— Мама, опять тест на беременность отрицательный, да что же такое, почему ничего не получается? — плакала в трубку телефона Наталья.
— Дочка, не расстраивайся! Богу лучше знать… Не получается — и не надо, и без детей как-то живут же люди.
— Пусть живут! А мы хотим малыша, неужели непонятно? Оба здоровы, в чём причина может быть? Год уже пробуем.
Наталья искренне не понимала, почему её мама каждый раз не поддерживает её, а убеждает, что дети не главное.
— Миш, даже обидно как-то такое от мамы слушать. Бог не даёт, и не нужны вам эти дети. Постоянно слышу от неё эти фразы. Твоя мама поддерживает меня, говорит, что всё получится, всему своё время, статьи разные шлёт. А моя вот так реагирует, — жаловалась она мужу.
— Да не обращай внимание, любимая. Все люди разные. Уверен, она просто переживает и таким образом пытается поддержать.
— Странная поддержка, конечно. Не хочу больше ей ничего рассказывать. Как буду беременна, так скажу.
Через полгода наконец-то тест показал две полоски. Наталья тут же рассказала мужу, а потом позвонила свекрови.
— Наташенька, я так рада за вас! Всё будет хорошо, милая! Я всегда помогу, ты только скажи!
Маме решила пока не говорить. Боялась испортить свою радость. Сходила на Узи, встала на учёт в консультацию. И только в три месяца беременности сообщила маме, придя к ней домой с тортом.
— Ой, дочь, а что за праздник? Торт такой красивый, сейчас чай сделаю… Ты поправилась что-ли, или отекла, не пойму… Всё нормально у тебя? — мама внимательно посмотрела на Наталью.
— Всё хорошо, мам. Я беременна!
Мама замерла. Испуг на лице, непонимание.
— Беременна? И какой срок?
— Три месяца уже.
— И ты только сейчас сказала? Ну, спасибо…
Мама села на стул, лицо покрылось красными пятнами.
— Я хотела подождать, говорят, первые три месяца самые сложные, всякое может быть. Но теперь я спокойна… Начинаю потихоньку покупать детские вещички. Нам с Мишкой не важен пол ребёнка, лишь бы здоровый был…
— Вот именно, здоровый! Да и гены непонятно как распределятся… Ох, дочка, расстроила ты меня…
У Наташи проступили слёзы на глазах от обиды. Она сообщает маме радостную новость, а та расстроилась, оказывается… Вот это поддержка!
— Ну, спасибо, мама, за тёплый приём и слова поддержки! Чужой человек, свекровь, так радуется, внука ждёт, а родная мать пятнами покрывается от расстройства! Что с тобой не так, мама? Ты не хочешь внуков?
Мама тяжело вздохнула.
— Значит, свекровь знала… Радуется, говоришь… Чужому человеку первой сказала, а не матери…
— Так я помнила твои разговоры, что дети не главное, видела, что ты будто не хочешь внуков, и тянула до последнего. А теперь цирк тут устраиваешь… Пойду я домой, мне нельзя расстраиваться…
Наталья ушла. Села в машину и разрыдалась. Был бы жив отец, как он радовался бы… Папа был добрый, ласковый, всегда баловал её. Мама была сдержанной, строгой, но заботливой. Наталья считала, что у неё было счастливое детство.
Каждое лето ездили на море семьёй, на своей машине. Ходили на экскурсии, плавали, загорали, ели местные фрукты. Училась Наталья средне, а в подростковом возрасте связалась с нехорошей компанией, начала курить, несколько раз приходила домой пьяной.
Мать сразу капли пить сердечные начала, кричала, ругалась. А отец спокойно поговорил, объяснил, что к хорошему не приведёт такое поведение. Наташе стало стыдно. Больше такое не повторялось.
Когда Наталье было восемнадцать лет, трагически погиб отец. Как же ей было тяжело прощаться с ним на кладбище, папа, родной, как мало ты пожил... Мама несколько лет приходила в себя. Наталья окончила колледж и начала работать. Познакомилась в компании с Михаилом, и вскоре сыграли свадьбу. Жили молодые в, квартире Михаила, мама была рада, что у дочери всё хорошо сложилось.
