Каждое лето тысячи кыргызских семей делают то, что их предки делали тысячи лет: собирают юрту, грузят её на лошадей, выгоняют стада из зимних загонов и поднимаются в горы — на джайлоо, летние пастбища. Там, на высоте две-три тысячи метров, они живут до осени: пасут скот, доят кобылиц, делают кымыз и принимают гостей. Это не реконструкция и не аттракцион — это обычная жизнь, которая продолжается в двадцать первом веке.
Юрта: дом, который помещается на двух лошадях
Юрта — гениальное изобретение кочевников. Деревянный каркас из решётчатых стенок (кереге), купольных жердей (уук) и верхнего кольца (тюндюк), которое пропускает свет и дым. Сверху — несколько слоёв войлока, который держит тепло зимой и прохладу летом. Собрать юрту опытная семья может за час, разобрать — за сорок минут. Всё помещается на двух лошадях. Внутри — ковры, одеяла, сундуки с посудой. Место для огня — в центре, спальные места — по кругу, почётное место для гостя — напротив входа. Юрта — не просто жильё, а целая философия: круглая форма символизирует единство семьи, открытый верх — связь с небом, вход всегда смотрит на юг, чтобы утреннее солнце заглядывало внутрь.
Джайлоо: летняя жизнь на высоте
Джайлоо — летние пастбища в горах, куда кочевники поднимаются с мая по сентябрь. Это бескрайние альпийские луга на высоте двух-трёх тысяч метров, где трава по пояс, а вокруг — снежные вершины. Здесь пасутся лошади, коровы, овцы и яки. Дети учатся ездить верхом раньше, чем читать — трёхлетний ребёнок в седле здесь никого не удивляет. Женщины доят кобылиц, делают кымыз, готовят курут. Мужчины следят за стадами, чинят юрты, объезжают молодых лошадей. Вечером — ужин у огня, песни, разговоры. Телефон ловит плохо, интернета нет, и после пары дней понимаешь, что не скучаешь ни по тому, ни по другому. Туристы, которые ночуют на джайлоо, говорят одно и то же: «Я давно так крепко не спал». Свежий воздух, тишина и темнота без единого фонаря делают своё дело.
Лошадь: не транспорт, а член семьи
В Кыргызстане лошадь — больше, чем животное. Это транспорт, помощник, друг и показатель достатка. Кыргызская пословица гласит: «Ат — адамдын канаты» — «Лошадь — крылья человека». На лошадях пасут стада, ездят в гости, участвуют в играх, перевозят юрты. Кыргызские лошади невысокие, выносливые и приспособлены к горам: они уверенно идут по узким тропам, переходят броды и поднимаются на перевалы, где другие породы отказываются идти. На праздниках устраивают скачки, игры с перехватыванием флагов и кок-бору — командную конную игру с тушей козла, которую ЮНЕСКО включила в список нематериального наследия. Для кочевника остаться без лошади — то же, что для городского жителя остаться без машины, телефона и дома одновременно.
Почему кочевая культура не исчезает
После советской коллективизации кочевой образ жизни почти исчез — людей переселяли в посёлки и города, всех объединяли в колхозы. Но после обретения независимости в 1991 году многие семьи вернулись к тому, что умеют лучше всего — к скоту и пастбищам. Сегодня кочевая культура в Кыргызстане живёт не из ностальгии, а потому что работает: горные пастбища дают лучшую траву, скот на джайлоо здоровее, молоко вкуснее. А туристы, которые приезжают пожить в юрте и попробовать кымыз, — дополнительный доход для семей. Кочевая жизнь адаптировалась к современности, не потеряв себя. И это, пожалуй, самое удивительное.
В наших турах можно переночевать в настоящей юрте на джайлоо, попробовать кымыз и свежие хрустящие боорсоки с каймаком или медом, покататься верхом и увидеть кочевую жизнь изнутри. Не просто как турист наблюдать это со стороны, а быть уважаемым гостем семьи. Маршруты туров есть на xtravel.kg. Подписывайтесь — расскажем, где в Кыргызстане можно увидеть Млечный Путь невооружённым глазом.
Хотели бы пожить в юрте на высоте три тысячи метров? Или уже пробовали такое?