Лет десяти меня отправляли к бабушке. Каждое лето. Без вариантов.
Там был Лёха. Рыжий, веснушчатый, на год старше меня. Жил через два огорода. Утром стучал в окно раньше, чем я успевал позавтракать. Однажды бабушка дала нам задание: набрать ведро смородины. Серьёзное задание. Ответственное.
Мы старались. Честно. Просто ягоды были такие спелые, что сами просились в рот. К тому моменту как бабушка вышла проверить — ведро было наполовину пустым, а мы наполовину чёрными от сока.
Она посмотрела на ведро. Потом на нас. Потом снова на ведро.
«Коля, это смородина или вы смородина?»
Мы засмеялись. Она тоже, хотя старалась не показывать. Всё равно заставила дособирать до краёв — но пока мы возились, рассказывала про войну. Тихо, без надрыва. Просто рассказывала.
Потом отпустила на речку. «Бегите уже, черти».
Я до сих пор помню запах той смородины.
Советская дача — это не то что сейчас называют дачей.
Никаких барбекю и надувных бассейнов. Шесть соток земли, деревянный домик в две комнаты, печка которую надо было топить даже в июне если холодало. Запах старого дерева, керосиновой лампы и чего-то сладкого с плиты — он у меня до сих пор где-то в голове сидит.
Вставали рано. Огород не ждал. Картошка, огурцы, помидоры, лук — и обязательно смородина или крыжовник вдоль забора. Бабушки и дедушки относились к этому серьёзно. Не как к хобби — как к делу. Потому что это был реальный запас на зиму.
Варенье варили в большом тазу. Медном — тяжёлом, с чёрными пятнами от огня.
Бабушка стояла над ним с деревянной ложкой и помешивала. Долго. Пена снималась аккуратно, почти ритуально. На кухне было жарко и сладко так, что голова кружилась. Потом банки. Закатка. Подвал.
К зиме там стояло штук тридцать — малина, клубника, смородина, огурцы, помидоры. Это было что-то вроде гордости. Посмотришь на полки — и спокойно на душе.
Про удобства отдельная история.
Туалет — на улице. Деревянная будка в углу огорода, с дыркой в доске и журналом «Огонёк» вместо бумаги. Зимой туда не ходили без нужды. Летом — привыкали быстро.
Душ — летний, из железной бочки на столбах. Бочку грела солнцем. К вечеру вода была горячая. Стоишь под ней, смотришь в небо — и никакого спа не надо.Казалось бы — неудобства. А вспоминаешь как-то тепло.
Не знаю. Может дело в том, что там никто никуда не торопился.
Вечером садились на крыльцо. Пили чай с вареньем. Слушали как стрекочут кузнечики. Дедушка курил трубку и молчал — и это было нормально, молчать вместе.
Никаких телефонов. Никаких уведомлений. Просто вечер, сад и люди рядом.
Вот этого, наверное, и не хватает.
А у вас была дача? Или деревня, бабушка, свой Лёха через два огорода?
Напишите в комментариях — читаю каждый. Интересно у кого какие воспоминания остались.
Николай 👋