Разбивать рассказик на две части такая себе идея, но целиком не публикуется, сорри.
________
Каждый раз.
Когда ненастье терзает землю. Когда ветер валит деревья в глухом лесу, а лес стонет от ужаса. Когда дождь - сплошной поток, а молнии хлещут по небу.
"Скорая помощь" прорывается на вызов по старой дороге, и прорываться осталось десять километров или чуть больше. Только одна бригада каждый раз принимает этот вызов.
Ревет двигатель, колеса разбрызгивают жидкую грязь, фургон сотрясается от подвески до крыши, но дорога превратилась в ловушку, которую невозможно покинуть. Медики в машине давно мертвы, но водитель жмет на педаль газа, врач подтверждает по радио доезд пятнадцать минут, а его напарница-фельдшер сосредоточенно проверяет набор экстренной помощи. И вот уже справа видны просветы там, где упраздненная вырубка и поросль молодого сосняка.
Левые колеса теряют грунт и зависают в пустоте. Фургон рушится в провал, зияющий сбоку от дороги.
Но водителю нужно довести машину туда, где ждет помощи человек. И он это сделает, сколько бы оно не стоило. Он всегда так делал, так будет и сегодня. Одолеть бы только этот участок, хуже которого нет… Лента раскадровки проматывает несколько минут назад, вызов получен, и вновь под колесами грунт и сосны в окнах.
И вновь за лобовым стеклом дорога, и вновь слепой поворот.
И в каждый шторм.
Каждый раз, когда стихия в ярости хочет уничтожить всех и всё, попытка повторяется. Ревет двигатель. Крутятся вхолостую колеса над бездной. Шипит в кабине рация.
***
Непогода не бывает бесконечной. Наступает рассвет, измученный мир жадно ловит первые минуты спокойствия. Шторм больше не атакует сущее, ливень иссяк, тучи расступились, пропуская на небеса еще прохладное солнце. Скоро его лучи потеплеют, и новый день изгонит за горизонт ночной кошмар.
Но бушующая ночь пробудила безголового божка, отродье холодной плоти и стылого семени, вырывшего себе пещеру в овраге. Конечности захрустели множеством суставов, лязгнули когти, зачерпнув ткань бытия, подняв из глубины мутную взвесь и отправив в путь круги по поверхности из "сейчас" в "тогда". Круги становились все шире, посыпались звенья причинности, по тонкой склейке разошлась логика событий.
Укромные уголки готовятся принимать странных посетителей.
____
- ВТОРНИК, СРЕДА -
Кто не страдал от осенней депрессии, тот не жил полной жизнью. Нервная система выпрашивает чего-нибудь светлого, доброго и радостного, а не вот этого вот всего. Даша Махова получила "послание" ранним сентябрем, для начала в виде мигрени. Ее нервы объявили, что не вывозят свирепые диспуты в школьном чате и постоянный сбор по пятьсот рублей с носа. А кто заведует чатом и сбором? Дарья Ивановна, у нее же других дел никаких нет! Пошли вы к черту, ребята и девчата, а также их родители, справляйтесь дальше сами.
Нацепив очки, Даша перелопатила интернет, пытаясь совместить свои пожелания с доступными возможностями. Спускать сумасшедшие деньги на курорты Краснодарского края, или, прости господи, Бали с Доминиканой она не собиралась. Ей бы не по цене почки, не слишком далеко, чтобы комфортно, с питанием, и, ну, пусть немножко мистично. Разжечь фантазию и оживить воображение, прикоснуться к загадке и попробовать ее разгадать… Ведь загадки - это ее любимое и лелеемое хобби. Даша гордилась своим умением их разгадывать.
Она забраковала экскурсии по Золотому кольцу, туры в Подмосковье, пешие прогулки и расковыряла агрегатор "Россия туристическая" до исходного кода. Томиться в автобусе с раннего утра и до позднего вечера с перерывами на посещение монастыря и ярмарки вологодского рукоделья? Нет уж, увольте.
Мистика тоже какая-то импортозамещенная. "Квартира Воланда на Патриарших". "Тайная библиотека масонов в Китайгородском проезде". "Подвал, где убили РУССКОГО ПОЭТА Сергея Есенина". Знает она, как это устроено. Всё незаконно, подвал под особым надзором, заметут тебя громилы в штатском, и жалуйся потом Деве Марии. Да и не в подвале его убили, а в ресторане бандиты зарезали. Поход в аномальную зону - в тайгу, на своих двоих, с палаткой, костром и сухпайками. Спасибо, не надо. Даша уже была готова банально свалить на дачу до понедельника, когда ей подвернулась статья блогерши и паломницы из Суздаля.
Даша по диагонали пробежала текст, морщась от авторской орфографии. Но это, по крайней мере, написано настоящим человеком, а не сгенерировано тупорылой нейросеткой. И фотографии живые.
В статье говорилось о Холмовой часовне и добросердечной ворожее, принимавшей там просителей. Она исцеляла болезни, душевные раны и сотворяла иные чудеса, пока однажды не растаяла в воздухе. ("Прям в воздухе, господа присяжные"). Но энергетика ее столь велика, что и в наши дни ее образ возникает на внутренней стене часовни. Вам в детстве показывали диафильмы? Как диафильм. Можно даже запечатлеть на камеру.
Махова просмотрела фоторепортаж: гигабайт пейзажей, закатного неба и, собственно, Холмовой часовни. Вид издалека, вид вблизи, вид внутри. И никаких образов на стене. Совсем за дураков народ держат!
- "Если вы застанете ворожею в часовне, попросите ее предсказать будущее"… Канешн, предскажет она. И мужа богатого нагадает. Базовый пакет для эрэспэшки. Боги, ну что за лажа. Вот ничего уже не стесняются! Холмовая часовня, в которую лохи шастают фоткать бабу на стене. Которая то потухнет, то погаснет. Ну уж я на такое не клюну, извините. Ждите других идиотов. Адрес какой?
Прочитал ли демонический сетевой монстр ее мысли, или то было простым совпадением, но на дисплее развернулся рекламный модуль.
"Культурный и бюджетный отдых в формате пансионата, между Москвой и поселком Космахино.
Вы устали от городского шума и суеты? Скажите "да" и проведите выходные в живописном отеле "Спальня"! У нас есть: дружелюбный персонал, тишина, свежий воздух, настольные игры и мистическая часовня на холме у леса. Мы Вас кормим и стелим Вам постель, а Вы отдыхаете. Скидки на этой неделе: четверг-воскресенье минус 15 процентов, алкогольные напитки в баре. Заполните форму на сайте, чтобы забронировать номер…"
- Я говорю "да"… - сказала Даша рекламному модулю и двинула курсор к ссылке "Форма". - Вокруг лишь леса и леса. Мелководная речка. Скидка пятнадцать процентов. Мне пойдет.
