Великая Отечественная война стала величайшей трагедией и величайшим подвигом нашего народа. Путь к победе был долог и неимоверно труден. Чем дальше в историю уходят те страшные года, тем полнее и глубже человечество осознаёт величие этого подвига, тем сильнее восхищаемся мы мужеством, героизмом сыновей, дочерей нашей страны, ценой жизни освободивших Отечество и весь мир от фашизма. Нет у нас такой семьи, из которой война не унесла бы чью-то жизнь, в которой не искалечила бы пулями и осколками родного человека. На Руси всегда помнили тех, кто положил на алтарь Отечества самое дорогое, что имеет человек - свою жизнь. Павшие на ратном поле всегда свято почитались. Из поколения в поколение в былинах и сказаниях, преданиях и песнях славят потомки защитников родной земли, призывая равняться на них. Знаком особого уважения и сердечной признательности, рассказом о подвигах военного поколения служат памятники, связанные с героическим прошлым наших земляков в годы Великой Отечественной войны.
Миллионы могил на русской земле, за её рубежами хранят вечный покой и воинскую честь воинов, среди которых более 200 тыс. наших земляков - брянцев. Война приносит смерть, приходит убить свободу, мечту, стереть, разрушить, сжечь... Она прошла. С тех ужасающе кровавых дней минуло более восьми десятков лет. Осталась боль, о которой нельзя забывать, чтобы не допустить новой беды. Нельзя забывать о тех, кому мы обязаны за мирное небо над головой, за жизнь на родной земле. Память о них хранят гранитные плиты.
На Брянщине немало сёл и деревень, пострадавших в годы Великой Отечественной войны. К ним относится и деревня Карбовка.
Средь Брянских лесов ты под мирною синью
С огромной Отчизной на светлом пути.
А прошлым своим ты сравнима с Хатынью,
Припомнишь, и сердце сожмется в груди.
Зимою по-вдовьи здесь плачут метели
Со дня рокового, что ночи черней.
Со дня, когда женщины здесь поседели,
Мужей хороня и своих сыновей.
Поднялись на битву с фашизмом народы.
Уже на фронтах доставалось врагу.
Ты помнишь, Карбовка, те черные годы,
И ты пред врагом не осталась в долгу.
Незваных пришельцев в деревне бивали,
Чтоб знало вражье, что война — не парад,
В отместку за это фашисты прислали
В Карбовку карательный черный отряд.
Шел сорок второй, и светило для жизни
Карбовское солнце в тот день сентября.
О, солнца лучи, почему вы не выжгли
Глаза полупьяного сброда-зверья?..
Ах, знать бы карбовцам, что все так непросто.
Пред днем своим смертным в леса бы ушли.
Но нынче уж поздно: мужчин и подростков
Коварным обманом на смерть повели.
Обмана не зная, они шли без стона
Под дула засевших в засаде солдат.
Дорогой шептались: «Эх, счас бы лимонок,
Да два ПеПеШа, — то и черт нам не брат».
У ям конопляных — без малого сотню, —
Их подло кололи, стреляли в упор.
Стреляли, ощерясь, как псы в подворотнях.
И стали багровей закаты с тех пор.
А эхо в час казни пронзительно: «Мама»-
Вторило у леса и хрипло: «Прощай!»
Политые кровью, горели, как пламя,
Бессмертник с ромашкой, алел иван-чай.
Карбовские женщины, как вы рыдали,
С родными прощаясь и скорбно молясь!
Но изверги глухи к мольбам и печалям,
К страданьям, что вынесла наша земля.
И вот уже избы в ночи запылали,
Дотла всю Карбовку фашисты сожгли.
И вдовы с мальцами, в живых кто остались,
В леса и окрестные села ушли.
По-вдовьи в Карбовке рыдают метели
Со дня рокового, что ночи черней.
Со дня когда женщины здесь поседели.
Мужей хороня и родных сыновей.
Как Феникс из пепла, воскресла Карбовка,
Отстроены избы, тучнеют поля.
Но помните, матери, знайте, что снова
В опасности хрупкая наша Земля.
