Заявление Вашингтона о завершении операции «Эпичная ярость» (Operation Epic Fury) следует рассматривать как переход от открытой военной кампании к режиму принуждения через блокаду, контроль Ормузского пролива и экономическое и политическое давление. Формально администрация США объявила, что цели операции достигнуты, однако фактическая военная активность в регионе не прекращена.
США и Израиль начали удары по Ирану 28 февраля 2026 г.. По данным Reuters, президент США уведомил Конгресс через 48 часов, что запустило 60-дневный срок по "Резолюции о военных полномочиях" (War Powers Resolution). Именно этот срок истек 1 мая, после чего Белый дом заявил Конгрессу, что «военные действия» (hostilities) с Ираном прекращены. В письмах указывалось, что с 7 апреля 2026 года между ВС США и Ираном якобы не было обмена огнём, а «боевые действия, начавшиеся 28 февраля 2026 г., завершены».
Сроки операции показывают правовую, а не только военную логику.
Активная фаза ударов заняла около 38–39 дней:
Белый дом сам заявил, что исходно планировалась кампания на 4–6 недель, а основные цели были достигнуты за 38 дней.
В последующем Вашингтон затянул формальное закрытие операции до рубежа 60-дневного ограничения, чтобы не выводить вопрос на полноценное разрешение Конгресса.
Поэтому общий период от начала ударов 28 февраля до уведомления о прекращении боевых действий 1 мая составил примерно два месяца, то есть укладывается в предельную рамку «до трёх месяцев», но не как заранее завершённый мирный процесс, а как юридически выверенная схема обхода внутриполитических ограничений.
Официальные цели операции были сформулированы предельно широко: уничтожить баллистические ракеты и БПЛА Ирана, военно-морские силы и оборонно-промышленную базу, чтобы лишить Тегеран способности проецировать силу за пределы своих границ. Белый дом утверждает, что в ходе операции было выполнено более 10 200 самолёто-вылетов, поражено свыше 13 тыс. целей, включая более 2 тыс. объектов управления, 1450 объектов ОПК, 1500 объектов ПВО, около 800 целей БПЛА, более 600 военно-морских целей и свыше 450 баллистических ракетных целей. Отдельно заявлено о перехвате более 1000 ударных БПЛА и более 700 баллистических ракетных угроз.
Эти цифры показывают масштаб не точечной операции, а полноценной воздушно-ракетной кампании против государства. При этом даже американская сторона признаёт, что ключевая политическая цель — окончательное снятие ядерного вопроса — не достигнута. Reuters указывает, что Иран не передал более 900 фунтов, или около 408 кг, высокообогащённого урана.
Марко Рубио прямо заявил, что переговорное урегулирование должно включать вопрос о передаче урана, который, по версии США, остаётся «глубоко где-то закопанным».
Следовательно, Вашингтон завершил не конфликт, а именно военную фазу. Вместо неё введена новая конструкция — "Проект свобода" Project Freedom, формально отделённая от Operation Epic Fury.
Рубио назвал её «оборонительной» операцией и заявил, что США не будут вести огонь, если по ним не откроют огонь первыми.
Министр обороны Пит Хегсет также утверждает, что прекращение огня не сорвано, хотя одновременно американские силы ведут действия в Ормузском проливе, сопровождают суда, уничтожают иранские катера, перехватывают ракеты и БПЛА.
Суть новой фазы заключается в контроле над Ормузским проливом. До войны через него проходило около 20 проц. мировых поставок нефти и СПГ. Reuters сообщает, что США одновременно проводят операции по выводу торговых судов и сохраняют морскую блокаду Ирана, запрещая судам заходить в иранские порты и выходить из них. По оценке американского командования, в заливе остаются заблокированными более 1550 коммерческих судов и около 22,5 тыс. моряков.
Последствия для США
Для США операция дала краткосрочный военный эффект, но создала несколько долгосрочных проблем. Первая — правовая. Администрация фактически закрыла Operation Epic Fury на пороге 60-дневного ограничения War Powers Resolution, не получив отдельного разрешения Конгресса. Это усилило спор о праве президента вести крупную войну без полноценного мандата законодательной власти.