Дома Наталья рассказала мужу о разговоре с матерью. Михаил молча обнял её, дал выплакаться, а потом тихо сказал:
— Наташ, ну не принимай близко к сердцу. Она у тебя вообще человек тревожный. Мало ли что она имела в виду. Не руби с плеча.
— Да что там иметь в виду, Миш?! — Наталья порывисто села на диване. — Я ей радостную новость сообщила, а она «расстроила ты меня»! И про гены начала… Я ей что, генетический брак какой-то?! Всё, не хочу её видеть. И слышать не хочу.
С того дня Наталья перестала звонить матери. Та набрала пару раз, но дочь сбрасывала. Видеться не предлагала, на сообщения отвечала односложно: «Всё нормально», «Занята».
Беременность протекала спокойно, свекровь баловала её вниманием, Михаил окружил заботой, и постепенно обида на мать притупилась. Только горький осадок остался где-то глубоко внутри.
В один из дней раздался звонок от мамы. Наталья решила ответить, на душе было неспокойно.
— Да, мам.
— Наташенька… прошу тебя, не бросай трубку. Мне очень нужно с тобой поговорить. Не по телефону. Ты можешь заехать ко мне сегодня? Пожалуйста.
— Хорошо, — ответила Наташа после паузы. — Приеду после работы, часов в семь.
— Я буду ждать.
К дому матери Наталья подъехала уже в сумерках. Мама пригласила на кухню.
— Проходи, дочка. Садись.
Наталья села напротив, машинально положив руку на уже заметно округлившийся живот. Молчание затянулось. Первой не выдержала Наталья:
— Ты хотела поговорить. Я слушаю.
Мать подняла на неё покрасневшие глаза, в которых стояли слёзы.
— Наташа, то, что я скажу, тебе будет очень трудно услышать. Но ты должна знать. Особенно теперь. Прости меня, если сможешь.
Наталья почувствовала, как сердце сжалось в нехорошем предчувствии.
— Я тебе не родная мать, Наташа.
— В каком смысле — не родная? Ты шутишь?
— Нет, дочка. Мы с отцом долго не могли иметь детей. Годами лечились, ездили по врачам, ничего не помогало. И тогда решили взять ребёнка из дома малютки. Увидели тебя, ты была такая крохотная, светленькая, с огромными глазами… И поняли: это наша дочь. Мы оформили все документы, удочерили. Папа носил тебя на руках и плакал от счастья. Ты стала нашей. Только нашей доченькой.
Голос матери задрожал, она судорожно вздохнула, но продолжила:
— Твои биологические родители запойные алкоголики. Их лишили родительских прав, когда тебе и года не было. Папа твой родной погиб по пьяни ещё до того, как тебя забрали, а мать исчезла. Поэтому я так испугалась, когда ты сказала, что беременна.
Я не хотела тебя обидеть, глупая, старая дура… Я боялась. Вдруг это передаётся по наследству? Вдруг у твоего ребёнка проявятся эти гены? Я столько лет дрожала от одной мысли, что ты узнаешь правду, и одновременно тряслась от страха, повторится ли эта кровь в твоих детях. Поэтому сказала тебе ту чушь про «не нужны вам дети». Прости меня, прости…
По щекам матери текли слёзы, она закрыла лицо руками.
Наталья сидела бледная, не в силах пошевелиться. В голове стучало: «Не родная, родители алкоголики…» Картинка её детства — папа, который учил кататься на велосипеде, мама, которая ночами сидела с ней, когда болела ангиной, — всё это вдруг показалось декорацией. Чужие люди. И она сама — чужая девочка из дома малютки, которую пожалели.
— Зачем ты мне это сказала, — прошептала Наталья. — Зачем… Лучше бы я не знала. Лучше бы ты молчала дальше.
