— Как мило придумано, — усмехнулась Света, разглядывая вещи золовки, разложенные в их с Савелием спальне. — Может, стоило все же меня спросить?
— С чего это кто-то должен тебя спрашивать?! — Лидия Константиновна по-хозяйски уперла руки в боки. — Пришла в чужую семью, будь любезна слушай и исполняй, что старшие говорят. Чему тебя только мать учила?!
******
Колесики чемодана глухо стучали по лестнице.
— Еще один пролет и мы дома,— счастливо улыбнулась Света, прижимаясь к мужу. Она и не думала, что ей так понравится свадебное путешествие. А главное, их, кажется, скоро станет трое. Впрочем, это еще предстоит выяснить, недаром Света еще из аэропорта позвонила своему вр ачу и записалась на прием.
Света повернула ключ, и они вошли в квартиру. Она повела носом:
— Что это? — посмотрела она на мужа.
Вместо запаха свежих обоев и новой мебели, который они с Савелием оставляли перед поездкой, в нос ударил запах пригорелого масла с чесноком.
Светлана медленно опустила ручку чемодана, стараясь сохранить спокойствие.
— Сава, это точно наша квартира? — тихо спросила Света, хотя прекрасно видела знакомое зеркало, тумбочку и циновку.
Савелий нахмурился. Его лицо, приобрело выражение растерянного ребенка.
— Ключ же подошел, Свет, — он кивнул на связку ключей, которую Светлана продолжала сжимать в руке.
Из кухни донесся детский смех и звон посуды. Света шагнула вперед и замерла в дверях спальни.
На их кровати валялись чужие вещи. Яркие детские курточки, женские джинсы, разбросанные игрушки. В углу стоял манеж.
— Что за ерунда?! — прошептала она.
В этот момент в коридоре появилась свекровь Лидия Константиновна. Она медленно выплыла из кухни. В халате, с мокрой тряпкой в руках, она выглядела как хозяйка, которая только что навела порядок.
— О, приехали! Наконец-то. А мы тут уже обжились, — бодро сказала она, обводя рукой вокруг.
Света почувствовала, как внутри все сжимается в тугой комок.
— Лидия Константиновна, что происходит? Почему в нашей спальне чужие вещи? И вы в таком виде, будто живете здесь?
— Я дочери пришла помочь.
Свекровь выпрямилась и уперла руки в бока.
— А вещи не чужие, а сестры Савелия и его племянников. Я тут подумала и решила, вы отдаете им эту квартиру. Вот они и переехали, пока вы были в отпуске. А чего тянуть? У Яны двое детей, муж ушел, денег нет, снимать не на что. А в нашей двушке всем тесно. Я уже родителям твоим позвонила, Светочка. Объяснила, что вы с Савелием решили жить у них, а квартиру, которую тебе бабушка оставила, отдаете Яне. Они поняли. Хорошие люди твои родители.
Света стояла, словно ее уд арили под дых. Кровь прилила к лицу, в ушах зазвенело. Эта квартира — единственное, что осталось от бабушки. Двушка в хорошем районе, которую она получила по наследству и вложила перед свадьбой в ремонт все свои сбережения. А теперь ее просто отдают?! Ее квартру?! И свекровь об этом говори, как о чем-то само собой разумеющемся?!
— Вы серьезно? — голос Светы задрожал. — Вы без нас решили нашу жизнь? Еще и позвонили моим родителям и сказали, что мы решили?! Да как вы посмели?! Может, меня надо было для начала спрость?! Я как никак здесь хозяйка.
Лидия Константиновна фыркнула:
— Тебя спросить? Вот еще?! Я лучше знаю, как нада, ты пришла в чужую семью, так слушай старших. Чему тебя, Света, только родители учили? Никакого почтения к родне мужа. У Яны дети. А у вас пока никого нет. Поживете у мамы с папой, ничего страшного. А там в ипотеку себе студию возьмете, а может и квартиру однокомнатную сразу. А эту надо Яне отдать. Я и с нотариусом договорилась. Послезавтра нас ждет. Надо, чтобы все по-человечески. Чтобы Яна не на птичьих правах, а хозяйка. Опять же детей в садик устраивать.
Света повернулась к Савелию. Тот стоял, опустив глаза, и мял в руках край куртки.
— Сава, скажи что-нибудь.
Савелий вздохнул, подошел ближе и взял ее за руку. Голос его был мягкий, почти умоляющий:
— Светик, я думаю, мам прав. Яна в таком положении, что выхода нет. Дети маленькие, денег нет, муж бросил, жить негде. Куда им деваться? Мы молодые, переживем. У твоих родителей место есть, они не против. А тут ну, семья же. Надо помогать. Я обещаю, я на вторую работу устроюсь. Прямо сегодня вакансии посмотрю. Электрики везде нужны. Мы быстро на первый взнос накопим, обещаю.