Как память о прошлом стоят обелиски,
Их трудно все счесть на российской земле.
Запомните, люди, — до худшего близко,
И новой не дайте вспыхнуть войне!
Автор стихотворения неизвестен.
Здесь, в Карбовке, находится братская могила с 97 именами и фамилиями тех, кто зверски был расстрелян фашистами. Расположена она за пределами деревни на расстоянии 600 метров в направлении к лесу. В ней захоронены местные жители, мужчины и мальчики подростки. Обстоятельства их гибели по воспоминаниям очевидцев тех страшных событий таковы. В конце лета 1942 года Нужный П.П. (впоследствии был расстрелян партизанами), будучи в то время старостой деревни, донёс немецким властям, обеспокоенным участившимися случаями расправы партизан с оккупантами, на своих односельчан, указав практически на каждую семью. Вскоре в Погар в немецкий штаб были отправлены 8 семей, которых расстреляли около пенькового завода. Позднее на этом месте массового расстрела мирных жителей Погара и района в годы фашистской оккупации был установлен мемориал памяти.
9 сентября 1942 года к деревне подъехала спецмашина немецкого карательного батальона. Стояла хорошая тёплая погода. Светило солнце. По воздуху плыли осенние лёгкие паутинки. Карбовцы занимались своими делами, и ничто, казалось, не предвещало беды. А она была уже рядом. Первыми спецмашину заметили дед пастух и его подпасок. Они видели, как со стороны Романовки к Карбовке подъехали несколько крытых машин с немцами и подводы с полицаями. Часть карателей осталась у Вудницкого рва, где были ямы, в которых замачивали коноплю, и стали устанавливать на горке пулемёты, нацеливая их смертоносные стволы на место расправы; другая их часть въехала в деревню. Немцы созвали всех жителей деревни на центральную площадь и объявили, что все карбовские мужчины от 15 лет и старше должны явиться на собрание для получения паспортов, которое якобы будет проходить в ближайшей Романовке. Мужчины повиновались – выбора не было. Когда колонна поравнялась с ямами и мужчины увидели направленные на них пулеметы, страшная догадка обожгла сознание каждого человека. Их привели на расстрел. Раздались первые пулеметные очереди, упали первые жертвы. Людьми овладело отчаяние. Прощальные слова, обращенные к родным, к Родине, плач, крики, стоны раненых слышали оставшиеся в деревне женщины и маленькие дети. Убийц ничто не могло остановить. Пулемёты строчили без промаха. Так погибло 97 карбовских мужчин и мальчиков подростков. Более трёх дней каратели добивали раненых и не разрешали хоронить убитых. Поздно вечером раненый Прокопенко смог выбраться из ямы-могилы, подняться на горку, как видно, для того чтобы в последний раз вздохнуть, и быть убитым немецким штыком. И только после того, когда трупы убитых начали разлагаться, их на том самом месте засыпали землёй оставшиеся в живых жители деревни. Ярость фашистских захватчиков не знала предела, кровавой расправы над мужчинами показалось им мало, и Карбовка была сожжена ими дотла. Оставшимся в живых жителям не позволили взять с собой даже самое необходимое. Они выходили за порог и дом тут же вспыхивал. Вдовы с детьми накануне зимы вынуждены были искать убежище в соседних деревнях, многие в это время подались к партизанам в лес. Вернувшись на пепелище лишь после войны, карбовцы принялись за восстановление родной деревни.
После победы над врагом память зверски расстрелянных жителей Карбовки была увековечена в мемориальном комплексе, сооружённом на месте братской могилы.
А рядом, на горке, возвышается памятник воину – защитнику.
По воспоминаниям односельчан, во время этой трагедии всё же трое спаслись. Одним из них был Гирлин Александр. Он повалился в ручей под старую корягу и по чистой случайности остался жив. А впоследствии Гирлин А. ушел на фронт и там погиб. Такая же судьба и у Котикова Ивана. А Котиков Филипп сумел пройти всю войну и вернуться домой. Сегодня и его уже нет в живых. Спасся, правда, ещё один подросток, Разуванов Иван Петрович, которого сестра переодела в женское платье. После окончания Великой Отечественной войны он жил в Чеховке.
