Источники из Мордовского госуниверситета им Н.П. Огарева источают информацию, которая внутри самого вуза возмутительным образом действует на профессорско-преподавательский коллектив.
Во-первых, социальный педагог Д. Глушко, занимающий по стечению ряда странных обстоятельств должность ректора, воодушевил своих сторонников, которые в основном сгруппировались на высокооплачиваемых должностях в управленческой системе, тем, что он нашел понимание в Минобразования и науки и продолжит хозяйничать в «настоящем МГУ».
Во-вторых, с улицы Большевистской, 68, где прописан «ареопаг» вуза в высшую инстанцию страны ушло письмо, в котором «гонимый» ректор расписан в доблестных тонах с указанием несправедливых претензий к нему со стороны мордовской власти.
В-третьих, весь свой психологический азарт он направил на сохранение удобной для себя должности, позволяющей безбедно жить не только в собственной стране, но и в многочисленных заграничных командировках, сопровождаемый удобными для себя людьми обоего пола. О некоторых сопутниках, а точнее, сопутницах, в университете слагают легенды.
Короче говоря, замена «серого» ректора Вдовина, на «пассионарного» спортсмена-марафонца, осилившего в свое «якутское» время специальность социального педагога, не принесла Мордовии пользы. В основных рейтингах «настоящий МГУ» перестал упоминаться. Как, впрочем, перестал быть одним из успешных вузов в Приволжском федеральном округе, не говоря уже о России.
После «иннугурации» в должность ректора Глушко, характеризуя объект своего управления пафосно утверждал: «Здесь (в МГУ) много потенциала для развития как самого университета, так и каждого студента. Сегодня мне доверили стать частью этого университета с 90-летней историей. Приложу все силы, чтобы быть полезным коллегам и студентам».
Увы, за почти прошедшее пятилетие его пользу можно сравнить с мелкотравчатой особью мужского рода. Хотя руководство республики и лично Глава с максимальным усилием старались втемяшить в его сознание принципы управленческого прагматизма, оказывали содействие в поиске путей развития научных направлений, привлекая для этого бизнес. Но экспансивный «социальный педагог» продолжал чудить рекламой, типа «туда-сюда, туда-сюда» и т.п. Некоторые преподаватели рассказывали, что стали стесняться называть место своей работы, понимая, что у их визави немедленно возникала ассоциация с некоторыми социальными отклонениями в поведении их начальника.