Она выбрала день заезда - четверг после 14-00, а в слоте "количество мест" проставила двойку. Поездка, конечно, чисто развлекательная, но если развлекательность зашкалит, важно иметь сопровождение. Кандидатов у нее всего один, да и тот бесит и будет ломаться. Ничего, уломаем, потом потерпим. Русская женщина всё вытерпит.
Реклама поменяла текст: "Ваш заказ принят и передан администратору. Просим произвести оплату не позднее, чем за 24 часа до прибытия, скидка будет активирована автоматически".
И ниже: "Осмотр Холмовой часовни - бесплатно. Настоятельно рекомендуем: если хотите повидать ворожею, приходите один. Двоим и больше посетителям она не покажется". Подумать только, какие мы нежные.
Даша добавила данные карты и ввела код подтверждения. "Успешно!"
Она навестила в кабинете мужа, который также собирался, хотя и не на отдых. После пандемии они с партнерами по бизнесу набирали подряды, где могли. Упущенная выгода сама себя не возместит.
- Дорогой, я хочу съездить на выходные в пансионат. Тут, недалеко. Коль, а Коль, ты же не против?
Колян Махов давно прекратил попытки найти логику в жизненных циклах супруги. Хочет в пансионат - скатертью дорога, а то на него родители школоты уже косо поглядывают от ее бурной деятельности. Только бы клады опять не искала и не грабила выставки. Есть же где-то нормальные бабы: любовников заводят, дома не ночуют, красотища.
- Да я только за. В пансионат. Отличная идея. Тоже хочу в пансионат, но поеду строить коттедж, гараж и две бани.
Любящая супруга тактично уклонилась от затронутой темы.
- А ты в Космахино бывал когда-нибудь? Поселок Космахино.
- Бывал. Не так уж и недалеко, полтораста от Балашихи. Захолустье, но чистенькое. Жители приличные, хотя я их давно видел, может, поменялось все. Сейчас все не так, как раньше.
- Почему ты такой не оптимист? - укорила его Даша. - А я буду надеяться на лучшее.
Она сделала несколько заказов на маркетплейсе и принесла с балкона дорожную сумку.
***
Наварив кастрюлю сладкого компота, Даша пригласила на собеседование Анжелу Аклевцову из соседнего дома.
- Дашенька, да я совсем не против с тобой куда-то поехать, - сказала Анжела. - И я вовсе на тебя не обижаюсь. - Она давно простила хитроумной Дарье все катаклизмы, через которые та ее протащила, но инстинкт самосохранения требовал поберечься. - Но ты пойми и меня тоже! Ты лечишься у психиатра, тебя лишили прав, а ты их выкупила обманом! Мне немножко страшно, вдруг ты в тоннельное состояние впадешь, а я же машину водить не умею…
Махова усмехнулась. Любому другому за такие слова она бы глазки выцарапала, но тут как бы жена одноклассника мужа… Она разлила по стаканам компот и приступила к убеждению.
- Анжелочка, маркизонька моя прекрасная, - нежно закурлыкала она. - Тебе и не надо уметь водить машину. Я прекрасно с этим справляюсь. Не могу себе позволить состояния, знаешь ли. Родителей на дачу, Колькиных родителей на дачу, с дачи на рынок, потом всех обратно. И ни одного даже штрафа, Анжелика, Маркиза ангелов! А в такси я с острым психозом работала, и работала же!
- Ты умница, ты такая молодец! А далеко ты собралась-то?
- Господи, да час езды всего, полкилометра за кольцевой. Да пара часов там, да час обратно. Анжелк, че ты как не родная?
- Ладно, хорошо. Поедем, лишь бы ты не скучала. Но если ты опять, как в прошлый раз, заставишь меня красть картины из музея…
Махова театрально схватилась за голову.
- Анжел. Никто не может никого заставить украсть из музея картину. Там была полностью твоя инициатива. Я только на шухере стояла… Согласись, не так?
- Ну уж не совсем так-то! Ты мне мозги вынесла, что, если картину не украсть, то конец света наступит, и типа я за всё в ответе. Только я не поняла, почему. А потом мне же пришлось бежать с этой картиной в лес, я оттуда еле выбралась. Зачем в лес, тоже не поняла толком…
- Видишь, ничего толком не поняла, а выдумываешь.
Анжела протяжно, нараспев, вздохнула. Ох, чего уж теперь.
- Еду с собой приготовить? - спросила она.
- Обязательно. Лучше тебя никто не готовит еду, особенно рулеты. Ты лучшая в мире готовщица еды!
Не так много нужно было Анжеле для безоблачной радости. Она счастливо заулыбалась, и Даша принялась гипнотизировать в чашке курагу и безвольный абрикос. Как же эта кривенькая улыбка вымораживает!
- Рулеты с фаршем, Анжела. С фаршем.
- Ну конечно, будут тебе рулеты с фаршем! Когда поедем-то?
- Да завтра и поедем. С утра, чтобы никто под ногами не путался. А, и паспорт с собой захвати, вдруг пропускной режим, или менты стопорнут, мало ли что…
- Паспорт? - переспросила Анжела.
- Ну да, паспорт. Он же у тебя есть?
____
- ЧЕТВЕРГ -
Но и депрессия депрессии не ровня. Бывает она осенняя и безобидная, как тихая собутыльница. А бывает от беды и от горя, бешеная, как солевая наркоманка, потрошащая тебя консервным ножом. И такая невыносимая, что откладывать дальше нельзя.
Славик Постиков нашел в кладовке моток веревки и, сопя, принялся его распутывать. Дальше он откладывать не будет.
Он принял решение еще месяц назад, сразу принял. Кто-то у подъезда спросил: "Что, как твои? Да ты про аварию не слышал?! На седьмом километре столкнулись, машины горят, погибшие есть"… и жизнь, не вскрикнув, рухнула и унеслась в пропасть. И до сих пор падает, падает, и догнать ее можно лишь одним-единственным способом: отправиться за ней. Веревка длинная и прочная. Самое что надо. Сложил веревку в бухту и засунул в карман джинсовки.
Сегодня он это сделает. Еще одной ночи ему не выдержать. Мертвые опять придут и будут смотреть пристально, совершенно белыми глазами, и что-то шептать, склонившись к нему, сгорбившемуся на кухонной табуретке. И он не будет делать это здесь. Тогда он все равно останется с ними один на один, только не сможет ни закричать, ни убежать на улицу.
