В последнее время в медиапространстве вновь всплыла старая и пугающая идея: всё, что происходит в мире, — кризисы, конфликты, катаклизмы — якобы вызвано перенаселением. Якобы планета может прокормить лишь «золотой миллиард», а всех остальных нужно тем или иным способом «сократить».
Не числом, а умением увеличим скорость технического прогресса
Вопрос о том, сколько людей способна выдержать Земля, упирается не столько в биологию, сколько в экономику и технологии. Ещё с 1970-х годов учёные из Римского клуба пытались просчитать пределы роста, но их прогнозы не учитывали скорость технического прогресса. Сегодня при нынешних методах ведения сельского хозяйства человечество действительно сильно напрягает биосферу: тропические леса вырубаются под плантации, биоразнообразие падает, идёт массовое вымирание видов — по масштабам сравнимое с геологическими катастрофами прошлого, хотя и уступающее падению астероида.
Но означает ли это, что виновато само количество людей? Исторические примеры заставляют усомниться. Тысячи лет назад, когда население Земли было в сотни раз меньше, древние скотоводы, выпасавшие коз, могли превратить цветущую саванну в пустыню. Есть серьёзные научные гипотезы, что Сахара стала пустыней во многом благодаря деятельности человека с примитивными технологиями. Так что дело не в численности как таковой, а в том, как именно люди ведут хозяйство и что они думают перед тем, как действовать.
Современные технологии освобождают место для природы
Современная селекция растений, минеральные удобрения и пестициды позволяют выращивать в десятки раз больше еды на той же площади, чем тысячу лет назад. Если бы мы попытались прокормить нынешнее человечество технологиями Средневековья, это было бы невозможно. Дальнейшее развитие — например, новые ГМО-сорта, способные давать вдвое больший урожай, — потенциально позволит даже сократить площадь полей и вернуть часть земель дикой природе. Проблемы, конечно, есть, и они серьёзные. Коралловые рифы сильнее других экосистем страдают от выбросов углекислого газа: потепление воды вызывает их обесцвечивание, а закисление океана растворяет их известковые скелеты. Инерция климатической системы так велика, что даже если бы всё человечество внезапно исчезло прямо сегодня, уже выброшенного CO₂ хватило бы, чтобы за сотню лет уничтожить большинство рифов. Но именно технологии — от искусственного восстановления кораллов до выведения термоустойчивых линий — дают шанс сохранить эти экосистемы. В Австралии, богатой стране без воинственных соседей, уже работают над аналогом лесопитомников для кораллов.
Почему вымирание видов животных касается каждого
Потеря биоразнообразия — не только эстетическая трагедия. Разрушение морских экосистем напрямую ударит по рыболовству: рыбы станет меньше и по объёму, и по разнообразию. Но есть и менее очевидная угроза. Кораллы, губки, асцидии — это «морские аптеки», огромный и почти неисследованный источник потенциальных лекарств. Веками люди изучали целебные свойства растений, затем взялись за грибы (так были открыты пенициллин и другие антибиотики). Теперь очередь морских сидячих организмов, которые защищаются от хищников ядами. Многие из этих ядов могут стать лекарствами для человека, но мы рискуем их потерять, даже не успев изучить.
Если оружие слишком смертоносно, внутривидовая борьба должна быть строго ограничена
Не менее важен вопрос о природе человеческой агрессивности. Задолго до появления экономики войны и конфликты были знакомы нашим предкам-охотникам. У муравьёв, живущих огромными сообществами, есть и войны, и захват пленников в рабство, и даже своеобразные «наркомафии» (жуки, выделяющие наркотические вещества в обмен на кормление хозяйскими личинками). Агрессия — древний эволюционный механизм, но у хорошо вооружённых животных она, как правило, ритуализируется. Ядовитые змеи в территориальных спорах не пускают в ход зубы, а лишь толкаются головами. Хищные птицы меряются размерами и громкостью криков, не нанося друг другу серьёзных ран. Это описал ещё Конрад Лоренц в книге «Агрессия»: если оружие слишком смертоносно, внутривидовая борьба должна быть строго ограничена, иначе популяция уничтожит сама себя.
