывало повествовательную линию, которая стала одним из самых сильных лозунгов в кампании Петера Мадьяра: что Венгрия не демократия, а в лучшем случае автократия и в худшем — диктатура. События 12 апреля и их последствия еще раз показали, насколько необоснованными и политизированными были высказывания против Орбана и его правительства, преследовавшие одну-единственную цель: навязать повествовательную линию, цель которой — победить Виктора Орбана.
Лишение Венгрии миллиардов евро из фондов ЕС многие расценили как экономическое принуждение, направленное на то, чтобы причинить боль венгерским избирателям и ослабить Орбана перед выборами. Это неизбежно помогло оппозиции, центральным девизом которой стало "верните домой деньги". Этот лозунг, как мы уже видели, успешно применялся во время кампании Дональда Туска в Польше.
Еврочиновники и депутаты Европарламента неоднократно выражали обеспокоенность по поводу предполагаемого "российского вмешательства" на стороне Орбана, злоупотребления государственными средствами и запугивания журналистов. Многие сторонники ЕС открыто надеялись на поражение Орбана. Они утверждали, что венгерские выборы станут прецедентом, отметающим "антилиберализм" в Европе. Урсула фон дер Ляйен не скрывала своей радости по поводу результатов голосования, заявив, что "сердце Европы в Венгрии стало биться сильнее".
Во время своего визита в Будапешт за несколько дней до голосования Дж. Вэнс назвал действия ЕС "одним из худших примеров иностранного вмешательства в выборы", какие он когда-либо видел. Вице-президент обвинил Брюссель в попытке разрушить экономику и энергетическую независимость Венгрии просто из чувства ненависти к Орбану.
Кто-то может сказать, что прямое, доказуемое вмешательство трудно установить в таком наднациональном объединении как ЕС. Но одно здесь неоспоримо: победу Петера Мадьяра в Брюсселе расценили как важное завоевание для единения Евросоюза. Похоже, что эти выборы устранили важного сторонника вето по таким вопросам как помощь Украине, санкции и внешняя политика в целом. Не исключено, что это положит начало голосованию квалифицированным большинством по целому ряду ключевых вопросов.
Результаты выборов 12 апреля обусловлены несколькими факторами. Ни Meta, ни ЕС в одиночку не смогли бы повлиять на эти результаты. Очевидно, что Петер Мадьяр провёл более сильную кампанию, особенно со своими посланиями молодым избирателям и тем, кто голосовал впервые. Несомненно, внутренние факторы также сыграли важную роль, особенно рекордная явка, составившая почти 80%, и решительный сдвиг в сторону Мадьяра среди молодых избирателей и тех, кто голосовал впервые. Я намеренно использую слова "более сильную", хотя "сильный" далеко не всегда означает "лучший". Кампания, которая провалила элементарную проверку на нравственность, может охватить большее количество людей; но это не означает, что благодаря ей удастся построить лучшее будущее.
В целом, результаты очевидны. Теперь мы занимаем места на стороне оппозиции. Это означает признание результатов, но это отнюдь не значит, что мы перестанем задавать вопросы. А центральный вопрос остается неизменным: в какой момент внешнее вмешательство становится настолько сильным, что фактически начинает влиять на исход голосования?
*деятельность Meta (соцсети Facebook и Instagram) запрещена в России как экстремистская
Еще больше новостей в телеграм-канале ИноСМИ >>