Отбросить человеческое
Если два солдата окажутся в одной и той же обстановке, у одного будет ПТСР (посттравматическое стрессовое расстройство), а у другого не будет, потому что у них разный внутренний багаж, разный внутренний опыт, разные взгляды на мир. Как писал апостол Павел, любящим Бога всё содействует ко благу (Рим. 8, 28).
В книге протоиерея Димитрия Василенкова и протодиакона Владимира Василика «Путь Архистратига. Преодоление зверя» описываются две концепции воина. Одна концепция — это путь волка: стать «волком», чтобы выжить, то есть адаптироваться к театру боевых действий, но со знаком минус. Отбросить в себе всё человеческое путем негативных практик и действовать на уровне рефлексов.
Но христианскому взгляду очевидно, что если человек однажды стал волком, открыл себя навстречу злу, то стать человеком обратно крайне тяжело. Возможно, поэтому такой высокий процент самоубийств среди тех, кто пошёл этим путём.
Идея денацификации
Второй путь — это путь православного воина — того, кто должен остановить зло, с оружием в руках, там, где требуется, но не пропитаться этим злом самому. Епископ Митрофан (Баданин) говорит, что там, где у человека нет веры, почти неизбежно он скатывается в какие-то зверства, отвечает на них ещё большими зверствами. Можно добавить: если у человека нет веры и этики. Так, у советских офицеров веры не было, но была какая-то этика, а сейчас она стала растворяться.
Если у человека нет той положительной доминанты, с помощью которой он может переосмыслить события, — видя отрезанные головы, он неизбежно скатится. Если у наших воинов не будет той самой положительной доминанты, то, с большей или меньшей степенью вероятности, сталкиваясь с бесчеловечным отношением к людям в лице противников, наши воины также пропитаются этим духом, потому что трудно, борясь со злом, не пропитаться злом. Это хорошо было показано в фильме «Апокалипсис сегодня».
У наших военнослужащих тоже популярны идеи нацизма, тоже популярна свастика, поэтому идея денацификации — это тема, требующая уточнения, потому что даже в России это популярно. Это как раз и есть путь волка: стать сильным, стать зверем…
Четыре фактора
Конкретный пример воинов, избежавших ПТСР, приводит Джудит Герман в книге «Травма и исцеление». Она рассматривает данные исследования, в котором участвовали ветераны Вьетнама без ПТСР. То есть они прошли войну, но никакого посттравматического стрессового расстройства у них не было. Обнаружилось, что всех этих ветеранов на войне объединяло четыре фактора.
Во-первых, эти солдаты не участвовали в зверствах ни по отношению к живым, ни по отношению к умершим, у них не было расчеловечивания противника.
Во-вторых, они не ощущали себя «песчинкой в адском котле», у них была какая-то точка зрения сверху, они понимали, что не могут остановить войну, но могут быть ответственными в своей ближайшей зоне — сохранять человеческие отношения в своём окопе, в своём отряде и т. д.
В-третьих, они понимали меру своей ответственности, у них была совесть, они понимали, что если сейчас ситуация аномальная, то это не значит, что можно вести себя аномально и орать на своих подчинённых.
И, в-четвёртых, они заботились друг о друге. Всё это очень важно, потому что человек, ощущающий себя объектом, песчинкой, видя катастрофические изменения вокруг, начинает ужасаться, потому что у него нет никакой осмысленной позиции, взгляда «сверху». Другое дело, если человеку привить мысль: хоть ты и не можешь остановить эту войну, но в зоне твоей ответственности хотя бы не терроризировать своих подчинённых, детей, свою жену, и этот фактор заботы о ком-то другом поможет тебе самому справиться с критической ситуацией.