Глава 41
Год спустя
-Эй, молодая, симпатичная, давай погадаю, - молодая красивая цыганка с развевающимися на ветру черными как смоль волосами стояла уперев руки в бока, и глядя на молоденькую студентку - всю правду скажу. Поверь! Не бойся меня! Э!
- Мне не надо, - растерялась девушка, боязливо оглядываясь. Мимо них шли люди, много людей, почему эта цыганка прицепилась прямо к ней? В глазах что ли что-то увидела? Рядом с ней стояла светловолосая девочка с голубыми глазенками.
-На мороженое ребенку дай, - вкрадчиво сказала Патрина, - всю правду тебе скажу, светлый путь нагадаю…
Как завороженные люди шли гадать к Патрине. Она изменилась, поднаторела в гадании, развивая внутри себя то новое чувство, которое обрела. Гадала она на семью, на любовь, на работу, словом, на все, что было интересно любому человеку.
- Только гадание нужно прикупить, - говорила она, - тогда карта правильная ляжет. Ты положи сюда денежку…
Люди расставались с деньгами по-разному. Определенной таксы не было, Патрина всегда брала сколько дают, не тянула с людей лишнего. Никого не обманывала, говорила все, как есть. На кусок хлеба не обижалась, но и богатств не завела. Содержала себя с дочкой и давала родителям. Миша жил с Любой и Владей.
Как и любая профессиональная гадалка, она начинала рассказ с прошлого, потом говорила каждому о своем. О неприятностях, о том, кто уже пережил плохое, потом рассказывала о настоящем, давала советы, как направить свою жизнь в нужное русло.
-Сейчас у тебя в жизни больше суета, чем хорошая жизнь, - сказала она девушке, - а парень твой человек не поганый. Семья у тебя будет с ним.
Довольная девушка даже закраснелась.
Справедливости ради нужно сказать, что все, нагаданное Патриной людям, сбывалось. И хоть немного размыты были эти предсказания, но они были правдивы!
Патрину в городе уже знали. И по субботам в сквере, бывало, даже ждали. Кто - то хотел узнать свою судьбу, кто-то вел подружек, кто-то хотел узнать о своем будущем после того, как бросил муж, кто - то хотел знать изменяет ли ему вторая половинка…
Патрина, в отличие от других «предсказательниц», говорила немного, но зато о самых важных для человека вещах. У людей аж уши загорались, когда они слышали от нее вещи, про которых знали только они.
Жизнь самой Патрины была закрыта от нее.
-Ну что, как сегодня? – спросила Бэла Раду, ее новая подруга. Патрина держала ее на некотором расстоянии, уже наученная жизнью, всего не рассказывала. Боялась кому-то открываться.
Патрина внешне мало изменилась, типичная цыганка - длинная юбка, платок, украшения. А вот по характеру стала жестче, сильнее. Раньше слова не могла сказать, а теперь отвечать за себя научилась. Они и с Бэлой познакомились сначала поссорившись. Гадалок много было, а желающих мало, вот и приходилось бороться за свое место под солнцем, чтобы заработать копейку. Как-то раз только нашла она клиентку погадать, уже повела за собой, а тут вдруг, откуда ни возьмись, эта Бэла нарисовалась, стала переманивать.
-Замен тумару ван!(Знай свое место!) – вспылила Патрина, сверля ее глазами. Так возмутил ее поступок этой бойкой цыганки.
Бэла сразу отошла. Это был внутренний закон цыган, который они до сих пор строго соблюдали. И еще цыгане обходили стороной зеленоглазых, а у Патрины вообще глаза были разного цвета. Ее побаивались, считая настоящей колдуньей. А Патрина только усмехалась, вспоминая, как Капитановна ей рассказывала, что все ведуны всегда были зеленоглазые! Испокон веков! И в первую очередь в старые времена казнили именно зеленоглазых колдунов. Все чаще вспоминала она теперь бабушку…
-Да сегодня что-то мало совсем, - сказала Патрина, - отец опять ворчать будет.
