Сергей Лавров не любит распространяться о семье. Дочь и жена будто за стеклом, и чем дальше, тем меньше объективов.
Зато его родословная — отдельный исторический детектив.
Фамилия Калантаров, американское гражданство и армянская кровь
Официально фамилия министра иностранных дел РФ — Лавров. Однако по линии отца, Виктора Калантарова (по другим источникам — Калантаряна) происхождение у Сергея Викторовича истинно армянское. Это один из знаменитых аристократических родов Тбилиси, правивших Авлабаром на Араратской улице.
Именно эта «армянская жилка», как шутят некоторые журналисты, и дарит внешнеполитическому ведомству ту самую неуступчивость и жесткость, за которую Лаврова цитируют во всем мире.
Что же дочери? Ее имя — Катя Винокурова. Отчество — Сергеевна. И родилась наследница вовсе не в Москве, а на Манхэттене в апреле 1982 года. Тогда ее отец был постпредом СССР при ООН, и дочь автоматически получила гражданство Соединенных Штатов.
Она провела 17 лет за океаном. В школе на Манхэттене занималась бальными танцами, полюбила оперу, ездила на метро, а в 2005 году окончила престижный Колумбийский университет по специальности «политология». После еще год проучилась в Лондонской школе экономики (LSE).
Родители не баловали ее чрезмерной публичностью. Известно лишь, что мать Мария Александровна работала в библиотеке постпредства в Нью-Йорке и владеет русским и французским языками.
«Я практически никогда не говорю об отце»
В 2007 году Екатерина вернулась в Россию — и здесь ей пришлось заново знакомиться с культурой, климатом и даже с русским языком.
О себе она рассказывала мало. Ровно до 2017 года, когда впервые согласилась на интервью. Именно тогда в журнале Marie Claire прозвучали те самые слова, которые разлетелись по сети:
«Я никогда не скрывала, кто мой отец. Но я практически никогда об этом не говорю. И всем, кто меня знает, известно, что мне по жизни мало кто помогал. Безусловно, главной помощью было то образование, которое мне дали».
Произнесено с достоинством, четко. Ни капли пиара. Именно так и держится дочь человека, который уже 22 года возглавляет российскую дипломатию.
Первый шаг в мире московского арт-бизнеса Екатерина сделала в 2007 году — став представителем британской арт-галереи Haunch of Venison, которая помогала русским художникам выходить на западный рынок. Затем последовало московское отделение аукционного дома Christie’s. В 2015 году она доросла до должности директора, открыла новый офис с постоянным выставочным пространством.
Через год, летом 2016-го, появилась собственная компания Smart Art совместно с Анастасией Карнеевой. Проект помогает современным художникам продвигаться на международные площадки и участвовать в выставках. У компании даже есть права оператора по обслуживанию российского павильона в Венеции на ближайшие 10 лет.
Сама Екатерина не устает подчеркивать: в искусство ушла не из-за денег. Финансовая составляющая для нее не на первом месте. Важнее — причастность к делу, возможность делать российскую культуру видимой за рубежом.
Замужество, два континента и кольцо от Cartier
С будущим мужем Екатерина встретилась в Лондоне. На рок‑вечеринке. Избранник — Александр Винокуров, выпускник Кембриджа, сын крупного фармацевтического предпринимателя Семена Винокурова.
Пара поженилась в 2008 году в Доме приемов на Воробьевых горах. Обручальное кольцо невесты — из коллекции Cartier. Владелица арт-компании не скрывает, что любит брендовые сумки Hermès, браслеты Cartier и, конечно, драгоценности. На светских фото она почти всегда с дорогими аксессуарами и бриллиантами.
В 2010‑м у пары родился сын Леонид. В 2013‑м — дочь. Сегодня детей двое, хотя некоторые источники утверждают, что трое.
Интересный нюанс: хотя супруг имеет израильское гражданство, а сама Екатерина — американское, семья живет в Москве. Лаврова не раз объясняла, что никогда не хотела выходить замуж за иностранца. Менталитет, юмор, традиции — все это для нее ближе, чем западный образ жизни.
Самого Александра Винокурова иногда называют «олигархом из обоймы Путина». Это не совсем так — он не публичный миллиардер. Зато владелец крупных активов: доли в сети «Магнит», аптечной сети «36,6», ряде фармкомпаний и логистических проектов. Его состояние оценивается зарубежными СМИ в несколько миллиардов долларов. Винокуров также имеет серьезный опыт работы в Morgan Stanley, TPG Capital и Альфа-групп.
В феврале 2022 года именно этого бизнесмена пригласили на совещание президента по обсуждению, как обходить санкции после начала специальной военной операции. А уже в 2025‑м западные расследования заявили, что он выводит активы из России через арабские офшоры — Оман и ОАЭ.
