Знаменитое «Адажиетто» Малера из Пятой симфонии: послушайте сегодня

На месте, отведённом для обозначения темпа, написано по-немецки Sehr langsam — «очень медленно». Не «между анданте и адажио», а именно очень медленно. Кроме того, это небольшое адажио короче окружающих его частей и написано только для струнных и арфы. Почему это важно? Потому что «Адажиетто» Малера — одно из самых красивых музыкальных произведений, когда-либо созданных, и его понимание не должно быть омрачено недопониманием. Фраза «маленькое адажио» подразумевает интимность, близость, и именно это делает его несравненной песней о любви. Густав Малер (1860–1911) познакомился с Альмой Шиндлер на званом ужине в Вене 7 ноября 1901 года. В следующем месяце они обручились, а в марте 1902 года поженились. Ему был 41 год, ей — 22. Их ухаживания и свадьба точно совпали с периодом, когда Малер сочинял свою Пятую симфонию летом 1901 и 1902 годов. Нежное «Адажиетто», написанное для Альмы, стало четвёртой частью произведения. Хотя появление любви, безусловно, вдохновило на создание «Адажиетто», истоки симфонии в целом восходят к более раннему периоду. 24 февраля 1901 года Густав Малер перенёс кишечное кровотечение и едва не умер. Позже он писал: «Находясь на грани жизни и смерти, я задавался вопросом, не лучше ли было бы покончить с этим сразу, поскольку в конце концов каждый должен прийти к этому». Неудивительно, что следующая симфония Малера начинается с похоронного марша. Малер начал работу над Пятой симфонией летом 1901 года. Ему удалось остаться в живых, и он, несомненно, был склонен к размышлениям о смысле жизни, которая едва не оборвалась всего несколько месяцев назад. Что может быть лучше для этого, чем симфония, которая начинается со смерти, а затем в обратном порядке представляет эпизоды из жизни покойного? Она заканчивается триумфальным финалом, который представляет собой жизнерадостное (и, учитывая то, что произойдёт дальше, ложно оптимистичное) начало главного героя. Жизнь, воспоминания Пять частей выстраиваются в обратном хронологическом порядке, чтобы рассказать историю жизни человека: Часть V (59:08): Последняя часть — это взрыв радостной юности в тональности ре мажор, триумф, завершающийся начальными нотами хорала «Как ярко сияет утренняя звезда» (1:14:09), на который намекается во второй части (26:43): безоблачное небо, идеальное начало. Четвёртая часть (47:12): «Адажиетто», в которой главный герой влюбляется. Ласковое звучание струнных в плавном фа мажоре, длинная мелодическая линия, тщательно выстроенная кульминация в верхнем регистре струнных — всё это и многое другое делает «Адажиетто» частью, наиболее часто исполняемой как самостоятельное произведение. Часть III (29:02): Скерцо в яркой и уверенной тональности ре мажор — это народный ландлер, или деревенский танец, в котором доминирует сольная партия валторны фа мажор, одна из величайших партий этого инструмента, исполненная виртуозно. Малер мастерски переплетает множество связанных тем в контрапункте. Хотя в скерцо есть тихие, даже задумчивые части, общее настроение — это жизненная сила и дух приключений. Главный герой находится на пике своей жизни, и мысль о смерти далека. Вторая часть (13:49): — это взгляд в прошлое героя. В первых тактах мы слышим мучительное поражение и бурный гнев, которые он испытал в последние годы жизни. Затем струнные исполняют вариант плача из первой части. Подобно тому как плач неоднократно прерывал похоронную фанфару в первой части, так и бурные вспышки этой части будут чередоваться с более медленными размышлениями примерно до середины. Именно тогда деревянные духовые превращают тему в яркий марш. Ближе к концу — то есть, ближе к началу периода, изображённого в музыке, медные духовые цепляются за тему, которая становится триумфальным хоралом в чистом, ясном ре мажоре, намекая на исчезнувшее счастье. Часть I (0:00): Траурный марш — жизнь закончилась. Труба исполняет похоронную тему, полную триолей, в до-диез миноре, на полтона ниже ре мажора части V. Оркестр подхватывает похоронный клич, который переходит в плач, исполняемый струнными. Наконец, труба со своей характерной триольной фигурой вновь заявляет о себе, и снова звучит песня плача, на этот раз разнообразная и удлинённая, становящаяся чем-то более личным, чем просто ритуал. В третий раз труба издаёт похоронный зов, но на этот раз оркестр начинает с мучительного крика отчаяния и негодования. На протяжении остальной части фанфары и трубы чередуются с вариациями на тему плача. Одна за другой вариации демонстрируют грани оплакивания жизни, от шока и гнева до тёплых воспоминаний и смирения. Мне кажется, что таков замысел Малера. Я верю, что однажды музыковеды услышат то, что в ней ясно выражено: похоронный марш, поражение, триумф, песня о любви и радостная юность. Жизнь, прожитая наоборот. Послушайте сегодня