Нельзя опорочить их крохотное, когда-то такое родное жилье. Есть местечко получше. Там он сможет вспомнить напоследок о приятном. Там была его первая работа, там он в первый раз получил настоящую зарплату. Накупил всем подарков, а себе велосипед и новые кроссовки. Ему нравилось работать, и люди с ним работали хорошие. Но людей больше не осталось. Хорошего ждать неоткуда. Никто не придет и не поможет.
Славик побродил по квартире, натыкаясь на стены. Глаза слезились и ни черта не видели, ноги выписывали длинные петли. Петли.
***
- Так ты говоришь, где-то около часа ехать? - уточнила Анжела.
С ее ростом метр восемьдесят четыре на пассажирском сидении "Форда Фьюжн" было тесновато, но она умудрилась свернуться калачиком.
- Да, примерно.
- Тогда минут через пятнадцать уже приедем?
- Да, через пятнадцать.
…Два часа спустя Анжела с некоторым удивлением заметила, что они никуда не приехали, да еще свернули с шоссе на стремную магистральку, и цивилизации вокруг все меньше, а деревень все больше, причем заброшенных. За забором промелькнуло пугало, словно распятое в воздухе.
- Даша? - обратилась она к подруге. - Извини, что отвлекаю, но ты говорила, ехать недалеко и немножко за МКАД. А это не немножко за МКАД, это, по-моему, вовсе другая область. Что происходит?
- Я соврала, - ласково откликнулась Даша. - Мы едем на выходные в маленький пансионатик, отдохнуть от городской суеты и шума.
- Даш, это же похищение! - взвизгнула Анжела. - Меня же муж потеряет!
- И что, у вас телефоны есть. Позвони ему и скажи, что ты со мной, и что беспокоиться не о чем. Все равно они с Коляном на объекте неделю торчать будут. В конце концов, я устала, ты устала, не так ли?
- Ну да, так. А от чего я устала?
- Ты постоянно пылесосишь, моешь полы, стираешь, готовишь, а от этого всякие болезни развиваются. Я не таскаю тебя в клубы со спидами и экстази, как ты любила в путяге…
- Да не любила я такого, что ты из меня делаешь какую-то… Да я такое вообще не пробовала! Да я не в путяге училась!...
- Ты можешь помолчать хоть немного? Там супер, вот посмотришь. И не переживай, за тебя уплочено.
- Уплачено, - машинально поправила Анжела.
Даша взяла ее за локоть, сжала пальцы и, доминируя, несколько секунд подержала.
- Я закончила десять классов и МАДИ. Будет меня швея-мотористка учить, где ударения ставить!
- Прости, пожалуйста, - извинилась Анжела. - Только не ударение, а букву ты неправильно сказала, прости еще раз.
Даша раздраженно выключила радио: дауны с местной радиостанции и с не местным говорком нарочно ей психику поднимают. Вот бы и Анжелку тоже выключить! Она уже начала жалеть, что от широты душевной захватила с собой эту говорящую посудомоечную машину. Лезет везде, типа самая умная! Ладно, из песни слова не выкинешь. Если бы радио продолжало работать, они бы услышали экстренное сообщение:
- …освободился из мест лишения свободы. При проверке документов завладел табельным оружием, открыл огонь по полицейским и скрылся. Один из сотрудников погиб на месте, второй госпитализирован в тяжелом состоянии, за его жизнь борются врачи. В районе объявлен план-перехват… Просим всех быть предельно осторожными, избегать незнакомых и подозрительных лиц, а также сотрудничать с правоохранительными органами.
***
Был теплый осенний день, один из ненавязчивых деньков, когда разум не обращается к прошедшему и ничего не ищет в будущем, а лишь впитывает, словно живительную влагу, настоящее - минута за минутой, никуда не спеша.
Тем временем Даша почувствовала, что умирает от жажды. Живительная влага в литровой бутылке "боржоми" давно закончилась.
Дорога изогнулась крутым виражом, и "автоледи" едва не размотала лохматого велосипедиста, чесавшего прям по центру полосы. Она резко крутанула руль вправо, затем влево и заорала матом. Сейчас бы и конец поездке, что за баран… Еще полкилометра, и они въехали на окраину ПГТ Космахино. Слева от дороги виднелся супермаркет.
- Мне надо отдохнуть, - прохрипела Даша. - Анжелк, будь подругой, метнись за водичкой.
- Ага.
- Только "боржом" обязательно купи, а не жижу из колонки!
- Ага. Где ж я тебе там из колонки возьму?
Анжела прихватила с собой купюру в пять тысяч и плавно потрусила в магазин, где толпилась уймища народу. Пока она с каждым перемолвится добрым словцом, пройдет минимум четверть часа. Даша рассматривала автобус, позади которого ее угораздило встать. Двухполоска и две сплошные, как объехать-то эту бандуру? Она вылезла из кабины, и тут, словно только ее и ждали, у задней двери автобуса сгрудились мужчины. Дверь открыли и принялись вытаскивать из грузового отсека гроб без крышки.
"Боже ты мой, - промелькнуло в голове у Маховой. - Это почему такое? Господи, да здесь же кладбище! Кладбище справа, магаз слева, все по фэн-шую".
Мужчины, кряхтя, опустили гроб на асфальт и расступились, выставив усопшую на обозрение. Махова отшатнулась. Лоб покойницы охватывал неширокий эластичный бинт, а под бинтом угадывалась глубокая колотая рана. Сквозь белила на скуластом лице проступали ужас и изумление. И, хотя дело происходило на проезжей части, тишь внезапно стала густа. Но в тиши исподволь загружалось что-то безнадежное, иступленное и зовущее сиплым шепотом…
Чтобы не увидеть, как мертвая откроет глаза, Даша стремительно развернулась и обнаружила позади себя дедка с авоськой.
- Сожитель топором зарубил, - тихо сказал ей дедок. - В продмаге кассиром она работала. Не в этом, в другом, на Первомайской улице.
Он перекрестился и сунул в рот таблетку валидола.
Автобус тронулся с места и уехал, гроб подняли и понесли на кладбище. И лишь когда процессия исчезла из виду, прибежала посланница с минералкой.
- Даш, с тобой все в порядке?
- Лучше не бывает, Маркиза, - Даша с усилием сглотнула. - Бывает хуже, но не лучше. - Она влила в пересохшее горло немного минералки и завела двигатель. - А чего долго-то так?