Они сидели в сквере, Злата каталась на качелях. Патрина вздохнула. Вот пошла бы она учиться, сейчас бы уже закончила…Не дали.
-Да кому сейчас нужны эти гадания, в магазинах шаром покати, людям жрать нечего, - сказала Бэла сердито, - уж точно не до нас.
Патрина молчала. Чем ей еще заработать? Воровать и торговать она не хотела. Да и торговля шла не очень - людям все чаще задерживали зарплаты на производствах.
-Самое верное сейчас торговать… - Бэла шепнула ей на ухо. – Мне так сказали. Этот товар спрос найдет всегда!
Патрина в ужасе посмотрела на нее. Ну уж нет. Вон уже, Натан наторговался. По цыганскому радио узнала она, донесли, что и Луиза и Натан угодили все же за свою «деятельность» в тюрьму. Николаю тоже дали срок, только одной Тамаре каким-то образом удалось избежать наказания.
- Злата! – позвала она дочку. Злата спрыгнула с качелей и побежала к матери. – Домой поедем!
-Странная ты, - сказала Бэла, - воровать не умеешь, торговать не хочешь. А жить ты как думаешь? У тебя двое детей!
-Как-нибудь, - сказала Патрина, глядя на приближающийся автобус.
***
Мише исполнился год. Люба наглядеться на него не могла. Такой хорошенький, глазенки черные, как пуговки. Смышленый, шустрый, она не успевала за ним!
Медея тоже родила сына, Львом назвали. Теперь напару с ней, как две наседки, они смотрели за малышами. Во дворе стояла люлька с Левой, накрытая марлей, Миша бегал за курами. Люба присела на лавку отдохнуть. Умаялась сегодня. Корову купили - двое детей в доме! Хлопот прибавилось. Медея только младенцем и занималась, Владя с сыновьями на заработках – нужно было платить за дом, в котором жила Патрина. Помощи никакой.
-Мама, а почему Патрина не заберет Мишу? - спросила Медея, с любовью глядя на младенца, - ведь своя кровь, как же можно? Я бы вот Левушку ни за что не отдала, даже родителям!
-Что тут сказать? – вздохнула Люба. – Не хочет она, и все. Нету тут у меня объяснения…
-И дом вы ей купили, а она как ледяная, - сказала Медея, - никакой благодарности. И еще ребенка спихнула…
Отношения у снохи с Патриной не сложились.
Люба, внезапно вспомнив свадьбу дочери, почувствовала укол в сердце. Виноваты они перед ней все одно…Учиться не дали, замуж выдали почти насильно…Вот и пожинают теперь…
Ни в какую Патрина не хотела забирать сына. По - прежнему жила со Златой. Общалась с ними редко, старалась не заходить к родителям лишний раз, деньги только приносила, долг свой чувстовала. Люба очень переживала. А если, не дай Бог, что с ними случись - что будет с Мишей? Кому он нужен? В детдом? Она от души надеялась, что в один прекрасный день у Патрины проснется материнское чувство.
-Завтра пригляди за малышами, - только и сказала Люба, - Владя сегодня поросенка завалит – завтра с утра на рынок везти.
Медея, скривившись, все же согласилась, выбора у нее не было.
***
Вечером раздался стук в дверь и детский плач. Патрина заторопилась открыть. Что-то случилось? Ее уже несколько дней не покидало чувство какой - то неясной тревоги.
За дверью стоял Сандро, держа на руках ревущего Мишу. Он протянул ей ребенка:
-Забирай своего, - срывающимся голосом сказал он, - некому больше смотреть за ним, у нас свой…
Ничего не понимающая Патрина прижала к себе ребенка. Она испуганно смотрела на брата, и не решалась спросить...
-Погибли родители, - сказал Сандро, вытирая слезы, - нет их больше…На мотоцикле разбились…
Патрина опустилась на колени и завыла.