Всем привет! Несколько дней назад я уже пыталась найти край Вселенной в своей статье "Космос не может быть бесконечным?"
И вот недавно я задумалась.
А что, если мы сами — и есть тот самый космос? Не «часть», не «песчинка», а вполне себе полноценная, самодостаточная Вселенная? Только в упаковке из кожи и тревожности?
Но об этом чуть позже. Сначала — шок-контент для ваших глаз и мозга.
Вы видели, как выглядит человеческий прах под микроскопом?
Это не пыль. Не пепел. Не «ничто».
Это звезды.
Я наткнулась на исследование, где биологи рассматривали кремированные останки под мощным увеличением. И знаете, что они там увидели?
Микроскопические фрагменты костной ткани. Кристаллические структуры, которые спеклись при температуре 1000 градусов. И эти крошечные осколки — они отражают свет, переливаются, образуют причудливые узоры.
Вы когда-нибудь смотрели на снимок туманности Тарантул? Или на фото галактики Водоворот? Вот это оно. Только в масштабе 1:1000000.
Человек, который любил сериалы, спорил в комментариях, жаловался на налоги — превращается в горстку звездной пыли.
Великий перезапуск: мы — это чей-то «Большой взрыв»
Помните мою прошлую теорию про петлю во времени? Про то, как муравей ползет по шару и возвращается себе в затылок?
Так вот. Я ее немного докрутила.
А что, если наша смерть — это не «конец», а просто переход на другой уровень масштаба?
Смотрите. Мы с вами состоим из атомов. Атомы — из протонов, нейтронов и электронов. А те, если копнуть еще глубже, — из кварков, бозонов и прочей веселой компании, которую физики даже не видели вживую, а просто придумали, потому что математика сошлась (это отдельно умиляет).
Теперь вопрос: откуда эти частицы взялись?
Из Большого взрыва. Который, если верить современным теориям, возник из сингулярности — точки бесконечной плотности и нулевого размера.
То есть буквально: нечто бесконечно маленькое вдруг стало бесконечно большим.
А теперь представьте наоборот.
Вы умираете. Вас кремируют. Ваше тело распадается на атомы. Которые когда-то были внутри звезды. Которая когда-то взорвалась сверхновой. И эти атомы уходят в почву, в воздух, в воду, в грибы, в другую траву, в другую корову, в другого человека.
Живой микроскоп: а вдруг мы сами — чья-то клетка?
Вы когда-нибудь думали о том, что наш мир может быть чьей-то внутренностью?
Возьмем клетку человеческого тела. Она живет, дышит, делится, обменивается информацией с соседями. Для нас она — крошечный кирпичик. А для гипотетического микроскопического разума внутри этой клетки — целая Вселенная. Своими законами, своей химией, своим «временем» (реакции идут за миллисекунды, которые для этого разума — вечность).
Что, если наша Галактика — это просто крупная молекула белка в теле какого-нибудь космического Ктулху? Что, если Черная дыра в центре Млечного Пути — это его ядро клетки? А мы — это митохондрии? (Кстати, митохондрии — электростанции клетки. Вырабатывают энергию. Мы с вами что делаем? Работаем, пашем, платим налоги, жгем калории. Неужели мы просто космические батарейки?)
Есть гипотеза (не моя, но я ее поддерживаю) — фрактальная Вселенная. Суть простая: мир устроен одинаково на всех уровнях. Электроны вращаются вокруг ядра — планеты вращаются вокруг звезды — звезды вращаются вокруг центра галактики — галактики вращаются вокруг чего-то еще. И так до бесконечности и вверх, и вниз.
То есть если вы посмотрите на атом — вы увидите миниатюрную Солнечную систему. Если вы посмотрите на солнечную систему — вы увидите гигантский атом.
Я не знаю, как вам, а мне от этой мысли одновременно тепло и страшно. Тепло — потому что значит, мы никуда не исчезаем. Мы просто меняем форму. Страшно — потому что если это правда, то где-то там, в масштабах, которые мы не можем вообразить, нас рассматривает... кто? Студент-первокурсник космического биофака? И говорит своему преподавателю: «Профессор, а у этого субъекта воспаление — вон, в рукаве Ориона какая-то активность странная».
А мы тут воюем, влюбляемся, пишем статьи.
А теперь посмотрите в глаза человеку, которого любите (или хотя бы в зеркало)
Вы знаете, что зрачок человека — это дыра? Не структура, не ткань, не деталь. Отверстие в радужке, через которое свет падает на сетчатку.
Черная круглая пустота.
А теперь второй факт: снимки расширяющихся вселенных (те самые, компьютерные симуляции, где точки разбегаются) выглядят точь-в-точь как зрачок, на который падает свет.
И третий факт, который меня добил окончательно: в радужке человека есть радиальные линии — мышцы, которые сужают и расширяют зрачок. Они расходятся из центра, как спиральные рукава галактики.
То есть ваши глаза — это две маленькие Вселенные с черной дырой посередине.
Когда вы смотрите на звезды, звезды смотрят на вас. И они — внутри вас. И одновременно — снаружи. Потому что ваши атомы когда-то были в тех звездах.
Мы едим звездную пыль (хлеб, мясо, овощи — все это построено из атомов, рожденных в недрах светил). Мы дышим звездной пылью. Мы умираем и становимся звездной пылью.
А потом под микроскопом это выглядит как галактика.
Космосу не нужен конец. Потому что космос — это процесс. А процессы не кончаются, они перетекают.
Мы искали стену на краю Вселенной. А стена оказалась внутри нас. В наших зрачках, в наших клетках, в горстке пепла под микроскопом.
Мы — это Вселенная, которая на секунду стала человеком, чтобы посмотреть на себя со стороны. И ужаснуться. И восхититься. И написать комментарий: «Автор, ты чего курила?»)))
Отвечаю: ничего. Просто посмотрела в зеркало и увидела там Млечный Путь.
Как вам такое отражение?
P.S. А если серьезно — в следующий раз, когда вам будет одиноко или страшно, вспомните: вы носите внутри себя миллиарды атомов, которые пережили Большой взрыв, гибель звезд и рождение планет. Вы — это целая галактика в миниатюре. И если Вселенная бесконечна, то и вы — бесконечны. Просто в другой системе координат.