- Ну, я ее чуток в холодильнике поморозила, чтобы не теплая и не слишком холодная, как ты любишь…
Приличные слова не подобрались, и Даша утробно зарычала. Если б эта кобыла купила воду и сразу вернулась, ничего бы не было!!!
Ее саму как в холодильнике поморозили.
Она была уверена, что это знак. Вот это вот, то, что сейчас было - это знак. Четыре дня она проведет не так беззаботно, как собиралась. Сука, ведь хорошо же все начиналось! И скидка, и отзывы на отель положительные, и Аклевцова не брыкалась, и вот пожалуйста… До отеля еще минут двадцать, не попасть бы в аварию, а у нее руки трясутся. Чего там пассажирка про тоннельное состояние кудахтала? Кажись, оно и начинается.
***
Но обошлось, ехать оставалось недолго. Через пять километров от поселка началась роща, в роще - небольшая ложбина, а на дне ее речка с низкими глинистыми берегами. "Форд" пробежал по мосту и дельфином взмыл на пологий подъем. Роща подалась в стороны. В трехстах метрах от выезда из ложбины грелся на солнце двухэтажный домик, голубой с белым, окруженный пышными клумбами. "Живописный отель СПАЛЬНЯ", гласила вывеска над окнами мансарды. Отель расположился на опушке леса - дивного гобелена от края до края земли.
Спереди к домику примыкала деревянная веранда под навесом, слева, в обнимку с верандой - образцово ухоженный дизайнерский сад, а справа компактная парковка на пять-шесть авто.
"Ну хотя бы здесь меня не будут называть Маркизой", нашла Анжела светлое зернышко в своем неожиданном приключении. Ей присваивали эту кличку везде и всюду, но кто в живописном отеле "Спальня" видел этот дурацкий роман?
Пройдя по мощеной шершавой плиткой площадке, они поднялись в холл. На ресепшене стояли звонок и ваза с шоколадными конфетами. Стену украшал большой акварельный пейзаж. Даша нажала на кнопку звонка, под потолком залились колокольчики, и в то же мгновение из ближайшей двери выскочила стройная блондинка в форменной полосатой рубашке-поло и облегающих кремовых брюках. За ней потянулся шлейф дивных запахов: дверь вела на кухню.
- Добро пожаловать! - прощебетала блондинка. - Я - Карина, я хостес, администратор и горничная. Мы со сменщицей неделя через неделю. И еще Лиза, она шеф-повар и официант. Лизавета Пална, поздоровайтесь!
У плиты суетилась худенькая девушка с косичками и пирсингом в ухе. Она прикрыла крышкой кастрюлю, помахала гостьям тонкой ручкой и сверкнула винирами.
Даша дала паспорт, хостес внесла данные в систему, и Анжела протянула свой.
- Какое красивое имя! Анжела Евгеньевна. Вас, наверное, в честь Анжелики, маркизы ангелов, назвали, правда? А вам нравится книжка про нее?
- Не помню, - уныло ответила Анжела. Блин, ну есть же другие Анжелы, Анжелики, Ангелины, почему ей одной-то так не везет?
- Пойдемте сразу в номер, - пригласила блондинка. - У вас "четверочка", окна на южную сторону, солнце в окна слепить не будет. Я умею играть в бадминтон, в мяч и в карты, это если вам партнер понадобится. А где же ваши вещи?
- Где-то в багажнике. - Даша сунула Анжеле брелок от "форда". - Анжел, бегом за сумкой. Обед у вас во сколько? Или ужин? Или полдник.
- Через час все будет готово, столовая во-он там, следующий вход. Приходите и садитесь за накрытый стол. Вы пока одни будете, остальные не приехали. Ждем еще семерых.
***
Воцарившись в номере, Даша тут же слопала восемь штук рулетов, и в ее желудке осталось еще достаточно места для обеда.
Анжела отдернула занавеску и распахнула створку окна.
- Просто прекрасно, - сказала она. - Приехали на четыре дня, а у меня ни косметики, ни зубной щетки, ни тапочек…
- Всё у тебя есть, - чавкнула Даша. - Открой сумку-то! И во что переодеться, и халатик, и тапочки. Даже бельишко тебе новое заказала. Думаешь, очень просто твой размер найти? Косметикой моей намажешься, так и быть.
Анжела подкрасила ресницы, повалялась на кровати, посидела в кресле и полистала глянцевый журнал. Ей стало скучно. Даже уборкой не займешься: в комнате идеальная чистота, постели белоснежные, шторы стиранные. И чего тут делать?
- Даш, а Даш, - осторожно окликнула она Махову. - Ну открой мне секрет: ты ведь не просто приехала пожить со мной в пансионате? То есть, здесь что, спрятаны золотые монетки? Или какой-нибудь музей на ночь не запирают?
- Да что ж ты мнительная такая? Во всем подвохи видишь. Нету здесь ни монет, ни музеев! По крайней мере, я об этом не знаю.
- А что здесь есть? - осведомилась Анжела еще осторожнее.
- Ничего здесь нет! Просто воздух и природа! Лес, речка. Я всего лишь собираюсь пошляться по округе, ну туда, сюда, ну понимаешь.
- А, ну так мне надо с тобой пойти?
- Нет, даже и не думай, тебя только не хватало! Анжелка, - смягчилась Даша. - Хорошая ты баба и заслужила немножко приятностей. Я именно тебя взяла для красоты, а не, например, Таньку Модникову. Цени и гордись.
Анжела выразительно закивала. Если бы эта авантюристка Модникову по нахалке из дому умыкнула, та ей перегрызла бы горло.
- Ладно, - сказала Анжела. - Если я пока не нужна, пойду тоже погуляю.
Она пригладила массажной щеткой свои каштановые локоны и через полминуты уже сбегала по крыльцу.
- Только в лес не суйся! - проорала ей Даша из окна. - Ты и лес - вещи несовместимые. Вон тебе дорожка, двадцать шагов туда, двадцать обратно, и чтоб тебя все время было видно! С асфальта не сходи! И не опоздай к обеду!
- Окей! - откликнулась Анжела и пошла вниз, в ложбину, туда, где мостик. Она хотела посмотреть на речку.
Ей сорок восемь лет, ее контролируют, как малолетку, а она почти не видела речек… Только в детстве, но это было давно. В Москве есть Яуза и Москва-река, а когда ими любоваться? Чуть расслабилась, и дома пыль повсюду, или подсолнечное масло закончилось, или винчик допился. А здесь прям замри и любуйся. Крохотный сине-белый отель, крохотная рощица, игрушечный мостик, тихая речка. В жизни Анжелы хватало неприятностей, и, если уж сравнивать, книжная героиня горя по нормальному не хлебнула. Но Анжела, как мало кто другой, умела чувствовать Природу.
