Вы когда-нибудь задумывались, почему вообще что-то существует? Не как устроен мир, а почему он просто есть? Эта мысль, от которой слегка ломит в висках, мучила ещё древних греков. И они придумали логическую цепочку, которую спустя тысячи лет неожиданно поддержала наука.
Речь о космологическом доказательстве бытия Бога. Давайте разберем его без скучной схоластики, за 5 минут.
Первым на этом поле выступил Аристотель. Он заметил простой бытовой факт: ничто не движется само по себе. Камень летит, потому что его бросила рука. Рука движется, потому что сократились мышцы. Мышцы — потому что поступил нервный импульс.
Если мы будем идти по этой цепочке причин назад, у нас есть два варианта:
1. Уйти в бесконечность (дурную, по мнению греков).
2. Признать, что существует некий Неподвижный Перводвигатель — то, что запустило процесс, но само не имеет внешней причины.
Аристотель сказал: бесконечность непознаваема, а значит, её как бы и нет. Должно быть начало. Точка.
Византийский взгляд: всё течет
В VII веке Иоанн Дамаскин повторил эту мысль, но с другого бока. Он обратил внимание на изменчивость.
Всё вокруг меняется: стареет, рождается, умирает. Если мир изменчив, он явно не вечен и был сотворен. А раз был сотворен, значит, должен быть Творец. Если и Творец сотворен, то нужен еще один создатель, и так до бесконечности. Следовательно, должен быть некто несотворенный и неизменный — то, что мы называем Богом.
Казалось бы, просто. Фома Аквинский в XIII веке окончательно оформил это в знаменитые «пять доказательств». Мир держался за эту логику как за гранитную скалу… пока не пришли Кант и Юм.
Крушение авторитета
В XVII-XVIII веках «график» популярности этого аргумента рухнул. Дэвид Юм и Иммануил Кант нанесли тяжелый удар.
Кант сказал: «Господа, причинность работает только внутри нашего чувственного мира. Мы видим, как падает костяшка домино в материальной вселенной, и ищем соседнюю. Но мы не имеем права выпрыгивать за пределы мира и применять эту логику к мирозданию в целом. Это спекуляция».
Атеистическая наука XIX века довольно потирала руки: законы природы прекрасно описывают всё, никакой Первопричины не нужно.
Взрыв, который всё вернул
А потом наступил XX век. И тут случился курьез. Наука, которая пыталась похоронить Бога, неожиданно подтвердила правоту Аристотеля.
Космологи открыли, что Вселенная не вечна. У нее было начало — Большой взрыв. Согласно инфляционной теории, всё возникло из сингулярности — точки абсолютной простоты, так называемого «ложного вакуума». Стивен Хокинг называл это моментом, когда законов природы еще не существовало. Там не было ни материи, ни пространства, ни времени.
И вот тут самый каверзный вопрос: а какова причина Большого взрыва?
Если до этого не существовало ничего — ни материи, ни законов физики, — то чистое небытие не могло просто так «передумать» и стать бытием.
Физик Пол Дэвис сформулировал это честно и провокационно: «Тысячелетиями человечество верило в то, что «из ничего не родится ничто». Сегодня мы можем утверждать, что из ничего произошло все. За Вселенную не надо «платить» — это абсолютно «бесплатный ленч»».
Парадокс «бесплатного ленча» снова ставит нас перед выбором: либо поверить в чудо самозарождения из пустоты (что противоречит даже научной логике), либо признать, что у этого процесса был Инициатор, существующий вне времени и пространства.
Вывод
Космологическое доказательство не навязывает религию, оно решает логический тупик. Маятник качнулся: скептицизм Канта был остроумен, но теория Большого взрыва (рождения времени из ничего) снова сделала вопрос о Первопричине крайне актуальным.
Возможно, Аристотель был не так уж и наивен, когда говорил, что бесконечно задавать вопрос «почему» нельзя. Где-то должна стоять точка — или мы никогда не поймем, как начался этот фильм.