Налоговики зафиксировали рост объёмов сделок с займами за рубеж, которые могут быть фиктивными и нарушать налоговое законодательство. В частности, выросли объёмы представляющих риски с точки зрения налогового законодательства сделок по закрытию займов с непогашенным долгом заёмщика, а также с погашением долга неденежными способами. Зачастую такие сделки фиктивны - бизнес не занимает деньги
Налоговики зафиксировали рост объёмов сделок с займами за рубеж, которые могут быть фиктивными и нарушать налоговое законодательство. В частности, выросли объёмы представляющих риски с точки зрения налогового законодательства сделок по закрытию займов с непогашенным долгом заёмщика, а также с погашением долга неденежными способами. Зачастую такие сделки фиктивны - бизнес не занимает деньги зарубежной структуре, а переводит, например, дивиденды, облагаемые налогом. Об этом сегодня пишет Forbes с моими подробными комментариями.
Смысл фиктивных займов иностранным компаниям заключается не в кредитовании, а в перемещении денег из российского налогового периметра в иностранный под видом возвратной сделки, после чего долг просто прощается, говорит глава юридической компании "Архитектура Права" Андрей Зуйков. За таким займом может скрываться распределение прибыли или дивидендов в пользу иностранной структуры (организации должны удерживать НДФЛ или налог на прибыль при выплате дивидендов). Также зачастую бизнес таким образом маскирует оплату услуг, роялти, управленческих расходов, активов или прав, говорит Зуйков. В целом при таких рисках ФНС определяет, какую экономическую выгоду реально получил иностранный контур и какой налог должен был возникнуть, если бы операция была оформлена по существу, а не как заём, сказал он.
Займы, выданные российскими компаниями с отрицательными чистыми активами, также выглядят рискованно: если сама компания экономически слаба, но при этом выдаёт необеспеченный заём за рубеж, это не похоже на поведение независимого кредитора, говорит Зуйков. В такой ситуации ФНС может сделать вывод, что российская компания была не реальным инвестором или кредитором, а транзитным звеном для вывода средств, добавил он.
В целом после 2022 года трансграничные платежи стали сложнее одновременно в налоговом, валютном, банковском и санкционном смысле, отмечает Андрей Зуйков. По ряду операций с зарубежными компаниями, особенно из недружественных стран, появились ограничения и разрешительный порядок, в том числе через правительственную комиссию. На этом фоне заём стал удобной юридической оболочкой, говорит он. В отличие, например, от фиктивных услуг, по займу проще подготовить минимальный комплект документов - договор, платеж, график возврата. При этом налоговый риск часто проявляется не в момент выдачи займа, а позже, когда становится понятно, что долг не обслуживается, не возвращается, бесконечно пролонгируется, прощается или закрывается неденежным способом, сказал юрист.
Подробнее в материале журналиста Марии Перевощиковой в Forbes.
