В Шотландии археологи нашли редкое свидетельство того, что сложные стоматологические процедуры существовали задолго до современной медицины. В челюсти средневекового человека обнаружили тонкую золотую конструкцию, напоминающую протез.
Раскопки у церкви Святого Николая в Абердине принесли неожиданную находку: в челюсти мужчины, жившего между 1460 и 1670 годами, нашли тонкую золотую лигатуру. Проволока из 20-каратного золота аккуратно обвивала два резца и протягивалась над зажившей лункой удаленного зуба.
Ученые предполагают, что конструкция служила либо для фиксации шатающегося зуба, либо как основа для крепления искусственного – своеобразный средневековый мостовидный протез. Результаты исследования опубликованы в British Dental Journal.
Кто лечил зубы до стоматологов?
До официальной регистрации профессии дантиста в 1860 году лечением зубов занимались цирюльники, травники, странствующие шоумены и «зубодеры» с ярмарок. Но в Шотландии существовали и более квалифицированные специалисты – dentatores, обучавшиеся по арабским медицинским трактатам.
Именно их знания, восходящие к трудам хирурга Аль-Захрави, могли позволить использовать золото – металл, устойчивый к окислению, – для сложных реконструкций.
Лечение для избранных
Золотая лигатура – дорогое удовольствие. Ее наличие говорит о том, что владелец был состоятельным членом общины, способным оплатить работу мастера. Обычные жители Шотландии довольствовались народными средствами: подогретым дерном, компрессами из коровьего навоза или травяными настоями.
Эти методы, как ни странно, применялись вплоть до XX века – доказательство того, что доступ к передовой медицине всегда был вопросом ресурсов.
Почему это важно
Находка расширяет представление о средневековой медицине: сложные вмешательства не были исключительной редкостью, но оставались привилегией элиты. Она также напоминает, что история технологий – это не только про изобретения, но и про доступ к ним.
Исследование продолжается: возможно, в будущем ученые узнают больше о жизни этого человека и о том, как чума 1640-х годов повлияла на судьбы жителей Абердина.