1 декабря 2002 года. Париж. «Берси». 15 тысяч зрителей. На табло — 2:2 после четырёх матчей финала Кубка Дэвиса. Всё решает последняя, пятая встреча. Французы — на своей земле, при своей публике. На корт выходят два 20-летних парня. Россиянин, которого только утром поставили в состав, и француз, для которого этот финал — первый в карьере.
Михаил Южный проигрывает первые два сета. В третьем снова уступает брейк. В паузе берёт ракетку и идёт дожимать соперника — уже без надежды на победу, просто чтобы не позориться.
Но спустя четыре с половиной часа матч закончился. И закончился не так, как ждала Франция.
Он выиграл те три сета. Он принёс России первый в истории Кубок Дэвиса. Он стал героем, которого качали на руках Кафельников и Сафин, а президент Ельцин спускался с трибуны, чтобы обнять его.
Но на его лице не было эйфории. Только пустота.
Потому что за два месяца до этого финала у него умер отец.
Сегодня я расскажу о матче, который называют одним из самых драматичных в истории Кубка Дэвиса. О 20-летнем парне, который должен был играть с горем в сердце. И о победе, которая не принесла радости, — потому что главный зритель, ради которого стоило побеждать, уже никогда не увидит эту игру.
Канал — «Спорт как он есть». Поехали.
Глава 1. Предыстория: смерть отца за два месяца до главного матча жизни
Сентябрь 2002 года. Москва. Полуфинал Кубка Дэвиса против Аргентины.
20-летний Михаил Южный только что проиграл свою встречу. Это был ничего не решающий пятый матч — сборная России уже вела 3:1 и обеспечила себе выход в финал. В раздевалке уже обсуждали поездку в Париж.
Через два дня его отец умер.
«Это был худший момент в моей жизни, самое сложное время, через которое мне пришлось пройти», — вспоминал Южный спустя годы.
Отец был тем, кто привёл его в теннис. Он брал Михаила и его братьев на стадионы, водил на матчи, делал всё, чтобы они полюбили эту игру.
Михаил вспоминал: «Мы знали, что у него плохо со здоровьем, но такого никто не ожидал. Это стало огромным шоком для всей семьи».
Все вокруг говорили ему одно: нужно продолжать. Играть дальше. Потому что именно этого хотел бы отец.
«Я должен был продолжать с тем, что у меня есть, — говорил Южный. — Это то, чего хотел бы мой отец: чтобы я продолжал прогрессировать».
Он продолжил. Но внутри была пустота, которую не могли заполнить никакие победы.
Глава 2. Париж. Роковое решение Тарпищева и неожиданный шанс
Финальный уик-энд в Париже. 29 ноября — 1 декабря 2002 года.
Перед началом финала Южный не был в числе тех, на кого ставили. У него болела спина — настолько серьёзно, что он пропустил предфинальный сбор команды в Монте-Карло.
«Спина действительно беспокоила, — вспоминал он. — Плюс это был период межсезонья, и мы проделали большой объём работы — над спиной и по поводу общей физической подготовки».
Два дня он смотрел на игру со стороны. Суббота, парный матч. Михаил Южный сидел в раздевалке — тренеры отправили его туда, чтобы он не тратил эмоции, глядя на игру.
«Мыслей, что могу выйти, не было», — признавался он.
В воскресенье утром всё изменилось.
Женя Кафельников, олимпийский чемпион, один из лидеров команды, вышел на разминку… без ракетки.
«Я тогда и поверил, что буду играть», — рассказывал Южный.
Шамиль Тарпищев, капитан сборной, принял рискованное решение. Вместо опытного Кафельникова, который выглядел уставшим после парного матча, в решающей пятой встрече выходил 20-летний парень.
Для многих это было безумство. Южный был молод, за его плечами не было опыта таких матчей. А французский зал «Берси» гудел так, что, наверное, дрожали стёкла.
Но Тарпищев рискнул. И этот риск изменил историю российского тенниса.
Глава 3. 0:2. Кажется, всё кончено
Выход на корт, разминка, первые розыгрыши. Это был не тот Южный, которого знали по более поздним годам. Не спокойный, хладнокровный "полковник", который будет рубить себя ракеткой по голове в моменты ярости. А напряжённый, скованный, потерянный.
«После двух проигранных сетов у меня были самые наихудшие чувства. Ничего не получалось, и в тот момент я желал лишь одного — начать хорошо играть. Даже не для того, чтобы выиграть, а чтобы показать всё, на что я способен».
Первый сет — 3:6. Второй — 2:6.
Его соперник Поль-Анри Матье — ровесник, тоже 20 лет. Но сегодня он играл так, будто у него не было права на ошибку.
Третий сет начался не лучше. Матье повёл с брейком. Счёт 2:4, подача француза.
«В тот момент я желал лишь одного — начать хорошо играть, даже не для того, чтобы выиграть, а чтобы показать всё, на что я способен».
Потом он вспомнил Андрея Чеснокова. В 1995 году Чесноков отыграл 9 матчболов в полуфинале Кубка Дэвиса против немца Михаэля Штиха.
«Я подумал: уж если возможно отыграть девять матчболов, то при таком счёте тем более не всё потеряно».