Облокотившись о перила моста, она, завороженная, всматривалась в медленную светло-зеленую воду…
И вдруг встрепенулась.
Спине стало зябко. Сощурившись, Анжела окинула взглядом прилегающую местность, ища причину своего озноба. А затем сорвалась с места, кинулась вверх по тропинке, вильнула на склон и принялась карабкаться. Подошвы проскальзывали на мокрой почве, но Анжела цеплялась за воздух, за воздух и снова за воздух.
***
Нога нащупала поверхность бревна и проверила "эшафот" на устойчивость.
"Всё, Славик, давай. Чего там тянуть, надо значит надо. Еще шажок, и прямо в ничто. А может, там родные его ждут. Он такой человек, ему одному нельзя. А у него даже и жены нет. Я сейчас, полминутки подышу еще… Хорошая петля, больно не будет".
- Нет! - заверещала Анжела, подтягивая капри и бросаясь к дереву, под которым балансировал на бревне маленький человечек. Скользящий узел затянулся на его тощей шее. Анжела просунула пальцы в петлю и содрала веревку, заодно едва не оторвав самоубийце лицо.
- Отвали от меня! - возмутился тот, неловко спрыгивая на землю.
Короткая схватка быстро закончилась, хорошая физическая форма легко одолела не очень хорошую физическую форму. Повалив парнишку, Анжела устроилась на его пояснице и уютно наступила ему ладонями на спину.
- Ну и что у вас случилось, что вешаться собрались? Ау.
Спасенный предсмертно захрипел, уткнувшись ртом и носом в травушку. Стоп, она его так расплющит… Анжела торопливо встала, взяла лежащего под мышки и придала ему вертикальное положение.
- Меня Анжела зовут, - привычно начала она разруливать сложную ситуацию. - Конфетку хотите?
Парнишка ошеломленно на нее таращился.
- Да откуда ты взялась на мою голову?! - в отчаянии завопил он. - Чего тебе надо?!
Он хотел снова в нее вцепиться, но Анжела принялась бесцеремонно его отряхивать. Наведя чистоту, она непринужденно уселась на бревне и кивнула: чего стоишь, давай поболтаем.
Ощупывая кадык, парень нехотя примостился возле.
- Анжела, - представилась Анжела еще раз, на случай, если с первого он не расслышал. - А ты кто?
- Славик, - буркнул он.
- Очень приятно, Анжела. Ты чего творишь, Славик? Так же нельзя!
- Ты посторонняя, - огрызнулся парень. - Тебе-то что? Ты в отель приехала тусить, вот и тусила бы…
- Ну уж извините! Если я вижу, как кто-то вешается, мне очень даже что! Ну говори же.
- У меня сестренка и мама погибли, - глухо всхлипнул Славик. - Автоавария. Ехали к тётке огород полоть, фура на встречную - и нет их…
Ему объясняли, показывали протокол, инспектор рисовал схему. Память сохранила подробности, но мозг отказывался ими оперировать. Вроде бы и фуровод особо не виноват, у него сердце остановилось. И свое остановилось, и еще два остановил. Все оказались не в том месте и не в то время.
- А я всю жизнь с ними, как мне дальше-то? Тётка чужая совсем, знать меня не хочет. А я… а я даже поесть теперь не могу один… Ничего один не могу, и тут еще ты!
"Ему всегда готовили еду, - поняла Анжела. - А теперь готовить некому, на столе пусто". Ей захотелось расплакаться, прижать беднягу к себе, пожалеть, повыть вместе с ним от безысходности… Но она знала, что плакать и жалеть нельзя, только хуже сделаешь. И тем более нельзя выть.
Анжела наскоро выдумывала тактику. При необходимости она умела убедить кого угодно и в чем угодно, и она должна применить все свои умения. Сейчас решается судьба живого человечка. Он тепличный, его женщины воспитывали, а у нее нет времени на перевоспитание. Одно неосторожное слово, и он доделает то, что не доделал.
- Фигню ты затеял, Славик, полнейшую фигню. Ну вот смотри. Мама и сестра для тебя все что могли, делали, и ты так их отблагодарить хочешь? Думаешь, им, типа, весело будет, если ты тоже на тот свет смоешься?
- Никому не будет весело. Мне очень больно и страшно. И ни копейки до аванса, только проездной, до работы доехать. Зачем ты? Я теперь не решусь. А, тебе не понять…
- Однажды я упала с восьмого этажа, - сказала Анжела. - Тоже было больно и страшно. Я лежала в больнице, и меня ни разу никто не навестил. А когда выписали, узнала, что меня и из дома выгнали. И даже проездного не было, чтобы доехать хоть куда-нибудь.
Славик вытер рукавом слезы и недоверчиво хмыкнул.
- С восьмого этажа? Ты чего, серьезно? Убьешься же - с восьмого…
- Убиться не убилась, а так-то приложилась здорово. Аж пуговицы отлетели, прикинь.
Славик захихикал, потом засмеялся, и Анжела засмеялась тоже. Через полминуты оба угорали, как обкуренные.
Смех перебил терпкий запах смерти, витавший возле дерева с петлей на толстой ветке.
Разговор потек сам собой. Хороший, сердечный разговор, в котором и собеседник, и собеседница чувствовали себя нужными. Таких замечательных разговоров в тот день не было больше нигде на всей планете. Простодушный и наивный разговор о том, что надо верить в добро, и добро поверит в тебя. Анжела забыла, что ее ждут к обеду. Зато, когда пришло время расставаться, Славик готов был вернуться в жизнь, а она могла спокойно отпустить его. Если это ее миссия на сегодня, то ради этого она немножко поголодает. Кстати, о голодании. Анжела пошарила в задних карманах, где, как ей помнилось, должна быть сдача из магазина. Нашлось три тысячи с мелочью. В переднем кармане сыскался носовой платочек и еще тысяча.
- Ну так, короче, - сказала она, всовывая деньги в неподатливую ладонь. - Идем в магазин, покупаем гречку, картошку, тушенку, пельмени, мед, чай, и сытно живем до аванса. Этого хватит. Готовим себе сами, ручками. Гречку варить ты умеешь, я точно знаю, и банку консервов открыть сможешь. Но только, очень прошу, не покупай спиртное. Обещаешь?
