В последнее время теннисисты всё чаще поднимают важные для своего вида спорта проблемы. Основные претензии касаются перегруженного календаря: обязательных турниров становится всё больше, и игроки логично требуют больше времени на отдых. Однако вопросы возникают не только к расписанию, но и к системе распределения призовых, особенно на самых престижных соревнованиях – турнирах серии «Большого шлема».
Недавно под удар попал грядущий «Ролан Гаррос». Группа ведущих игроков, среди которых Мирра Андреева, Даниил Медведев и Андрей Рублёв, составила совместное заявление к организаторам турнира, выразив недовольство по ряду вопросов. Чтобы понять суть претензий, важно учитывать структуру современного тенниса. Существуют две основные ассоциации – ATP (мужской тур) и WTA (женский тур), которые проводят регулярные турниры, составляющие основу календаря. Однако турниры «Большого шлема» – это независимые структуры, не подчиняющиеся ATP и WTA. Они самостоятельно определяют политику организации соревнований, в том числе и распределение призовых фондов.
Именно это и вызывает недовольство топ-игроков. Во-первых, отсутствует какой-либо механизм для взаимодействия с теннисистами по вопросам, которые их не устраивают. Система, по мнению спортсменов, не проявляет достаточной заботы о благополучии тех, кто находится в центре самого вида спорта. Во-вторых, возникают вопросы по призовым.
Рассмотрим ситуацию на примере «Ролан Гаррос». В официальном заявлении организаторов говорится, что в этом году призовой фонд турнира вырастет на 9,7% и составит 61,7 миллиона евро. Победители в одиночном разряде получат по 2,8 миллиона евро. На первый взгляд, рост есть, и поводов для недовольства вроде бы нет. Однако игроки приводят свою статистику: в 2025 году турнир заработал 395 миллионов евро, что на 14% больше, чем в 2024-м. При этом призовые выросли лишь на 5,4%. Рост получается непропорциональным. В результате, если в 2024 году теннисисты получали 15,5% от доходов турнира в виде призовых, то прогнозируемый показатель на 2026 год снижается до 14,9%. Получается, что «Ролан Гаррос» зарабатывает значительно больше, но не желает делиться с игроками.
Такое положение дел не устраивает теннисистов. Для сравнения: ATP и WTA выплачивают около 22% доходов турниров в качестве призовых, в то время как мэйджоры удерживают этот показатель на уровне примерно 15%. Все эти противоречия и вошли в текст заявления, под которым подписались многие ведущие игроки мира: Янник Синнер, Карлос Алькарас, Александр Зверев, Арина Соболенко, Коко Гауфф, Ига Швёнтек. Россияне также поддержали обращение: Даниил Медведев, Андрей Рублёв и Мирра Андреева выразили солидарность с коллегами.
Какие у игроков есть рычаги давления? По сути, их практически нет, кроме публичных заявлений и обращений. Теоретически возможен бойкот турниров, но едва ли кто-то из топ-игроков на это пойдёт – ведь турниры «Большого шлема» значат для карьеры гораздо больше, чем просто деньги. Тем не менее проблема остаётся нерешённой и требует обсуждения. Пока теннисисты последовательно доносят свою позицию до организаторов и требуют изменений. Иногда появляются новости о возможном создании альтернативного тура с более справедливым распределением призовых и меньшим количеством матчей, однако к таким инсайдам стоит относиться с осторожностью. охожие реформы обсуждались и в футболе при попытке создания Суперлиги, но этот проект провалился и не получил поддержки.
Вопросы по поводу призовых возникают не только к турнирам «Большого шлема». Недавно бывший теннисист Джон Изнер, доходивший до полуфинала Уимблдона и побеждавший на турнире ATP-1000 в Майами, выступил с резкой критикой. Он отметил, что в 2018 году, став чемпионом в Майами, заработал больше денег, чем Янник Синнер в этом году. Общий призовой фонд турнира действительно вырос, но доля победителя в 2026 году оказалась примерно на тысячу меньше. Изнер назвал такую ситуацию абсурдом и подчеркнул, что ни в одном другом виде спорта сейчас нет ничего подобного.
Если взглянуть на цифры, то разница действительно заметна: в 2018 году Джон Изнер за победу в Майами получил 1 351 380 долларов, а Янник Синнер в 2025 году – 1 151 380 долларов. Однако Изнер не учёл новую политику многих турниров серии WTA-1000 и ATP-1000. Теннисные ассоциации стремятся к более справедливому распределению призовых между всеми участниками соревнований. Призовой фонд увеличивается, но доля победителя уменьшается. Благодаря этому игроки, выбывающие на ранних стадиях, получают теперь примерно в три раза больше по сравнению с 2018 годом. Это особенно важно для теннисистов, находящихся за пределами топ-50 рейтинга.
В то же время WTA продолжает работать над полным уравнением призовых с мужским туром – на многих совместных соревнованиях этого уже удалось добиться. ATP с 2023 года ввёл новую политику под названием «OneVision», которая подразумевает рост призового фонда при сокращении доли победителя и одновременном увеличении выплат для вылетевших рано. Кроме того, в конце сезона ATP награждает 30 лучших игроков на турнирах серии «Мастерс» и Итоговом турнире дополнительными бонусами. Эти бонусы выплачиваются сверх основных призовых и формируются из чистой прибыли соревнований, что частично компенсирует снижение выплат за победу.
Лидерам рейтинга, впрочем, жаловаться действительно не на что. Например, в 2018 году Новак Джокович заработал больше всех призовых в туре – 15 967 184 доллара (он выиграл два «Шлема»: Уимблдон и US Open). В 2025 году Карлос Алькарас заработал 21 354 778 долларов, также выиграв два «Шлема»: «Ролан Гаррос» и US Open. Поэтому претензии Джона Изнера выглядят не вполне объективно.
В итоге можно сказать, что теннис по-прежнему остаётся одним из самых высокооплачиваемых видов спорта. Игроки первой десятки зарабатывают не только за счёт призовых, но и благодаря крупным спонсорским контрактам. Обращение к «Ролан Гаррос» связано не с нехваткой денег у таких звёзд, как Янник Синнер, Арина Соболенко или Мирра Андреева. Недовольство вызвано прежде всего нежеланием организаторов меняться и идти навстречу игрокам по многим вопросам. Спортсмены считают себя теми, благодаря кому турниры вообще существуют и приносят доход, поэтому они вправе требовать лучших условий – особенно если видят несправедливость в финансовых вопросах.