Сам зять министра эти обвинения не комментирует.
Ольга Скуратова и лишняя копия в британских газетах
Есть один забавный момент. В некоторых англоязычных источниках жену Александра Винокурова по ошибке называли Ольгой Скуратовой. Путаница связана, вероятно, с русской модой: девушку‑модель, которая носит похожую фамилию. Но Екатерина не имеет к этому бизнесу никакого отношения. Это просто совпадение.
Впрочем, дочь Лаврова в принципе редко мелькает в светских хрониках. Пара почти не бывает на публичных мероприятиях, и если появляется, то под руку, сдержанно и без лишних взглядов.
Британский шпион, санкции и яйца в Грузии
Отец‑министр с начала 2022 года находится под персональными санкциями ЕС и США. Под ограничения попала и семья.
В том же 2022‑м США ввели санкции против Екатерины и ее матери Марии. Затем к ним присоединился Евросоюз. А в апреле 2026 года Латвия объявила дочь Лаврова, а также Анастасию Карнееву персонами нон грата, обвинив их в связях с российским режимом через участие в Венецианской биеннале.
Не обходится и без скандалов. В 2023 году семья Винокуровых отправилась в Грузию на свадьбу брата Александра. Местные активисты забросали автомобиль Екатерины яйцами, а гостиницу Kvareli Lake Resort пришлось на время закрыть для посторонних.
Сам отель позже заявил, что Винокуровы не приезжали. Логика грузинской стороны: не хотели лишнего внимания. Но защититься от гнева толпы не удалось.
Лавров‑папа: патрон или просто папа?
Несмотря на громкую фамилию, сама Винокурова настаивает: отец не курировал ее карьеру. Она говорит, что пробивалась сама — через стажировки, связи в арт-индустрии и собственные деньги.
Однако есть нюанс. Миллиардные возможности мужа и доступ к закрытым аукционным площадкам (как тот же Christie’s) едва ли были бы у человека без «большой фамилии». Но Екатерина никогда не была замечена в лоббировании отцовских интересов.
По ее словам, главный урок, который дал ей Сергей Викторович, — это уверенность в себе. С детства ей внушали: рассчитывай только на себя, имей свое «я» и помни, что ты можешь все.
Такой подход, вероятно, и позволил ей выстроить дело в мире, где деловые связи значат куда больше, чем деньги.
Жизнь за закрытой дверью: бриллианты, альфа-самцы и русский характер
На одном дыхании Екатерина иногда раскрывает детали личного. Например, она обожает «альфа‑самцов» — сильных мужчин с характером. Муж в ее семье — главный. Она сознательно уходит на второй план и готова с этим мириться. Правда, сама Винокурова честно признается: иногда от этого страдает. Но всё равно повторяет модель, увиденную в родительском доме, где главой всегда был отец.
Она увлекается фитнесом, много путешествует, коллекционирует искусство, но не забывает и о бытовых атрибутах роскоши. С детства привыкла к хорошим вещам, и карьера в аукционах лишь укрепила этот вкус. Бриллиантовые серьги, кольца Cartier, Hermès в руках — все это не напоказ, а часть многолетней привычки радовать себя.
Территория счастья: что сейчас?
На сегодня Екатерина Винокурова продолжает жить в Москве, воспитывать детей и работать с актуальным искусством. Еще недавно западная пресса гадала, уехала ли она за границу. Нет, не уехала. Более того, именно в начале 2026 года ее компания Smart Art оказалась в центре международного скандала с Венецианской биеннале — Латвия назвала ее «нежелательной».
Но саму Винокурову это не трогает. Она остается на виду ровно настолько, насколько это необходимо для бизнеса. Отец три года назад сказал, что она выполнила свой долг: вышла замуж, родила двух внуков, получила хорошее образование. И что ходила по краю, но никто из семьи Лавровых никогда не был втянут в грязные истории.
Она продолжает хранить молчание. Живет размеренно, не дает интервью, не лезет в политику. Светская хроника вспоминает о ней лишь в контексте скандалов — яйца в Грузии, санкции, Венеция.
Но сама Катя, кажется, занята самым главным: делает искусство ближе к людям и не дает волю публичным скандалам.
А как вы считаете — «армянский характер» или американская закалка сделали эту женщину такой деловой и закрытой? Стоит ли винить дочь дипломата за санкции против нее? Делитесь в комментариях!
Ставьте лайк, если история показалась вам интересной, подписывайтесь на канал «Судьбы и люди» — впереди еще много закрытых страниц о жизнях сильных мира сего.