- Ты че, я не пью, - вздохнул Славик. - Может, лучше бы пил. Легче было бы.
- Не было бы легче, - уверила его Анжела. - Ну все, езжай уже домой. Вот тебе две шоколадки на счастье.
Она обняла Славика, прижала к себе, немного погрела, потом подняла и вручила ему велик.
- Всё будет хорошо, дорогой. Я в тебя верю.
***
Даша отобедала в пустой столовой, так и не дождавшись где-то загулявшую Аклевцову. Та изволила вернуться лишь через три часа, подозрительно довольная, еще и со своей дурацкой улыбочкой. Да понятно, что мы головой об поребрик ударенные, но какого хрена все мужики от этого зрелища тают и готовы исполнять все желания? Ну пусть только посмеет тут манипулировать, в клочья разнесу!
Колокольчики над ресепшеном звонили и звонили, и к вечеру гости были почти в полном комплекте. К оранжевому "Форду" на стоянке добавились два седана и семейный паркетник. Вскоре Даша вздохнула с облегчением: объектов для Анжелкиных манипуляций, в общем, особо и не было.
На ужин явилась пожилая супружеская пара. Старик жилистый, скоординированный и подвижный, лучащийся добродушием, жена - белокурая и голубоглазая матрешка с гладким, без различимых морщин на лице.
За ними подтянулся мужчина лет сорока пяти. Латинский профиль и проплешина на лбу, не иначе сенатор Цезаря в китайском спортивном костюме, только небритый. Такие себе цену знают, не поманипулируешь. На запястье у "сенатора" посверкивали статусные часы.
Самыми последними пришли две насупленные дамы, моложе прочих, какие-то неряшливые и недомытые, одетые с ликвидации сэконд-хэнда. Из тех, кто экономит абсолютно на всем, что можно выклянчить бесплатно или по-тихому стянуть.
Хостес произнесла небольшое приветствие. Они - ее самые-самые любимые гости, и для нее огромное удовольствие принимать их в живописном отеле. Спасибо, что выбираете "Спальню"! Она, Карина, будет лично заботиться обо всех и о каждом, а восходящая звезда кулинарного колледжа Лизавета Пална вдохновлена творить шедевры. "Завтра будем пить чай из самовара на веранде, - добавила она. - Нам привезли свежий мед, только с пасеки".
- Пожилые - это Слоновы, тоже из Москвы, - нашептывала Даше с Анжелой повариха. - Филипп и Юля. Филипп в Афгане воевал, а Юлия в госпитале медсестрой была. Глянь, у Филиппа загар до сих пор не сошел! Он полковник, военный пенсионер. Все постоянные клиенты, друг друга знают. А это Илья Бажов, он чисто отоспаться приезжает. У него в квартале торговый центр строят, круглые сутки грохот. Мы ему всегда одну и ту же комнату оставляем, в мансарде. Девчонки - Бэлла Русякина и Майка Гордилина, бухгалтерши. У них зарплаты дай божечка, но на Турцию с Египтом фиг потратятся, а ездить куда-то надо, вот они сюда и ездят. Их лучше не трогать. Майку недавно муж с детьми бросил, а у Бэлки мужика сроду не было…
Бэлла Русякина, подумалось Даше, всё-таки не замухрышка по психотипу, но косит под такую, хотя и не ясно, почему. Если убрать из уравнения мешковатые штаны, кофту и дешманский макияж, оставалась поджарая, хищная девица, камуфлирующая токсичную и вредоносную привлекательность. А вот у ее спутницы быть нищебродкой зашито в геноме. Сутулая спина, впалые щеки и неопределенно-темные глаза, широко расставленные и переполненные мутным восторгом, словно каждую секунду Майя Гордилина видела перед собой Всевышнего. Макияжем она не пользовалась вовсе. Типичная "хорошистка" под боком у старосты класса, причем и та и другая крысы и ябеды.
С аппетитом поглощая пюре под сливочным соусом и куриное суфле, по-свойски обменивались новостями. В бухгалтерии опять проверка из налоговой, надоели. Слоновы не поехали на дачу, там подстанция накрылась, электричества нет. Кабачки хорошие уродятся в этом году… Илюха, ты МРТ сделал? А, жить будешь? Ну и славненько. Девчата, а вы как добирались, по Горьковскому? Пробки большие?
Постоянные клиенты, хотя и занятые едой, тоже сделали свои выводы о приезжих "девчатах". Бэлла решила, что худышка в очках - стервейшая стерва, как ее земля носит, и помыкает рыжей, которая у нее вместо прислуги. Юлия Слонова, напротив - что в Дарье есть какая-то изюминка, а подружка ее - крайне недалекая личность, слабо адаптированная в реальности, еще и слишком громкая. Бажов подумал, что обе никакие не москвички, а понаехавшие. Скажи он это вслух, Даша заткнула бы ему рот своей родословной от Минина и Пожарского. И только старик Слонов в принципе любил всех людей до тех пор, пока они не давали повода себя разлюбить.
После ужина он пригласил всех к мини-бару, объявив, что угощает. Они с Бажовым пропустили по сто грамм коньяка, Юлия попросила кружку пива, Анжела угостилась парой бокалов полусладкого - как в сухую землю. Бэлла Русякина лишь глянула в их сторону и брезгливо отвернулась. Проницательная Даша подумала, что у них с подругой своя бутылка, причем не винишка.
На сон грядущий немного помедитировали в саду, восхищаясь тем, какой он идеальный. Бэлла стрельнула сигарету и зажигалку у щедрого Слонова. От Дашиного внимания не укрылось, что ее товарка прихватила из столовой горсть сахарных пакетиков, и она удостоверилась, что судит людей не поверхностно, а судит в самую десятку.
Все устали с дороги и вскорости отправились на боковую, согласно пункту оферты "мы стелим Вам постель, а Вы отдыхаете".
Лишь один номер на две персоны остался пустым.
Луна взошла над лесом и рощей и включила иллюминацию на речной воде.
____
- ПЯТНИЦА -
Хотя еда была вкусной, а постель мягкой, выспаться Даше не удалось. Вместо того, чтобы успокоиться, нервы взбудоражились еще хуже. Во-первых, она не могла спать, если рядом кто-то находился. А рядом находилась Аклевцова, и не просто находилась, а сладко дрыхла, изредка бормоча во сне. Во-вторых, не оставляла жуть, привезенная с недолгой остановки между магазином и кладбищем. Отчего ее так вштырило, ведь видала она мертвецов… В половине шестого Даша прокляла все на свете и вышла из номера. Ее, ползущую вдоль стены, точно лунатик, обнаружила хостес Карина и выдала ей чашку горячего какао с постными печеньками. Даже Лиза-повариха еще нежилась в кроватке.