В центре деревни установлен ещё один памятник, посвящённый памяти погибших воинов и партизан, павших в боях за Родину в 1941-45 годах. На центральной плите размещён список погибших карбовцев, среди которых женщины и грудные дети. С другой стороны центральной площади расположен памятник женщине с ребёнком «Мать скорбящая». Кто являлся прототипом, никому не известно, а в списке погибших значится «Мать с грудным ребенком».
Заросли окопы и траншеи. Перепаханы ходы сообщения и воинские укрепления на местах былых боёв. Но не стираются в памяти людей те суровые времена, когда горе вошло почти в каждую семью.
Историческая справка: Почётное звание «Населённый пункт партизанской славы» в Брянской области начали присваивать с 2011 года.
Порядок присвоения этого звания, а также права населённых пунктов, его удостоенных, установлены Законом Брянской области №73-З от 8 октября 2010 года. Закон вступил в силу с 1 января 2011 года при губернаторе Н.В. Денине.
Первые официальные представления о присвоении звания были направлены в январе 2011 года. В апреле 2011 года почётного звания были удостоены посёлок Сеща и город Дятьково.
24 апреля 2015 года деревня Карбовка Погарского района Брянской области получила почётное звание: «Населённый пункт партизанской славы».
Материалы на присвоение деревне Карбовка почётного звания «Населённый пункт партизанской славы» готовились при главе Стеченского сельского поселения Викторе Михайловиче Беляцком. Оформлением всех необходимых документов занимались Зезюля Татьяна Николаевна, заведующая Стеченской сельской библиотекой и автор данной публикации – Рак Наталья Павловна, учитель Стеченской СОШ. Летом 2014 года мною лично папка с документами, оформленными в соответствии с разработанным Положением, была передана в администрации города Брянска Анатолию Теребунову, заместителю Губернатора Брянской области.
На момент подписания Постановления о присвоении д. Карбовка Почётного звания "Населённый пункт партизанской славы" возглавлял Брянскую область А.В. Богомаз.
Среди расстрелянных мирных жителей деревни Карбовка были:
- Бакушин Игнат Лукьянович,
- Бакушин Минна Игнатьевич,
- Белоножко Евдоким Павлович,
- Бакушин Иван Игнатьевич,
- Бакушин Максим Тимофеевич,
- Бакушин Иван Максимович,
- Бакушин Тимофей Данилович,
- Борлов Михаил Фёдорович,
- Бакушин Михаил Игнатьевич,
- Белоножко Василий Павлович,
- Гирлин Антон Михайлович,
- Гирлин Михаил Прокопович,
- Гирлин Прокоп Емельянович,
- Гирлин Николай Прокопович,
- Гирлин Семен Павлович,
- Гирлин Петр Михайлович,
- Гирлин Петр Дмитриевич,
- Гирлин Григорий Иванович,
- Глистов Виталий Семенович,
- Гирлин Кирилл Дмитриевич,
- Ермоченко Егор Ефимович,
- Коваленко Иван Яковлевич,
- Котиков Антон Константинович,
- Кострома Петр Иванович,
- Кострома Корней Акимович,
- Котиков Павел Иванович,
- Коваленко Тимофей Данилович,
- Коваленко Малей Трофимович,
- Лягомов Иван Николаевич,
- Лупик Михаил Михайлович,
- Метлицкий Пётр Петрович,
- Мищенко Пётр Герасимович,
- Мищенко Степан Ефимович,
- Мищенко Василий Андреевич,
- Метлицкий Пётр Иванович,
- Метлицкий Григорий Григорьевич,
- Метлицкий Алексей Васильевич,
- Мищенко Константин Васильевич,
- Мищенко Павел Константинович,
