Сижу на "скамейке Вадика" в Заокском, жду жену (пошла в Пяторочку) и думаю о том, какой была для меня прошедшая неделя - подвожу итоги. И подумал - запишу-ка я свои мысли, когда приду домой. А может даже я буду иногда вот так садиться на скамейку Вадика, делать для себя краткий итог недели и делиться с вами некоторыми эпизодами нашей жизни. Как вам такая идея? Рубоика? На скамье Вадика.
Но прежде должен сказать несколько слов о Вадике и его скамейке, на которой я сижу, когда мы приходим в наш городок. Вадик на днях ушел из жизни. Мы знали его десятки лет. Знал его весь Заокский и сотни и тысячи москвичей, которые летом наполняют наш поселок. Он не был бездомным - у него была квартира. Не был сиротой - у него была мама, которая не так давно ушла из жизни. Не был он и "дурачком", за которого его некоторые принимали. Он был просто очень-очень добрый, духовно чуткий человек.
Когда много лет назад я был в Заокском пастором молодежной церкви Вадик часто, практически каждую неделю приходил к нам и мы вмести пили чай, ужинали, говорили. Он был, что называется, "простым" человеком - добрый, открытый взгляд, всегда говорил честно, просто, что Бог на душу положит. Такими на Руси раньше были святые юродивые, и Вадик был как будто современным юродивым. Он всегда ходил с большими пакетами с едой, кормил окрестных голубей и собак, кушал сам сидя на скамейке. Тут их много в Заокском - скамеечек, где он сидел, но есть две, где его найти можно было почти всегда.
Вадик был единственным человеком в Заокском, который сказал мне, что он знает, что с моим сыном - все хорошо, что ему хорошо, что он занят теперь у Бога важным трудом, и Вадик даже сказал каким именно. И он сказал именно то, что было открыто нам другими людьми, за тысячи километров от Заокска. Он был единственный в нашем городке, кто при встрече говорил мне про Акима, передавал от него привет, говорил, какой он добрый и хороший, и каким важным делом занят.
Кто-то скажет - ну, что взять с дурачка... Ведь в Заокском много важных богословов, есть даже доктора наук. Они должны лучше знать. Но ни один из них не сказал мне о нашем сыне ни слова! Меня давно стали избегать старые друзья - преподаватели богословия, пастора... И это даже хорошо - я нуждаюсь в свободном пространстве, в свободном полете. Но Вадик мой полет духа не стеснял и не судил. И, возможно, он был единственным в Заокском, кто это делал. Знаете ли вы, как много это значит? Как оказалось - гораздо больше, чем докторские степени. Честность, простота, доброта и вера - вот чему надо было бы людям поучиться у Вадика.
Он каждое утро приходил сюда, на скамейку перед магазином, или на скамейку за ДК, и сидел со своими пакетами, здоровался с людьми. Мы всегда подходили к нему с собачкой, говорили, и его добрые глаза часто увлажнялись при этом. А теперь его не стало тут. Но скамеечка осталась. Я хочу сделать на нее особую табличку - "Скамейка Вадика" - и сделаю это. Будет людям память.
А я буду приходить на эту скамеечку с собакой, буду сидеть и подводить честные итоги недели. Это будет для меня такая скамья исповеди. И вот первая из них.
Исповедь за неделю
Итак, в самом начале недели я пришел утром в семинарию, которую я когда-то строил и в которой учился и преподавал - пришел, как обычно, позаниматься на турнике, который сделал во дворе один из моих бывших студентов, гимнаст. Очень удобный турник, я хожу к нему практически каждый день. Прямо передо мной - НУК (новый учебный корпус) в который я не заходил уже года два. Последний раз я заходил в него, когда меня вызывали на "собеседование" - то есть объявить мне в очередной раз, что мне по непонятным причинам запрещено преподавать, проповедовать, выступать в моей родной семинарии и на всей территории России. Это нормально, я все принимаю, никаких обид, просто констатация факта.
Так вот, года два я не заходил внутрь семинарии, а тут решил - дай-ка зайду. Захожу, там мои возлюбленные коллеги, старые друзья, посвященные служению люди. Десятки лет знаем друг друга, учились вместе и преподавали в одних и тех же университетах по миру, вместе со мной. Достаточная рекомендация? Как дела? Заняты. Вылетают вечером на конгресс креационистов в Молдове. Креационисты - это ученые, верящие в Бога как Творца, верящие, что мир сотворен. Замечательно.
Вот справочка: 23 ноября 2024 года в Кишинёве состоялся конгресс по креационизму Униона церквей Молдовы (УЦМ) на тему «Наука и религия». Основными спикерами этой встречи были доктор богословия Евгений Владимирович Зайцев и доктор физико-математических наук Алексей Валерьевич Попов. Это мероприятие собрало полный зал участников всех возрастов, особенно привлекая молодёжь. Фото выше.
Я и говорю: а у меня как раз есть подарочек для этого конгресса! Это мой фильм "Стена", над которым работал десять лет. Когда люди узнают о Стене - все станут креационистами, все поверят в Бога. Эта Стена, говорю, громче всяких слов провозглашает ангельскую весть, которая совершенно (!!!) изменит мир! Возьмите этот Подарок, поделитесь им!
Теперь внимание, вопрос (напишите, пожалуйста, ваше предположение): взяли мой подарок на эту конференцию, или нет? Как вы думаете? Конференция уже закончилась, и уже можно говорить об этом. Напишите. А я потом узнаю (я сам не знаю) и скажу вам.
На той же неделе (речь идет о прошедшей неделе) в Заокский приехало множество замечательных, светлых молодых людей со всей России, которые занимаются медийным служением - ну, чем-то вроде нашей Открытой Семинарии. Некоторые из них, самые старшие - в прошлом мои студенты. Остальные не знают меня. Не знают, что я был по факту первым человеком в СССР, который начал официально медийное служение в 1989 году изданием газеты "Слово примирения", которая распространялась на всей территории СССР. С тех пор, несколько десятилетий, я занимался медийным служением через телевидение, радио, интернет и т.д. Открытой Семинарии - и то уже почти 11 лет. Достаточная рекомендация? Естественно, я предложил хотя бы упомянуть на этом Конгрессе обо мне и о Стене.
Теперь внимание, вопрос: взяли меня или мой подарок на эту конференцию, или нет?
А еще на днях я встретил пастора Заокской церкви, тоже моего бывшего студента и прекрасного человека, и спросил его: можно ли мне будет в какой-то комнатке хотя бы маленькой показать про "Стену"? Прежде него пастором в Заокском являлся я. Достаточная рекомендация?
Теперь внимание, вопрос: приняли мой подарок в церкви, или нет?
Заканчиваю здесь свою исповедь. На скамейке Вадика врать невозможно, ни себе, ни другим. А вы что об этом думаете, возлюбленные друзья? Может я правда как Вадик - "простой"?