Усевшись на скамейке в саду, Даша пыталась восстановить душевный баланс. Паранойя запрещала доверять бездонной тишине, а рассыпанная мозаика окружающего мира не хотела собираться в стройный рисунок. Ненадолго к ней присоединилась Карина, тоже с какао, и Даша спросила, как добраться до Холмовой часовни. Карина не стала ни о чем выспрашивать. Она вчера и так сглупила с этой Анжеликой, Маркизой ангелов, бедняжка расстроилась. Жестикулируя для наглядности, она построила маршрут.
- Через поле далековато будет. Вот, нашу территорию обходите, между оранжереями, в дальнем конце калитка на щеколде, после нее через лужок и идете по каемке леса. Увидите раскорчевку, лес немного поворачивает, и тропинка вверх, к часовне. Такая халупка, пол и четыре стены. Иконы и принадлежности всякие давно растащили. С пригорка отель видно. Но только дальше не ходите!
- Почему?
- Там старая дорога, ну, лет десять назад была, теперь все уже заросло. Но и тогда по ней нельзя было ходить или ездить. Я еще в школе училась, но знаю, что и люди пропадали, и даже автомобили. Скорая помощь пропала! Где-то овраг сто тыщ метров глубиной, Илья мне говорил.
"Овраг сто тыщ метров глубиной, - повторила про себя Даша. - Нашли, где отель поставить. А если овраг возьмет и расширится тоже на сто тыщ метров?"
- Вам одним-то не страшно? Далеко же от человечества…
- Не, не страшно. Хозяева с девяностых все тут держат. Любого сожрут и не подавятся, все знают, никто не сунется сюда. Бизнес у них другой, а гостиничка так, для души. Я испытательный срок доработаю, директором буду. Бэлка с Майкой тоже у них трудоустроены. Космахинский торговых холдинг.
- Ну а как же вы вдвоем справляетесь?
- Мы же не совсем вдвоем. Генеральную уборку клининговый сервис делает, а ремонт если или еще что сложное - пишем заявку, присылают техников. Ничего сложного. Ну, просыпайтесь, а я пошла. Завтрак через час!
И Карина понеслась будить повариху.
***
Гости "живописного отеля" вели себя как группа продленки третьеклашек.
Они позавтракали, попили чаю, а по телевизору шел детский спектакль. Не только инфантильная Аклевцова, но и дубленый полковник Слонов, и обе бухгалтерши не отрывались от экрана, увлеченно обсуждая сюжет и персонажей. Слонов и Майя даже поспорили, кто круче: баронесса Лаура из спектакля или Гарри Поттер. Пока шел жаркий спор, главного героя схватили придворные мушкетеры и бросили в каменный застенок.
Даша демонстративно отвернулась и листала ленту в телефоне. А это у них точно детский спектакль? Баронесса - прожженная шмара, главный герой - деревня и быдло, а ее величество приехала на съемки от нарколога. Хороший пример для детишек, базару нуль. Потом удивляемся, откуда столько имбецилов выросло.
Ей пора было заняться своими изысканиями, ради которых она и приехала. Время-то идет! Но обещанный культурный отдых только начинался, и включал не только здоровое питание. Спектакль завершился, телевизор изрыгнул заставку к боевику, и Карина, убрав звук, бодро позвала всех желающих пойти поиграть в мяч.
В команду записались Бэлла с Майей, почтенные Слоновы и Анжелка, по жизни записывавшаяся в какие-то команды. Бажов отказался, сопровождая свое несогласие зевками - он наигрался на работе, причем он же там и вместо мяча. Даша промедлила и опрометчиво позволила себя втянуть туда, куда ей лучше было не втягиваться. Карина буквально отволокла ее за руку на площадку, где остальные уже дружно разминались.
Даша и в юности презирала увеселения в массовке, предпочитая психологию отношений и социальную инженерию, в чем была лучшей из лучших. Здесь же, к ее невыразимому огорчению, лучшей была Аклевцова. Даша никогда не отказывала себе в удовольствии подразнить соседку, поиздеваться над ней, опозорить. Но как ей, спрашивается, позорить здоровенную бабу, у которой чертов взрослый разряд по волейболу?! Админша такая же овца на батарейках, все до единой подачи отбивает. Слоновы настолько живчики, что хоть на чемпионат Европы посылай. Майя Гордилина, с руками и глазами враскоряку, натурально обезьяна в естественной среде. Бэлла Русякина скакала, как кенгуру, ее футболка задиралась, обнажая проколотый пупок и какой-то старый шов, оставшийся от харакири, что ли…
Мяч носился и носился над площадкой, и Даше ни разу не удалось его хотя бы потрогать. Через полчаса ее легким захотелось кислородного баллона, а самооценка достигла значения зеро. А эти даже не вспотели! Чувствуя себя лишней среди спортивных и позитивных, Дарья пропыхтела:
- Всё, с меня достаточно! Не буду вам мешать, лучше понаблюдаю издалека. - И метнула отравленный дротик в самую удобную и безответную мишень. - А в вашем, Анжела Евгеньевна, возрасте надо брать с собой тонометр и капотен, не дай бог сердечко прихватит. Тем более вы весь август на кухне со стаканом просидели.
Игроки застыли, с интересом рассматривая Анжелу.
- Да что за враньё! - завопила она. - Да в каком возрасте?! Да не сидела я со стаканом! Даша! Дашаааааа!...
***
Оставив Анжелу отбиваться от веселых шуточек, Даша натянула резиновые сапоги и плотную куртку, сунула в карман бутылочку воды из столовой, пачку фенибута, и отправилась в экспедицию.
Идти пришлось долго, по колено в траве, сквозь кустарник и заросли. Та же тайга, только ни костра, ни палатки… Муравейник, крапива, паутина, муравейник. Она чудом не провалилась в неожиданную рытвину. Смотри под ноги, выживальщица. Внимание, трухлявая коряга. Что там за ягоды, волчьи? Да, они, проверять не будем. Крапива. Паутина. Сорок минут спустя лес сдвинулся вправо, и Махова разглядела холм, а на холме часовню.
Взобравшись по склону, Махова некоторое время курила, вытряхивая из волос разнообразных насекомых. Покурив, заглянула в часовню: внутри было пусто, пахло пылью, плесенью и стоячей водой. Освещение через арку двери и сквозь окна без единого стеклышка.