- Метлицкий Дмитрий Евдокимович,
- Метлицкий Николай Дмитриевич,
- Метлицкий Иван Матвеевич,
- Метлицкий Василий Григорьевич,
- Метлицкий Василий Алексеевич,
- Мищенко Алексей Николаевич,
- Мищенко Дмитрий Игнатьевич,
- Нужный Михаил Ильич,
- Нужный Семён Дмитриевич,
- Нужный Иван Григорьевич,
- Нужный Митрофан Григорьевич,
- Нужный Митрофан Климович,
- Нужный Пантелей Григорьевич,
- Нужный Владимир Дмитриевич,
- Прокопенко Павел Кириллович,
- Прокопенко Егор Павлович,
- Прокопенко Максим Павлович,
- Прокопенко Василий Филиппович,
- Прокопенко Василий Сергеевич,
- Прокопенко Василий Григорьевич,
- Понамарев Фёдор Иванович,
- Понамарев Михаил Егорович,
- Пантелеев Егор Дмитриевич,
- Пантелеев Алексей Михайлович,
- Пантелеев Григорий Семёнович,
- Пантелеев Иван Иванович,
- Сытой Михаил Митрофанович,
- Сытой Пётр Николаевич,
- Сытой Михаил Андреевич,
- Станаев Фёдор Васильевич,
- Станаев Михаил Васильевич,
- Сысоев Дмитрий Егорович,
- Сысоев Михаил Дмитриевич,
- Сысоев Иван Степанович,
- Терешкин Семён Филиппович,
- Терешкин Николай Семёнович,
- Терешкин Игнат Корнеевич,
- Терешкин Василий Михайлович,
- Терешкин Иван Семёнович,
- Терешкин Михаил Филиппович,
- Терешкин Василий Филиппович,
- Терешкин Григорий Павлович,
- Терешкин Алексей Александрович,
- Цвилев Семён Андреевич,
- Цвилев Александр Семёнович,
- Цвилев Яков Никитич,
- Цвилев Алексей Васильевич,
- Цвилев Иван Максимович,
- Цвилев Василий Иванович,
- Цвилев Павел Андреевич,
- Чюбанов Иван Матвеевич,
- Ширкин Даниил Павлович,
- Ширкин Тимофей Григорьевич,
- Ширкин Григорий Яковлевич. (К сожалению, список неполный).
Среди расстрелянных есть жители из других населённых пунктов, их имена неизвестны. Согласно сведениям тех лет, в братской могиле покоятся 126 человек.
До этого, 6 октября 1941 года, расстреляно 11 человек:
- Прокопенко Прокофий Ефимович,
- Ширкина Анастасия Тимофеевна,
- Прокопенко Григорий Сергеевич,
- Метлицкий Григорий Евдокимович,
- Метлицкая Ольга,
- Метлицкая Елизавета Никитична,
- Метлицкая Александра Васильевна,
- Метлицкая Нина,
- Гирлина Анастасия Ивановна,
- Спелая Анна Захаровна,
- Метлицкий Пётр Евдокимович.
На стене Памяти вертикально размещено 5 мраморных плит, размером 70х50х25см, на них выбиты фамилии, имена и отчества расстрелянных граждан. Их 97. На шестой мраморной плите, расположенной в правом углу этой же стены выбит следующий текст: «Здесь похоронены жители д. Карбовка, зверски расстрелянные немецко-фашистскими захватчиками 9 сентября 1942г. за связь с партизанами».
В каждом поколении жива боль за убиенных отцов, дедов, прадедов. По рассказам очевидцев написано это стихотворение. Автор неизвестен.
Поёт ручей под толстым слоем ила.
Как и тогда, спешит куда-то вбок.
Он не расскажет, что происходило,
зачем в овраге братская могила,
и почему мир сложен и жесток?
Об этом не расскажет полицай -
свидетель из карательной ватаги.
Он на расстреле был и бог, и царь…
Но поперхнулся кровью вместе с брагой.
Над этим местом Тайна много лет,
как птица распластала крылья.
И пробует взлететь через запрет,
но падает все время от бессилия.
Оборвалась связующая нить...
Нелепо прикасаться к трудной теме.
Попробую понять, восстановить
и донести до вас лихое время.