Вторая проблема — расход высокоточных боеприпасов. CSIS указывает, что за 39 дней воздушно-ракетной кампании США интенсивно применяли ключевые типы вооружений, включая Tomahawk, Patriot и другие ракеты. По оценке центра, по четырём из семи рассматриваемых номенклатур США могли израсходовать более половины довоенного запаса, а восстановление запасов до прежнего уровня займёт до четырёх лет. Это будет влиять не только на Ближний Восток, но и на поставки ракет Украине и другим союзникам.
Третья проблема — экономика и внутренняя политика. Блокирование Ормузского пролива и военная активность вокруг него уже ударили по мировому энергетическому рынку. Reuters указывает, что конфликт нарушил поставки нефти, а рост цен на топливо создаёт давление на администрацию Трампа перед промежуточными выборами.
Четвёртая проблема — стратегическая незавершённость. США заявили о победе, но одновременно признают, что ядерный материал Ирана остаётся не изъят, переговоры не дали окончательного соглашения, а военная активность в проливе продолжается. Это создаёт классическую американскую схему: объявить военный успех, не решив политическую задачу.
Последствия для Ирана
Для Ирана последствия тяжелее в материальном отношении. По утверждениям Белого дома, были поражены объекты командования, ПВО, ВМС, ракетной и беспилотной инфраструктуры, оборонно-промышленная база и элементы космической программы. Даже с учётом пропагандистского характера американских оценок масштаб ударов указывает на серьёзное поражение военно-промышленной и военной инфраструктуры.
Одновременно Тегеран сохранил возможность политического сопротивления. Иранский министр иностранных дел Аббас Аракчи заявил в Пекине, что Иран примет только «справедливое и всеобъемлющее соглашение» и будет защищать свои законные права и интересы. Иран также настаивает, что американско-израильские удары нарушили его суверенитет, а ядерная программа ведётся в мирных целях в рамках ДНЯО.
На практике Иран оказался в положении государства, по которому уже нанесены массированные удары, но от которого теперь требуют принять политические условия победителя. Это и есть основная американская схема: сначала разрушение военной инфраструктуры, затем перевод вопроса в переговоры с позиции силы, затем обвинение противника в «срыве мира» при отказе подписывать навязанный пакет.
Возможность возобновления ударов
Вероятность возобновления ударов сохраняется высокой. Вашингтон оставил себе сразу несколько предлогов.
Первый — ядерный.
Пока США утверждают, что у Ирана остаётся более 900 фунтов высокообогащённого урана, любой отказ Тегерана раскрыть местонахождение запасов может быть объявлен нарушением будущего соглашения или угрозой его срыва.
Второй — Ормузский пролив.
Project Freedom формально назван оборонительной операцией, но США уже используют его для военного сопровождения судов, уничтожения катеров и перехвата ракет и БПЛА. Любой инцидент с торговым судном, миной, беспилотником или ракетой может быть квалифицирован как нарушение прекращения огня.
Третий — атаки на союзников США.
Американское командование уже утверждает, что после объявления прекращения огня Иран атаковал коммерческие суда девять раз, захватил два контейнеровоза и более десяти раз атаковал силы США; одновременно сообщалось об ударах по Оману и ОАЭ. Пока эти действия названы «ниже порога» возобновления крупной операции, но именно такая формулировка оставляет политическое пространство для будущей эскалации.
Четвёртый — неподписанный мирный пакет.
На 6 мая речь идёт не о полноценном мирном договоре, а о попытке выйти на «полное и окончательное соглашение» (complete and final agreement). Трамп заявил о прогрессе и временной паузе Project Freedom, но блокада Ирана сохраняется. Значит, США оставили за собой инструмент давления даже на период переговоров.
Итоговая оценка
США сами начали активную фазу конфликта 28 февраля совместно с Израилем, нанеся удары по Ирану, после чего оформили завершение Operation Epic Fury как юридическое закрытие 60-дневного цикла. Теперь Вашингтон переводит ответственность за дальнейшую нестабильность на Тегеран: Ормузский пролив, ядерный материал, атаки на суда, угрозы союзникам, отказ подписывать соглашение.
В военном отношении это не окончание войны, а смена режима применения силы. Военная кампания заменена блокадой, морским принуждением, ограниченными боевыми действиями и переговорным ультиматумом. США объявили победу, но сохранили все условия для нового удара. Иран в этой конструкции должен стать виновным за последствия войны, которую начал не он, а Вашингтон и его союзники.