У многих людей моего поколения есть страх перед жизнью, отложенной на потом. Мы просто насмотрелись на старшее поколение.
У меня есть незакрытый гештальт – хочу заказать пузырек винтажных духов. Тех самых, что мне обещали подарить на совершеннолетие. У бабушки в шкафу лежал такой французский пузырек, который ждал своего часа. Правда, не дождался.
К тому моменту, когда мне его попытались торжественно вручить, запах уже умер. И от него осталось только красивое воспоминание в виде изящнейшего флакончика.
Сегодня он стоит около пятидесяти тысяч, мне такую сумму на аромат пока что жалко. Времена не те. Но какая-то заноза все равно сидит в душе. Будто хочу воскресить что-то важное. Может быть, обещание завтрашнего счастья?
У бабушки вообще хранилась масса интересных вещей. Восхитительные кружочки дорогого мыла, меховые шкурки, винтажные платья, коробки шоколадных конфет… Проблема в том, что ничего из этого не использовалось. Гнили меховые шкурки, покрывались патиной конфеты, выдыхались духи. Все это ждало своего часа, постепенно обращаясь в тлен.
Мы, детьми наблюдавшие за обращением будущего счастья в прах, остались навсегда травмированы этим завтрашним наслаждением, которого так и не случилось. Или оно случилось, но было уже совсем другим. Потому что у всего есть свой срок годности.
Это как кукла, которую заботливо хранили на антресолях, чтобы потом кому-нибудь подарить. Когда, наконец, родители вспоминали о ней, оказывалось, что дочка уже давным-давно выросла. Это как красивая комбинация на первую брачную ночь, лежащая где-то в недрах шкафа 80-летней старушки. Вроде и можно использовать, а уже не то.
Возможно, именно поэтому наше поколение оказалось наиболее уязвимым перед кредитами. Некоторые нахватали их как не в себя – просто так, без причины. Потом долго и тяжело расплачивались. А на что все это ушло? На фундамент для будущего? Да нет, некоторые истратили банально на дорогие тряпки и впечатления.
Одна знакомая вспоминает: когда работала в престижном месте, тратила зарплату в ноль. На дорогую статусную одежду, посиделки с коллегами. Хотелось соответствовать. Потому уволилась – не захотела больше жечь нервы. И поняла, что осталась ни с чем. Заработала разве что нервный срыв и депрессию. Воспоминания о ресторанах потускнели, да и нет уже таких ресторанов на карте. А шмотки вышли из моды. Вот они, висят – а кому они теперь интересны.
Нынешние молодые и жить торопятся, и чувствовать спешат. Многое у них в долг у собственного завтра, многое в кредит. Многие не представляют жизни без автокредитов, ипотек. А куда денешься? Лучше, чем жить с родителями. А есть еще путешествия, в которых нужно успеть побывать до появления детей…
Сейчас вообще говорят, что до появления детей нужно успеть пожить для себя. Некоторые этим так увлекаются, что и не видят, что с ними произошло примерно то же, что с моими духами. Устали, выдохлись, перешли в новое качество. И никаких детей уже не хотят.
Да даже если бы захотели – денег не скопили и не заработали, карьеру не построили, а здоровье хуже в разы. Так что и современные люди жизнь откладывают. Только иначе. Они откалывают, как бы это поточнее выразиться, созидательную взрослую жизнь. Отодвигают ее на тот возраст, когда тишина и сериальчик на диване как-то ближе. А некоторые – навсегда.
Можно ли сказать, что синдром отложенной жизни побежден? Сомневаюсь.
Одни перебивались с картошки на макароны, с глиняной конфеткой «Белочка» вприкуску. Зато скопили на квартиры, машины для будущих поколений. Чтобы им было хорошо. Другие поняли, что им должно быть хорошо. И недоумевают – почему их теперь за это самое «хорошо» и упрекают. Что не так-то?
И я правда хочу спросить: кто из них прав? Те, кто терпел — и терпение стало их единственным навыком? Или те, кто не терпит вообще ничего — и в итоге остается ни с чем, кроме воспоминаний о когда-то съеденном?
А что вы больше всего боитесь отложить на потом?
Завела канал в max. Там я, кстати, эксклюзивчик и актуальное фото в купальнике