Паломница не написала четко, удалось ли ей самой попасть на консультацию к ворожее, а лишь туманное: "Об этом я никогда никому не скажу, но можете проверить всё сами". При этом ее синопсис не содержал указаний, что нужно сделать, чтобы ворожея явила свой образ со стенки, диафильму подобно. Позвать ее, возжечь благовония, песенку спеть, сплясать?
Не то чтобы Даша искала нового мужа, ее и старый устраивал. Но парочку достойных джентльменов она присмотрела, а то Колян Вадимович совсем супружеский долг позабыл как выполнять. Ну и вдруг какой важный инсайд из будущего? Ну и еще по мелочам, так, чисто бытовуха…
Но вот уже полчаса по таймеру, и ничего.
Увы, но чудодейная женщина, вероятно, допринималась. А, может, ее ковид доканал. Еще один облом в списке обломов.
Впоследствии могут возникнуть вопросы, зачем Махова сюда потащилась, ног не жалея. Не признаваться же, что хотела посмотреть ворожею. Это ее гражданское право - хотеть посмотреть ворожею, но все оборжутся. Ну-с, прикинемся, что любим объекты архитектурного наследия. Даша лениво пофоткала то, что осталось от убранства. Облезшая штукатурка, кирпичная кладка, обломки древней мебели.
Она уже собиралась обратно, скоро обед. На прощание она вперила сердитый взгляд в бесчувственную стену, как вперивала его в дочь Ладку, не желающую честно отвечать родной матери о происхождении двоек в ее электронном дневнике.
Стена потемнела от тени.
В первую секунду Даша подумала: солнце скрылось за облаками. Но то были не облака. У тени характерные очертания, хоть мелом обводи. Кто-то подошел к дверному проему! Махова вмерзла в дощатый настил, продолжая глазеть на выщербленный кирпич.
Кто бы это мог быть? Неужели еще один пользователь домена РУ вознамерился сыскать благоволение "добрейшей ворожеи"? Или бомж облюбовал помещение под свою берлогу? Даша предпочла бы бомжа, алкаша, кого угодно. Она не народный психолог, как Аклевцова, но зубы заговорит. Но то, что заслонило собой день, не было человеком, и оно вызывало животное отторжение. Воздух похолодел и прогладил волосы на затылке снизу вверх, сердце совой заухало в ушах. Организм защищался от чего-то постороннего, чуждого, чужеродного… Каждая клетка истерически дублировала: стой, не поворачивайся, тебя не увидят! Стой, не поворачивайся, тебя не увидят!
Нет, корчить из себя соляной столб не вариант. Это, сзади, отлично ее видит и хрен пойми чего хочет. Тут одна уже прохлопала момент и отоварилась топором.
"Это мне за то, что отреклась от истинной церкви и прибегла к нелицензированным услугам", - обреченно заключила Даша. Но она же не сразу отреклась! Даша перепробовала обращения к различным святым, облазила все известные церкви, насмотрелась на множество мощей, и ни разу не получила никакой обратной связи. По непонятной причине канонические святые не сотрудничали с Маховой Дарьей Ивановной.
На счет три. Раз. Два. ТРИ!
Не так, заново. Раз, два, три, елочка гори…
Она обернулась.
Зрение встало на стоп-кадр. Заскрежетал механизм, выбрасывая один за другим одинаковые снимки.
Во входной арке застыла фигура в длинной накидке - грязно-белой, в коричневых пятнах, скрывавшей лицо. Запахнутые края накидки удерживала рука, но было недостаточно светло, чтобы по руке определить половую принадлежность. Фигура не переступила порога, как будто что-то мешало ей это сделать, но при этом загородила выход. Дашин желудок затвердел как кусок гранита.
- Ты кто, нафиг?! - обратилась Даша к фигуре. - Ты ворожея или кто?
Фигура стояла бездвижно, лишь колыхалась накидка. Создавалось впечатление, что тело под накидкой не сгибается. Топора не было, то есть - его не было видно, но свирель сквозняка тонко выводила отходную. Фигура произнесла что-то, но голос был бесплотным, и слух не мог преобразовать его в речь.
- Что-что? - переспросила Даша. - Чего говоришь-то? Да кто ты такая?!!!
Сеанс чревовещания прервался. Передача велась с далекой планеты, не из этой галактики, и у приемника сдох аккумулятор.
Махова дичайше заорала и ринулась прочь из Холмовой часовни, снеся по дороге фигуру (если она там была). Вырвавшись на свободу, она заметалась по вершине холма и обязательно кувырнулась бы с тропинки… Но адские твари подхватили ее, перевернули вверх тормашками и на гремящих крыльях понесли в небеса, сотрясая атмосферу неистовыми криками.
***
Славик Постиков бросил велосипед у моста и пошел к отелю пешком. Издалека он сразу увидел среди остальных самую прекрасную в мире женщину. Ту, что отняла его у смерти и заново подарила ему жизнь.
Всё изменилось с той минуты, как она сказала: "Я в тебя верю". Надо верить в добро, и добро поверит в тебя. Он доехал до дома, ни разу ни о чем не подумав и ни разу не расплакавшись. Голова была совершенно пустая, из нее вымели все лишнее: мучительную боль, необъятное горе, беспомощный гнев. Он перестал надеяться, что вот-вот проснется, и это окажется страшным сном.
А потом все начало происходить по-другому. В магазине он встретил давнего приятеля, и тот посочувствовал ему и предложил хорошую работу. Задремал вечером, и ему приснились мама и сестренка, совсем не страшные и не мертвые, только немного прозрачные, и сказали: "Живи долго-долго, к нам не торопись". И значит, теперь он сможет приходить домой, и там будет не одиноко и не холодно.
Горе не ушло, но теперь он готов был принять его и справляться. Он будто повзрослел вчера во второй половине дня. Он будет жить за себя и за НИХ. К психологу за таким результатом пришлось бы таскаться раз в неделю год за годом, Анжела Евгеньевна бесплатно справилась за один сеанс.
Конечно, он не собирался объясняться Анжеле в любви. Он же видел на ее пальце обручальное кольцо, да и старше она его намного. Он всего лишь хотел сказать, что нашел в бельевом отделении дивана собственную заначку, и вернуть ей деньги. И поблагодарить. Может быть, она снова улыбнется ему. За такую, как у нее, улыбку, что угодно, хоть на край краёв… Ух ты, а как она классно в мяч играет! Но сзади послышались шаги в кустах, и Славик обернулся на шум…
Сквозь изумрудно-желтую листву зажглись два оранжевых огня. Как человеческие глаза, только огни.
____