После одержанной победы в сражении при Каннах в плен карфагенянам по сообщению Тита Ливия попало девятнадцать тысяч римлян и их союзников. Ганнибал отпустил всех захваченных италиков и предложил римскому Сенату выкупить своих соотечественников. В данной просьбе Сенат отказал Ганнибалу, хотя родственники были готовы выкупить своих отцов, мужей и сыновей даже на личные сбережения. Среди исследователей существует мнение, что отказ сенаторов был обусловлен отсутствием денег в казне Рима, которые к тому времени были полностью истрачены на формирование огромной армии в восемь легионов под командованием двух консулов.
Историк В.А. Квашнин пишет по этому поводу: «Думается, что именно опасением оставить казну пустой, было вызвано нежелание Сената выкупить пленных после битвы при Каннах, хотя Рим в это время испытывал такую нужду в людях, что был сформирован легион, состоявший из рабов».
Точное количество пленных римлян неизвестно, так как летописцы отражают их численность вместе с союзниками. Тит Ливий пишет, что для набора в новую армию: «Восемь тысяч рабов были выкуплены у хозяев и вооружены за государственный счет. Примерно столько же пленных римлян для выкупа находилось в лагере Ганнибала». Вероятно, их было порядка 8-10 тысяч, и общая сумма выкупа составляла примерно три миллиона денариев или 13 тонн 500 килограммов серебра. Для примера поясню, что через пять лет после поражения римлян в битве при Каннах Квинт Фабий Максим захватил в городе Таренте в качестве военной добычи 78 тонн 600 килограммов серебра.
По словам Ливия после поражения армии римлян Гая Фламиния при Тразименском озере: «В Рим прибыли послы из Неаполя. Они внесли в курию сорок тяжеловесных золотых чаш и сказаны были такие слова: они знают, что казну римского народа вычерпала война, которая ведется за города и земли союзников и поэтому неаполитанцы решили золото, оставленное им предками на украшение храмов и помощь бедствующим, по справедливости следует вручить римскому народу. Послов отблагодарили за щедрость и внимание, а чашу приняли только ту, что была всех легче».
Тот же летописец сообщает, что от сиракузского царя Гиерона в порт Остию прибыл флот с продовольствием, а сенаторам вручили золотую статую Победы весом в двести двенадцать фунтов. Принесенное другими городами золото Сенат не принял, а статуя Победы была торжественно освящена и поставлена на Капитолии в храме Юпитера.
После поражения при Каннах по сообщению Флора: «У римлян не было оружия – его взяли из храмов. Не было молодежи – для военной присяги освободили рабов. Обеднела казна – Сенат добровольно внес в нее свои богатства. Себе не оставили ничего, кроме золота в буллах и кольцах. Примеру Сената последовали всадники, им подражали трибы. В консульство Левина и Марцелла вносились в казну богатства частных людей, и для записи едва хватало таблиц в руках писцов».
Во время войны с Ганнибалом римская экономика находилась на грани краха, и пришлось изменить вес серебряных монет. Был уменьшен вес серебра денария с 4.5 до 3.9 граммов, а вес асса зафиксирован в одну унцию. Историк Т. Моммзен пишет что: «Во время войны с Ганнибалом вес серебряного денария был понижен с 1/72 до 1/84 фунта, и с тех пор в течение трех столетий монета сохраняла тот же вес и одинаковую тонкую выделку».
На следующий год после поражения при Каннах Сенатом был внесен закон о роскоши. По словам Тита Ливия: «Этот закон провел народный трибун Гай Оппий в самый разгар Пунической войны. Он запрещал римским женщинам иметь больше пол унции золота». Только спустя двадцать лет в Сенат было внесено предложение об отмене данного закона.
По сообщению того же летописца: «Закон был принят тогда, когда Ганнибал одержал победу при Каннах и стоял в Италии. Опустела казна; мы покупали у хозяев рабов и раздавали им оружие с тем, чтобы те получили за них деньги ЛИШЬ ПОСЛЕ ОКОНЧАНИЯ ВОЙНЫ (выделено мною). Все мы по примеру сенаторов отдавали государству, сколько у кого было золота и серебра; вдовы и сироты внесли свои деньги в казну. Был установлен предел хранимым драгоценностям дома – будь то вещи из золота или серебра, будь то чеканная монета, серебряная или медная. Неужели в такое время домыслы женщин были так заняты роскошью и украшениями, чтобы понадобился закон Оппия, дабы обуздать их? Кто же не видит, что лишь горести и нищета государства, когда каждый должен был отдать последнее на общие нужды, породил этот закон. В начале года заседавший на Капитолии Сенат в первый день года постановил установить на этот год двойной налог, половину взыскать немедленно, чтобы уплатить жалованье и имеющемуся налицо войску, исключая солдат, участвовавших в Каннском сражении».
О проблемах в Риме с людскими ресурсами и финансами в плане покупки вооружения для новобранцев свидетельствует тот же Тит Ливий: «Диктатор Марк Юний Пера издал указ, что всех совершивших уголовные преступления он освободит из тюрем, а с несостоятельных должников снимает задолженность, если они пойдут к нему в солдаты. Эти шесть тысяч человек он вооружил галльским оружием, которое вез в триумфе Гай Фламиний».
В обсуждениях на историческом форуме темы выкупа пленных римлян после поражения в битве при Каннах приводилось мнение, что Сенат имел возможность оплатить Ганнибалу деньги, так как он же изыскал денежные средства на приобретение восьми тысяч рабов у прежних хозяев.
Тит Ливий сообщает по этому поводу что: «Восемь тысяч молодых и сильных рабов были расспрошены поодиночке, хотят ли они быть солдатами – их выкупили и всех вооружили за государственный счет. Таких солдат предпочли, хотя можно было выкупить пленных римлян и это обошлось бы дешевле».
По сообщению того же летописца представитель пленных римлян, прибывший в Рим для ведения переговоров о выкупе, сказал сенаторам: «Я слышу, что вы даете оружие восьми тысячам рабов. Нас не меньше и выкупить нас обойдется не дороже, чем купить столько же рабов».
Из противоречивого повествования Тита Ливия можно сделать вывод, что у Рима имелись деньги для выкупа пленных, но в то же время хозяевам восьми тысяч призванных в армию рабов Сенат пообещал возместить их стоимость только после окончания войны с Ганнибалом. Поэтому я считаю, что в казне Рима деньги имелись в таком крайне ограниченном количестве, что сенаторы посчитали целесообразным сохранить их на неотложные нужды, а не преждевременно тратить на выкуп пленных. А родственники захваченных карфагенянами в битве при Каннах римлян получили отказ Сената на возможность их выкупа за собственный счет, как бежавших с поля битвы трусов.
