Мама в штыки приняла моего парня и посчитала, что я гуляю вместо того, чтобы учиться – жизнь расставила всё по местам

Я с детства знала цену порядку. Мать растила меня одна, без отцовской помощи, и вбила в голову главное правило: сначала дело, потом удовольствие. Только вот её «потом» никогда не наступало.

– Можно я к Маше схожу?

– А полы помыты? Кровать заправлена? – Она даже не отрывалась от своих отчётов. – Наведешь порядок в комнате – иди куда хочешь.

В пятнадцать меня это бесило до скрежета зубов. В восемнадцать – я решила, что хватит. Подала документы в университет за тысячу километров от дома. Мать скривилась, но спорить не стала. Сказала только:

– Жильё у тебя там есть, бабушкина квартира. Деньги буду переводить. Но диплом привези. Без вариантов.

– А если я не вернусь?

– Вернёшься, – ответила она так, будто знала что-то, чего не знала я.

Город встретил шумом и свободой. Я впервые сама решала, когда вставать, что есть, с кем дружить. На втором курсе устроилась в кофейню – захотелось свои карманные деньги, не зависеть от маминых переводов. Там и увидела его.

Серёжа сидел за угловым столиком, пил американо без сахара и читал какую-то умную книгу. Не как остальные – с телефонами и селфи. Я подошла спросить, всё ли в порядке. Он поднял глаза, и я пропала.

Оказалось, он учится на вечернем, подрабатывает грузчиком, живёт в общаге. Ни семьи, ни квартиры – один. И судимость. Точнее, срок по глупости – ввязался в драку, пытался разнять, а потом доказывал полгода, что не бил. Доказал, но осадок остался.

Матери я ничего не рассказывала. Думала, потом как-нибудь. Она же звонила строго раз в неделю – что мне мешало врать, что учусь и ничем особенным не занимаюсь?

А она приехала без предупреждения. Ворвалась с ключами, увидела его на кухне в моей футболке и застыла.

– Это кто?

– Мам, познакомься…

– Я не поняла. Ты что, с каким-то… с кем ты живёшь?!

Серёжа попытался объяснить спокойно. Мать не слушала. Кричала, что я гуляю вместо учебы.

– Или он, или я! – бросила она напоследок и уехала.

Я выбрала его.

Мы съехали на съёмную комнату. Я доучивалась, работала ночами, Серёжа таскал мешки на складе. Денег не хватало даже на нормальную еду. Но он ни разу не пожаловался, не сказал, что я виновата.

Через три года мы поженились. Ещё через год родилась Алиса. Серёжа к тому времени закончил университет, нашёл хорошую работу. Мы выбрались из той комнатушки, сняли однокомнатную. И тут мать объявилась.

Я гуляла с дочкой во дворе, когда рядом села женщина с седыми волосами. Я не сразу узнала её.

– Здравствуй, – тихо сказала она.

Я молчала.

– Я искала тебя два года.

– Зачем?

– Прощения попросить. Я была дурой. Гордой и злой дурой.

– Поздно, – сказала я и встала. – Пойдём, Алиса.

Дочка потянула меня за штанину:

– Мам, а кто это?

– Никто, – ответила я. – Прохожая.

Поделилась с Серёжей вечером. Он сказал:

– Она твоя мать. И моя тёща, если хочешь. Я уже простил её давно, а ты подумай. Родной человек ведь.

Я думала три дня, потом набрала мамин номер.

– Приезжай, поговорим.

Сейчас она живёт в соседнем доме. Алиса обожает бабушку, Серёжа называет её мамой, и она ни разу не сказала про него плохого слова. А я до сих пор не знаю, верно ли сделала, что открыла дверь. Но Алиса улыбается, и мне кажется – да.