Ничего не предвещало неожиданного. Просто взгляд скользнул по книжным полкам и зацепился за Зощенко.
Книжка - опровергающая все законы современного маркетинга. Блеклый мутно-синий цвет, нестандартный размер. Пожеванные уголки, невзрачная картинка. В виде журнала, типа Роман-газета. Желтые страницы, хлипкая, уже перекошенная обложка, на одной петле держится.
В общем, люди, отравленные гламуром пройдут мимо, даже не зацепятся.
А я вот поскользнулась.
Я вообще — человек с отягощенным анамнезом в плане зависимостей. Что ни делаю, то всегда оптовыми партиями, самой стыдно. И работаю, и сплю, и по части вкусненького заточить, и случайно ввалиться в хобби на года. Из любого увлечения приходится вытаскивать насильно, почти вырезать из гранита бензопилой, вместе с прилипшими кусочками увлечений.
Вот и тут с места в карьер — запой. Бывших книголюбов же не бывает, да? Ничего, что отпустило лет на двадцать, сейчас накрыло по новой.
Я теперь все читаю, даже лист с распечатанным билетом на сапсан ( спойлер: на листе формата А4 помещаются тонны никому не нужной информации: цифры, буквы, QR —коды и коды в виде пьяного забора, схем рассадки в вагоне для животных и рисунков кустов за окном, условных фигурок пассажиров здоровых и не очень, еда, другая белиберда. Поседеть можно, пока в этом море шума найдешь две самых важных цифры: номер вагона и места. Ну, ок еще две : дату и номер поезда. Зощенко на них нет!)
Возвращаясь к книге: закрыть не смогла. Пришла мама через пару часов, книжку отобрала, свет выключила.
Легко, интересно, задорно.
Не без лестного тщеславия (мы-то так, конечно, теперь не говорим и не думаем, мы то... это... как его... к образованным себя относим нонче).
Не без вздоха облегчения: части проблем вообще не существует.
Не без ощущения попадания в то время невидимым участником событий. Сложно удержаться, когда перед глазами мелькают знакомые названия. То Васильевский остров проскочит, то Лиговка, словно в невидимом трамвае по городу мчишься. Обзорная экскурсия по прошлому. Очень достоверно. Полный эффект погружения.
Увлекаешься.
Начинаешь интересоваться, правда там табличку с уровнем воды переколотили повыше или преувеличили немного? Правда там унесенную ветром шляпу машиниста всем поездом в лесу искали?
Опять же, вечные ценности находишь: про кошечек (Кошка и люди) или про находчивых детишечек. (Баретки)
Через пару рассказов ощущаешь себя бабкой на скамейке (той бабкой, на той скамейке)... зачеркнуто... собутыльником в пивной... зачеркнуто... попутчиком в купе. Ну или гимназисткой с книжкой под рукавом с белоснежным манжетом, которая смотрит так на все это круглыми глазами и ошарашенно думает, что же теперь со всеми нами будет.
И я с этими своими корнями, погрязшими в глубине народных масс по гланды, не могу отказать себе в сомнительном удовольствии раздвоить сознание. Побыть одной ногой здесь, в прекрасном далеко, где счетчики уже не только на электричество, но и на воду/ бензин/интернет/скоро на воздух сделают. Где уже победили коммунизм и блох (коммунизм совсем, блох — почти). И эту глупую привычку жениться уже почти искоренили (с сексом сложнее, но они над этим тоже работают).
А второй ногой там, где позавчера шандарахнула революция.
И люди живут в том, что после нее уцелело. В ванной вместо комнаты и в галстуке на голое тело .
Из возвышенного: отдельное мое восхищение слогу. Всегда любила его язык. Дивную смесь простоты, косолапости и попыток его героев говорить высокопарно, жонглируя неподвластными им терминами. Думаю, так и говорили тогда в неосознаваемых попытках дотянуться до тех, кого свергли и подражать тем, кого прогнали. Так и сейчас говорят, стоит только иногда пробежать по некоторым блогам по диагонали.
И вот, когда стоишь так, обозревая и нынешнее, и прошедшее, понимаешь с удивлением: ничего не меняется в жизни.
Почитаешь про всяких Егорок Басовых (Жених) или бухгалтеров Горюшкиных (Хозрассчет ) или Пелагей (Пациентка) с Феклами (Исповедь) и понимаешь — прогресс если и есть, то какой-то... неубедительный. Не всегда виден, не во всем стоек, не везде еще очерчен скульптурно.
Хотя по части клопов, бань с номерками на веревочках и доступности дров населению, мы конечно, преуспели.
Но большинство сюжетов на наше время перекидываются практически без изменений.
100 лет прошло, это разве срок? По сравнению с мировой революцией?...