У человека древние механизмы агрессии остались теми же, что и у охотников-собирателей, но теперь они наложились на ядерное оружие и глобальную экономику. Идея убивать за словесное оскорбление в мире, где есть межконтинентальные ракеты, — очень и очень плохая идея. Биологическая эволюция, требующая десятков поколений, просто не успевает за стремительными изменениями среды, которые мы сами создаём. Последние значимые эволюционные сдвиги — например, распространение способности переваривать молоко во взрослом возрасте — заняли 3–5 тысяч лет. Наши же технологические и социальные условия меняются за десятилетия. Это значит, что полагаться на естественный отбор не приходится — нужно полагаться на разум.
Мифы о «золотом миллиарде» и реальность полупроводников
Отдельного внимания заслуживает экономический аспект. Если представить, что численность человечества по каким-то причинам сократится до одного миллиарда, это будет вовсе не «золотой миллиард» с нынешним уровнем жизни. Сжатие спроса убьёт многие высокотехнологичные отрасли, и мы рискуем откатиться по уровню благосостояния как минимум в викторианскую Англию, если не дальше. Современные микросхемы производятся на заводах, стоящих чудовищных денег, и окупаются они только потому, что их продукцию покупают миллиарды людей по всему миру. Никакой «суверенный» полупроводниковый кластер не выживет на рынке в один миллиард потребителей — это просто нерентабельно. Легкодоступные месторождения угля и нефти, на которых взлетела промышленная революция, уже исчерпаны; оставшиеся ресурсы требуют сложнейших и дорогих технологий, поддержание которых возможно только при глобальном разделении труда и массовом спросе.
Можно ли «улучшить» человека?
Разговор затронул и самые передовые рубежи науки. Что мы действительно умеем? Преимплантационная генетическая диагностика позволяет из нескольких эмбрионов, полученных в пробирке, выбрать тот, что не несёт наследственных заболеваний. Это не «дизайнерские дети» с внешностью Брэда Питта — предсказать форму носа или рост по ДНК мы пока не в состоянии, слишком много генов в этом участвует. Но избавиться от таких болезней, как гемофилия или фенилкетонурия, вполне реально. Генная терапия уже лечит некоторые заболевания одним уколом — например, спинальную мышечную атрофию или наследственные болезни сетчатки. Однако радикально улучшить ум или физические способности здорового человека без чудовищных побочек невозможно. Эксперименты на мышах показали: генетическая модификация, делающая грызунов сверхвыносливыми, стройными и живучими, одновременно лишает их способности выживать без постоянного доступа к еде — гибель от голода наступает меньше чем за сутки. А отбор на интеллект у крыс неизменно приводит к повышенной тревожности, невротичности и склонности к зависимостям. Высокая нейропластичность, делающая мозг способным быстро учиться, — это ещё и резкие перепады настроения, примерно как в подростковом возрасте, помноженные на пять и растянутые на всю жизнь. Природа не предусмотрела простого пути к сверхчеловеку.
Импланты, допинг и долголетие человека
Вживляемые в мозг чипы сталкиваются с фундаментальной проблемой: если втыкать электроды — через год-два нервные клетки вокруг них погибают, если считывать сигналы с поверхности — получаем мешанину от миллионов нейронов, разобрать которую сложно даже современным компьютерам. Управлять сложной моторикой роботизированных рук напрямую из мозга пока получается неловко. Протезы для слепых, дающие картинку в несколько тысяч пикселей, уже позволяют не натыкаться на стены и попадать в дверь, но говорить о полноценном зрении рано.