Южный начал цепляться за каждый мяч, за каждое очко, за каждую возможность. Не думая о победе — просто чтобы не отдавать матч без боя.
Глава 4. «Я всё помню хорошо, но смерть папы перекрывала»
Перелом случился незаметно. Розыгрыш за розыгрышем. Гейм за геймом.
Третий сет остался за Южным — 6:3. Четвёртый — 7:5.
Он вспоминал, что ощутил проблески своей игры уже в конце второго сета. Но настоящая битва была не с Матье. А с самим собой.
С горем, которое жило внутри него.
Через много лет, завершая карьеру, он рассказывал об этом матче журналистам. И сказал фразу, которая в одиночку стоит целой статьи:
«Я всё помню хорошо: 40:0, подача, Матье ошибается, я бегу к скамейке, все бегут. Я хорошо очень помню, но смерть папы перекрывала. То есть ты вроде радуешься, но внутри у тебя пустота: ты понимаешь, что человек, который этого (больше всего) достоин, не может насладиться тем, ради чего он отдал свою жизнь».
Победа была. Но эйфории — никакой.
«Лично у меня никакой эйфории не было, — признавался он. — У меня папа умер за два месяца до этого, поэтому мои эмоции и ощущения нельзя сравнивать с эмоциями и ощущениями других ребят».
Впервые в истории Кубка Дэвиса игрок выиграл решающий пятый матч финала, проигрывая по ходу 0:2 по сетам.
Южный принёс России первую победу в Кубке Дэвиса.
Но его первый вопрос после финального свистка был не «где кубок?» и не «кто поздравляет?». А «где моя мама?».
Он вышел на корт один. Но за его спиной стояли двое: отец, которого уже не было, и мать, которая была там — на трибуне, в толпе.
Глава 5. После матча: благодарность Ельцина и пустота внутри
Финал закончился на пятом сете — 6:4. Финальный удар — ошибка Матье. Мяч уходит в аут. Россия — обладатель Кубка Дэвиса.
Южный не помнил, как сыграл последний мяч.
«Последние минуты матча и всё, что происходило после этого, проходили для меня словно в тумане».
Он не помнил, как разговаривал с президентом Ельциным, который спустился с трибуны, чтобы поздравить его. «Меня взяли за руку и просто подвели к Борису Николаевичу».
На трибуне был и Вячеслав Фетисов, председатель Госкомспорта. Он пообещал сразу присвоить Южному звание заслуженного мастера спорта.
На пресс-конференции его спросили: что чувствуешь?
И здесь 20-летний парень, который только что совершил подвиг, показал, из чего он сделан на самом деле.
«Мне нравится играть в России, — сказал он. — А за границей я быстро устаю, и уезжать туда тренироваться я не собираюсь».
Он был героем. Но оставался верен себе.
Глава 6. Послесловие: почему Южный не праздновал
Тот финал стал символом для целого поколения российских теннисистов.
Но для самого Михаила эта победа была одновременно и величайшим достижением, и напоминанием о том, кого нет рядом.
«Конечно, победы помогали, но я всё равно всегда думал об отце. Думал, что бы он сказал мне, как бы помог».
После этого он начал новый сезон красиво: хорошие результаты, удачный Australian Open. Но к февралю наступил спад.
Тело и разум сказали: хватит.
«После Австралии в результатах случился спад, — вспоминал он. — Началось трудное время: смерть отца и плохие результаты. Я не мог собраться ни физически, ни психологически, это привело к поражениям в первом и втором раундах. Мой рейтинг упал».
Спустя 16 лет, завершая карьеру в Санкт-Петербурге, он снова вернулся к той теме.
В интервью Behind The Racquet он сказал:
«Я всегда задаю вопрос самому себе: что он сказал бы мне сейчас, как бы помог? Эти отношения были очень важны для меня. Я стараюсь построить такие же со своими детьми».
Что мы выносим из этой истории
Первый урок. Иногда нужно просто выйти и биться.
Южный проигрывал 0:2. Он не знал, как выиграть. У него не было плана. Но он просто продолжал играть — мяч за мячом, гейм за геймом. И в какой-то момент соперник дрогнул. Иногда единственный способ победить — перестать думать и просто делать.
Второй урок. Победа не лечит горе.
Триумф никогда не заменит того, кого нет рядом. Южный выиграл Кубок Дэвиса. Но на пике радости он чувствовал не эйфорию — пустоту. Потому что человек, ради которого стоило побеждать, не мог этого увидеть. Это не делает победу меньше. Но делает её сложнее.
Третий урок. Настоящий характер проявляется в молчании.
Он не кричал, не бил себя в грудь, не требовал себе памятников. Он принимал поздравления, смотрел в одну точку и думал об отце. И это, возможно, требует больше мужества, чем отыграть 0:2.
P.S. Через двадцать лет «полковник» Михаил Южный закончил карьеру. 499 побед. Но главная победа осталась в его памяти той, где он поднял трофей, но внутри не было ничего, кроме пустоты и памяти об отце.
Подписывайтесь на канал «Спорт как он есть» — здесь мы вспоминаем великие победы, которые давались через боль. Жмите на кнопку, чтобы не пропустить следующий материал о героях, которых мы не должны забывать.