Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

В отличие от Рафаэля, герой "Записок из подполья" не имеет имени

Это очень сложная и противоречивая натура, самовольно загнавшая себя в изоляцию петербургских трущоб, где он может размышлять о своих чувствах и окружающем мире. Это тот типаж, который строит грандиозные планы в своей голове, подробно расписывает будущие события, предусматривает все возможные ходы, но в реальности всё у него идёт наперекосяк. И потом он так же детально объясняет себе, что так и было задумано: "но вот если..." и мысль снова несётся по просторам разума. Он максимально свободен внутри своих размышлений, но в обществе он скован и слаб. Он не верит ни в добро, ни в искренность окружающих, он презирает их и одновременно жаждет признания. Он хочет быть выше общества, но ощущает себя на его дне. Он озлоблен, помнит все обиды, размышляет о мести, но ничего не делает, всё больше озлобляясь. Вместо действия и результата он выбирает страдание и самоуничтожение, не допускает даже мысли о возможности быть счастливым и разрушает все шансы на это. Он получает какое-то особенное удов

В отличие от Рафаэля, герой "Записок из подполья" не имеет имени. Это очень сложная и противоречивая натура, самовольно загнавшая себя в изоляцию петербургских трущоб, где он может размышлять о своих чувствах и окружающем мире.

Это тот типаж, который строит грандиозные планы в своей голове, подробно расписывает будущие события, предусматривает все возможные ходы, но в реальности всё у него идёт наперекосяк. И потом он так же детально объясняет себе, что так и было задумано: "но вот если..." и мысль снова несётся по просторам разума. Он максимально свободен внутри своих размышлений, но в обществе он скован и слаб.

Он не верит ни в добро, ни в искренность окружающих, он презирает их и одновременно жаждет признания. Он хочет быть выше общества, но ощущает себя на его дне. Он озлоблен, помнит все обиды, размышляет о мести, но ничего не делает, всё больше озлобляясь. Вместо действия и результата он выбирает страдание и самоуничтожение, не допускает даже мысли о возможности быть счастливым и разрушает все шансы на это. Он получает какое-то особенное удовольствие от своего "подпольного" состояния.

Его желания формируются не такими простыми мотивами, как у Рафаэля. Да и таких возможностей для реализации их, слава богу, у него нет. Потому что реализует он их своим особым болезненным способом. У него нет прямого пути от желания к результату: это всегда сомнения, самоистязание, искажение и в итоге - отрицательный результат. Он слишком много думает, чтобы действовать. Он уже всего добился в мечтах, а когда сталкивается с реальностью, она уничтожает его.

Свобода для него - это право делать зло, совершать глупости, действовать против логики.

Признания он пытается добиться экстравагантными выходками и агрессией - лишь бы его заметили.

Власть он может получить лишь над слабым, зависимым, уязвимым человеком, открывающим ему душу, которую он затем растаптывает.

В итоге он получает лишь страдания, которых на самом деле и желает. Ведь благодаря им он "становится глубже", "обретает уникальность", сам "контролирует" процесс саморазрушения. Ведь если он не уничтожит себя сам, это сделают другие - неизвестно каким способом.

В итоге Рафаэль умирает, реализуя свои желания, а Подпольный человек разлагается, получая лишь страдания и не достигая желаемого.