Что касается долголетия, то рецепт прост и одновременно труден. Радикально замедлить старение мозга мы не умеем до сих пор, и обладание неограниченными финансовыми ресурсами лишь маскирует возрастные изменения с помощью косметологии и диет. Но статистика неумолима: мужчины в России и других постсоветских странах живут в среднем гораздо меньше женщин из-за саморазрушающего поведения — рискованного вождения, злоупотребления крепким алкоголем, курения, подавленной агрессии. Лучшее, что можно сделать уже сегодня, — регулярная физическая активность, достаточный сон, здоровое питание, психотерапия и… отцовство. Мужчины, которые живут вместе с детьми и участвуют в их воспитании, живут дольше бездетных или разведённых. Окситоцин от безусловной любви ребёнка, смысл жизни и снижение уровня стресса — биологически вполне измеримые факторы.
Почему статистика показывает, что женщины живущие в браке, живут меньше мужчин?
Казалось бы, брак должен продлевать жизнь обоим партнёрам. Статистика, однако, рисует асимметричную картину. Для мужчин вступление в брак — вне зависимости от того, насколько счастливым он выходит, — связано с увеличением продолжительности жизни. С женщинами обратная ситуация: замужество в среднем сокращает им годы. Это не повод радоваться за один пол и тревожиться за другой, но повод внимательно посмотреть, что именно в институте брака даёт такой перекос.
Первое, что приходит в голову, — роды. Действительно, дети чаще появляются в браке, а беременность и рождение — серьёзная нагрузка на организм. Но исследования показывают, что рождение двух-трёх детей увеличивает женское долголетие по сравнению как с бездетными, так и с многодетными. Так что репродуктивный фактор сам по себе не объясняет разрыв.
Настоящая причина, судя по всему, лежит в распределении нагрузки. Во многих парах сохраняется негласное ожидание, что мужчина — добытчик, а женщина — хранительница очага. Реальность же такова, что одной зарплаты зачастую недостаточно, и женщина тоже ходит на работу. В итоге на неё ложится двойная, а то и тройная нагрузка: профессиональная занятость, бытовое обслуживание семьи, забота о детях, уход за пожилыми родственниками — причём в браке добавляются ещё и родственники мужа. Эмоциональный груз также распределён неравномерно: именно женщины, как правило, берут на себя основную часть «невидимой» работы по планированию, утешению, организации.
Таким образом, брак часто становится для женщины пространством повышенных требований и стресса, что и отражается на здоровье. Мужчина же в браке получает ту самую бытовую и эмоциональную поддержку, которая защищает его от разрушительных привычек и одиночества, продлевая жизнь.
Из этого следует простой и одновременно сложный рецепт. Мужчины, которые хотят жить дольше и видеть рядом здоровую, не выгоревшую спутницу, должны сознательно делить с ней нагрузку.
Активное отцовство — возня с детьми, участие в их воспитании — не только облегчает жизнь жене, но и добавляет лет самому мужчине, потому что даёт смысл, окситоцин и физическую активность. Женщина, не перегруженная детьми и бытом, стареет медленнее. А такие помощники, как посудомоечная машина, сушильный автомат, а при возможности — домработница или няня, превращаются из предметов роскоши в инструменты долголетия. Техника, берущая на себя рутину, — это не просто удобство, а вклад в здоровье семьи.
Вместо финала: не искать виноватых, а действовать каждому из нас
Теория «золотого миллиарда» — опасный миф, отвлекающий от реальных задач. Сокращение численности человечества не решит экологические проблемы, а только разрушит технологическую базу, без которой мы не сможем ни накормить людей, ни восстанавливать экосистемы. Напротив, именно растущий спрос, наука и инженерия позволяют делать больше с меньшими затратами ресурсов. Вопрос не в том, сколько нас, а в том, как мы организуем хозяйство, как распределяем блага и заботимся о природе. И, пожалуй, в том, готовы ли мы признать, что не существует универсального «сорок третьего размера», подходящего всем, — каждый случай требует индивидуального подхода: и в медицине, и в политике, и в личной жизни.
Биология учит нас, что разнообразие неустранимо, а простые рецепты для толпы лживы. Чем быстрее мы это осознаем, тем выше шанс, что наши дети и внуки увидят не выжженную землю, а планету, пригодную для долгой и счастливой жизни. Приглашаем на наш канал и в нашу группу- https://ok.ru/group/70000026593498