— На первый взнос? Чего?! У меня есть квартира.
— Светик, но сейчас и правда, нам лучше поехать к твоим. Ты устала с дороги, перелет. Завтра проснешься и поймешь, что мама была права. Да и зачем нам это старье. Мы в новом доме квартиру купим. Скажи спасибо, что Яна согласилась здесь жить. А могла бы попросить, чтобы мы для нее квартиру новую взяли. Надо семье помочь. Мы же теперь одно целое.
— Семье?! Одно целое?! Заняли мою квартиру. Мою! Савелий! И я еще благодарна должна быть, что новую купить не попросили?! — Света выдернула руку. Глаза наполнились сле зами яр ости. — Это моя квартира, Савелий! Моя! Бабушка мне ее оставила, а не твоей сестре. Я здесь ремонт делала, стены красила, пока ты на работе пропадал. А ты сейчас стоишь и говоришь, что мать права?!
— Да ладно тебе ис терить, — вмешалась Лидия Константиновна. — Яна уже вещи разобрала. Дети в садик скоро пойдут, им стабильность нужна.— Можно подумать тебе жить негде, эгоистка!
Света почувствовала, как внутри что-то ломается. Тепло медового месяца, нежность Савелия, мечты о ребенке — все это в один миг стало казаться хрупкой иллюзией, которая рассыпалась прямо сейчас. Она стояла посреди своей же квартиры и чувствовала себя чужой.
— Убирайтесь, — вдруг тихо, но решительно сказала она. Потом уже громче добавила, срывающимся голосом:
— Все убирайтесь из моей квартиры. Сейчас же! Савелий, если ты не со мной, а с ними — уходи тоже. Я не собираюсь отдавать свое единственное имущество твоей сестре только потому, что твоя мать так решила!
Савелий побледнел:
— Света, ну не надо так. Давай спокойно. Рассуди сама. Яне с детьми нужнее. А мы к твоим родителям поедем. Ты же сама говорила, что скучаешь по ним. Вот теперь будете видеться каждый день, вместе ужинать, фильмы вечерами смотреть. Ты только представь, как отлично мы заживем.
— Спокойно?! Вместе ужинать и фильмы смотреть?! — преспросила она тоном, не предвещающим ничего хорошего. — Ты меня предал, Сава. Убирайся. И мать свою забирай, и Яну с вещами своими племянниками. Я вызову полицию, если через час здесь кто-то еще останется.
Лидия Константиновна начала что-то возмущенно говорить про неблагодарность, но Света просто развернулась, вошла в спальню и начала скидывать чужие вещи в кучу.
Савелий пытался остановить жену, напоминал, как они счастливы были в медовый месяц, но она оттолкнула его руки.
Через два часа Савелий, свекровь и Яна с детьми ушли.
Савелий, правда, еще стоял под дверью, уговаривал не рушить семью, но Света не отвечала. Она просто села на пол среди разбросанных вещей и запл акала — горько, навзрыд, как ребенок.
******
Через три дня Светлана вернулась от врача. Две полоски на тесте оказались не ошибкой. Она, и правда, беременна. Медовый месяц не прошел даром. Маленькая жизнь уже росла внутри, и от этой мысли одновременно хотелось смеяться и плакать.
Она сидела на кухне, гладила живот и тихо говорила:
— Мы с тобой вдвоем, малыш. Папа выбрал не нас. Ничего, справимся.
Савелию она ничего не сказала. Подала на развод уже на следующей неделе. Адвокат оказался толковым, их развели через месяц, квартира осталась за Светой — как и должно было быть по закону. Других накоплений у них не было.
— И зачем Савелий в суд подавал? — удивлялась она, когда муж устроил всю эту кутерьму, отказавшись развестись по обоюдному согласию.
Савелий вернулся к матери. Теперь в двушке Лидии Константиновны живут она сама, Яна с детьми и Савелий.
Света еще иногда ловит себя на мысли, что где-то внутри все еще б олит. Но потом смотрит на снимок узи и невольно начинает улыбаться.
Теперь у нее семья маленькая, но настоящая. И никто у них с сыном больше ничего не отнимет.
Если Вам понравилась эта история! Я приглашаю Вас подписаться на страницу Max и Telegram Благодаря этому Вы всегда будете в курсе всех моих последних публикаций и сможете первыми узнать о новых и интересных темах.