Дома меня ждал только абсолютный штиль. Ни звонков, ни писем, ни привычной суеты. Я целый день лежал на диване, бессмысленно переключая телевизионные каналы, не в силах сконцентрироваться ни на одной мысли. Ощущение провала давило глухим грузом где-то под рёбрами. Чувство вины и стыда буквально жгло изнутри — не столько из-за ошибки, сколько из-за того, что я вдруг осознал, как давно моя жизнь превратилась в «день сурка».
Я всегда был упорным и настырным: если не получалось что-то исправить, ковырялся до потери пульса, но обязательно добивался результата. Это качество мне нравилось — оно пять лет держало меня на плаву в компании. Но за последнее время ушёл интерес, исчез азарт. Я действовал на автомате — и в итоге случился этот печальный казус.
Пару дней я практически не выходил из комнаты. Только на третий день, когда отчаяние сменилось каким-то внутренним покоем, я решил: раз всё так, пора что-то менять. Меня больше не держит работа, которую я когда-то считал незыблемой частью себя.
Я впервые за много лет позволил себе просто подумать: чего я действительно хочу, что меня когда-то радовало, что вдохновляло. Вспоминал, как ещё в студенчестве мечтал преподавать, учить новичков, вести кружки по робототехнике у подростков, но считал, что это «непрестижно» и «не прокормит». Вечно откладывал «на потом».
Сначала это казалось безумием — пробовать что-то новое, когда тебе почти сорок, когда у тебя ипотека и обязательства. Я долго мучился сомнениями, анализировал свой опыт, навыки, даже составил список всех дел, которыми занимался не по необходимости, а исключительно по зову сердца. Получилось неожиданно много: от волонтёрства на бесплатных курсах для школьников до помощи знакомым разбираться с их компьютерами в форме своеобразного репетиторства.
Тогда я решился на первый маленький шаг — разместил объявление в соцсетях, что могу помогать подросткам освоить основы IT и компьютерной грамотности. Не ожидал большого отклика, но спустя пару дней мне написала мама мальчика, которому трудно давались дистанционные занятия по информатике.
Первая встреча была очень волнительной. Я чувствовал, что больше терять нечего. Школьник оказался живым, любопытным, но неуверенным в себе. Мы разобрали задание, и я заметил неподдельный интерес в его глазах, когда я доступно объяснил базовые принципы работы с файлами и программами.
После урока я впервые за долгое время испытал удовлетворение — не потому что что-то сломал и починил, а потому что кому-то действительно помог — возможно, на пути к чему-то большему. Это чувство оказалось заразительным. Уже к концу недели у меня появилось ещё три ученика! Почти сразу понял, что отдача и энергия от такого общения не сравнятся ни с каким «техническим героизмом» офисных будней.