Читая комментарии вроде тех, что на скриншоте, и то, как люди препарируют жизнь моей мамы, я вижу одну и ту же болезнь — узколобость. Люди обожают навешивать ярлыки. Если в семье был алкоголь и абьюз — всё, приговор: «маргиналы», «в таких семьях нельзя рожать детей», «ребенок вырастет травмированным».
А теперь посмотрите на меня. Мне 40 лет. Я красивая, самодостаточная, начитанная, адекватная женщина, мама четверых детей. И у меня нет НИ ОДНОЙ претензии к моим родителям.
Давайте я немного порву ваши шаблоны о том, как выглядит «маргинальная» семья.
Мои родители прожили вместе 13 лет. Да, это были токсичные отношения. Да, моя мама 20 лет пила (и уже 20 лет не пьет). Но давайте судить не по сплетням, а по результатам. За время этого «маргинального ада» в семье появилась трехкомнатная квартира улучшенной планировки и дом в черте города. Сейчас отцу 72, маме 64. Мама пережила гепатит С, абьюз, жизнь без ноги и сейчас путешествует по югу России.
Знаете, что я поняла с высоты своих лет? Мои родители не были жертвами. Они были адреналиновыми наркоманами. Им нравился этот драйв, этот треш, эти эмоциональные качели. Они играли в свою игру. И оценивать их жизнь с вашей пресной, правильной колокольни — просто глупо и немасштабно.
Но самое интересное — это то, как их жизнь повлияла на меня.
Многие думают, что я должна была страдать от недостатка внимания. А я считаю, что это был их главный подарок. Пока они были увлечены своим адреналином, они не занимались моим «воспитанием». Они не сажали меня за стол и не вдалбливали в голову совковые правила и установки, от которых сейчас лечится у психологов всё поколение, рожденное в 80-90-х.
Я росла нативно. Я была свободна. Мои родители даже не подозревали, что в подростковом возрасте я зачитывалась Бхагавад-гитой, увлекалась кришнаитами и ходила по улицам босиком. Моя психика была здоровой: она впитывала мир таким, какой он есть, без фильтров чужих страхов.
И да, эти «маргинальные» родители привили мне одно правило, которое сделало меня мной — они научили меня читать взахлеб. Во втором классе я прочитала пушкинского «Дубровского». Следующей книгой стала суровая «Каторга» Пикуля. Я читала серьезные произведения, пока другие дети лепили куличики.
Моим единственным настоящим трешем в детстве было то, что я родилась без ноги у мамы без ноги. И то, что общество тыкало в меня пальцем, называя «безотцовщиной». Травмировали меня не родители. Травмировали меня люди, которые любят вешать ярлыки — точно такие же, какие сейчас сидят в комментариях.
Осознание того, что жизнь просто такая, какая она есть, пришло ко мне в 30 лет. Я никого не виню. Я не обесцениваю брак своих родителей. Я являюсь великолепным результатом их сожительства.
Так что, когда вы в очередной раз захотите пожалеть меня, осудить мою мать или рассказать мне, как правильно жить (как Ира на скрине, пытающаяся свести мою жизнь к пайку и квадратам), помните: вы смотрите на мир через замочную скважину своих предрассудков.
А я смотрю на мир широко открытыми глазами человека, которому в детстве подарили свободу от ваших правил.