«Каждый шестой танк — на народные деньги»
В конце июля 1941 года, когда вермахт рвался к Москве, а страна приходила в себя после первых сокрушительных ударов, в редакции советских газет хлынул неожиданный поток писем. Люди не просили помощи — люди предлагали забрать у них последнее. «Откройте специальный счёт, куда каждый сможет перечислить деньги на нужды фронта», — писали рабочие, колхозники, учителя. Так, стихийно, снизу, за две недели до официального постановления родился Фонд обороны — крупнейшая в истории кампания гражданского финансирования войны.
Идею подхватили мгновенно. Уже 29 июля 1941 года «Правда» публикует заметку «Трудящиеся предлагают создать Фонд обороны», а 1 августа счета фонда открываются во всех отделениях Госбанка СССР. Москвичи из заводского коллектива «Красный пролетарий» первыми обратились с призывом: до конца войны ежемесячно перечислять в фонд однодневный заработок. Уже 3 августа миллион железнодорожников провёл массовый воскресник и передал фонду 20 миллионов рублей.
Миллиарды, о которых молчат учебники
Масштаб народного порыва даже сегодня трудно осознать. За годы войны на счета Фонда обороны поступило почти 18 миллиардов рублей наличными. Кроме денег люди несли фамильные драгоценности:
- 13 килограммов платины,
- 131 килограмм золота,
- почти 10 тонн серебра.
Общая сумма всех добровольных взносов, включая облигации госзаймов и материальные ценности, достигла 94,5 миллиарда рублей — астрономическая цифра, покрывшая 16% прямых военных расходов СССР.
Историки подсчитали: этих средств хватило на оплату целого года содержания Красной Армии. Каждый шестой самолёт и каждый шестой танк, воевавшие на фронтах Великой Отечественной, были построены на частные пожертвования. Всего же на народные рубли заводы выпустили более 30 тысяч танков, 2,5 тысячи боевых самолётов, 8 подводных лодок и 16 военных катеров.
«Малютка», «Весёлые ребята» и колонна «Дмитрий Донской»
За сухими цифрами стоят судьбы. В декабре 1942 года саратовский пчеловод Ферапонт Головатый, у которого двое сыновей и трое зятьёв ушли на фронт, а дома остались девять внуков, привёз на рынок 200 килограммов мёда — стратегический товар военного времени по 500–900 рублей за кило. Выручив 100 тысяч рублей, он пришёл к директору авиазавода и попросил: «Постройте мне личный истребитель для фронта». Директор позвонил в Москву, в Военный совет ВВС — и получил разрешение. А через полтора года семья Головатого, соседи и родственники собрали ещё 100 тысяч — на второй самолёт с надписью «На окончательный разгром врага». Лётчик-земляк Борис Еремин уничтожил на этих машинах 14 вражеских самолётов, и оба истребителя ни разу не были сбиты.
А вот самая трогательная история:
25 февраля 1942 года в редакцию «Омской правды» пришло письмо, написанное печатными буквами: «Я — Ада Занегина. Мне 6 лет. Пишу по-печатному. Гитлер выгнал меня из города Сычёвки Смоленской области. Я хочу домой... Я собрала на куклу 122 рубля 25 копеек. А теперь отдаю их на танк». После публикации письма дети со всей страны начали присылать в фонд свои «кукольные» деньги. Госбанк открыл специальный счёт — и вскоре набралось 160 886 рублей. На эти средства построили лёгкий танк Т-60, который окрестили «Малюткой». Машина с боями дошла до Берлина.
Своя техника была у каждого края и каждой республики. Танковые колонны «Московский колхозник», «Воронежский колхозник», «Донской казак», «Камчатский рыбак», «Азербайджанский колхозник» — список можно продолжать бесконечно. Оркестр Леонида Утёсова построил на гонорары два истребителя «Весёлые ребята».
Творческий коллектив Кукрыниксов вместе с поэтами Маршаком и Михалковым приобрёл тяжёлый танк КВ-1 «Беспощадный».
Русская православная церковь, несмотря на гонения предвоенных лет, собрала 300 миллионов рублей на танковую колонну «Дмитрий Донской».
Кровь, облигации и отказ от зарплаты
Фонд обороны не был единственным каналом народной помощи. Параллельно шла гигантская кампания по военным займам.
В апреле 1942 года правительство выпустило Первый государственный военный заём на 10 миллиардов рублей — разместили на 13 миллиардов.
Облигации распространялись даже на оккупированных территориях усилиями партизан и подпольщиков. Всего за войну через четыре военных займа казна получила более 100 миллиардов рублей.
Люди отдавали не только сбережения — отдавали собственную кровь. Доноры массово отказывались от положенной денежной компенсации в пользу Фонда обороны. А красноармейцы перечисляли на те же счета до 70% своего денежного довольствия: к концу войны общая сумма солдатских вкладов достигла 40,8 миллиарда рублей.
Почему это важно помнить
Фонд обороны стал уникальным явлением даже по мировым меркам — ни одна другая страна антигитлеровской коалиции не знала такого гражданского порыва. И главное здесь даже не цифры. Главное — за каждой копейкой стояла семья, которая отказывала себе в хлебе, ребёнок, который передумал покупать куклу, старик, отдавший на танк весь свой мёд. Именно эти люди, не державшие в руках оружия, каждый день приближали Победу. И каждый шестой танк, давивший гусеницами врага, был их личным вкладом в историю.
👍 Ставьте лайк, если считаете трудовой подвиг тыла не менее важным, чем подвиг фронтовой. Подписывайтесь на канал «Другая экономика», чтобы не пропустить следующие статьи цикла «Экономика Победы».
#ЭкономикаПобеды #ФондОбороны #НародныйПодвиг #ВеликаяОтечественная #ТылФронту #ДругаяЭкономика