Она резко встала, стул отъехал с противным скрежетом. Мать вскочила следом, рванулась к ней:
— Наташа, доченька, пойми! Я не могла больше молчать. Ты должна знать, чтобы понимать, почему я такая дурная. Я люблю тебя больше жизни, ты моя дочь, слышишь? Моя! И ребёнок твой — наш, какая разница, чья кровь…
— Хватит! — Наталья отшатнулась. — Я не могу сейчас говорить на эту тему. Мне больно…
Она выбежала в прихожую, схватила пальто и, не оглядываясь на рыдающую мать, выскочила на лестницу. Слёзы душили её, она добежала до машины и, упав на руль, разрыдалась в голос.
Как доехала до дома, Наталья помнила смутно. Михаил, увидев жену с опухшим лицом испугался не на шутку.
— Что случилось?! Тебе плохо? Может скорую вызвать? Что-то с ребёнком?
— Нет, с ребёнком всё в порядке.
Она прошла в комнату, села и, глядя в одну точку, выложила всё, что услышала от матери.
Михаил выслушал молча, потом взял её руки в свои:
— Наташ, посмотри на меня. Ты — моя жена, ты — та самая Наташа, которую я люблю. И ребёнок — наш сын. Никакие генетические страшилки этого не изменят. Алкоголизм — это болезнь, а не проклятие, и мы с тобой сделаем всё, чтобы наш малыш рос в любви и счастье. А мама твоя… Она перегнула палку, да. Но она ведь от страха за тебя с ума сходила. По-дурацки, но от любви.
Наталья позвонила свекрови. Та примчалась, запыхавшаяся, с пакетом мандаринов. Узнав новость, сначала ахнула, а потом крепко обняла невестку:
— Наташенька, девочка моя, глупости всё это! Ты наша родная, поняла? И мама твоя, которая вырастила, — она и есть настоящая. А страхи, они у всех бывают. Главное, что вы у нас есть. И ляльку мы всем миром выходим, будет самый любимый пацан на свете!
От этих простых слов внутри у Натальи немного отпустило. Она выплакалась на плече у свекрови, потом долго сидела, обнявшись с мужем, и почувствовала, как сильно толкнулся внутри малыш. Их сынок… Так, надо взять себя в руки, ему плохо от её переживаний…
С матерью Наталья не разговаривала больше. Правда оказалась слишком болезненной, и требовалось время, чтобы она перестала ранить при каждом воспоминании.
Дни шли, живот заметно вырос. Михаил заканчивал ремонт в детской, свекровь вязала крохотные пинетки. Оставалось меньше месяца до родов, когда однажды вечером раздался звонок в дверь.
Наталья открыла и увидела мать. Та стояла на пороге с огромным бумажным пакетом, из которого выглядывал угол голубого пледа, и с таким лицом, будто шла на эшафот.
— Наташа, дочка… Я не могу больше. Прости меня, ради Бога! Я была не в себе. Я столько лет тряслась над тобой, что ум за разум зашёл. Я буду рада внуку. Самому лучшему мальчику на свете. Ты только прости, доченька, пожалуйста. Ко мне приходила сватья, мы так хорошо поговорили, как же тебе повезло со свекровью…
Губы у матери дрожали, она мяла в руках ручку пакета.
Наталья шагнула вперёд, придерживая тяжёлый живот, и вдруг обняла её крепко, как в детстве, когда, казалось, только мамины руки могут укрыть от всех бед.
— Мам, я тоже прошу прощения за то, что сгоряча наговорила. И я тебя прощаю. Ты моя мама. Другой мне не надо. И папа был самый лучший у меня…
Они стояли в прихожей, обнимаясь и уже обе плача, а пакет с подарками для внука тихо опустился на пол. Внутри у Натальи наконец всё встало на свои места.
Жизнь, пусть и открывшая жестокую тайну, подарила ей любящих родителей. И не важно, что не они родили. Они вырастили в любви и заботе. А впереди ждало рождение сына и большое счастье...
Автор — «Заметки оптимистки»
📱 Мой канал в Макс