Исчезновение семьи Усольцевых всё больше напоминает деловую ловушку, а не несчастный случай. И вот прояснился факт, который, судя по всему, тщательно скрывали.
С момента исчезновения в красноярской тайге Сергея, Ирины и маленькой Арины Усольцевых прошло больше полугода. Снег ещё не сошел, но информационная картина дела, словно весенний лед, трескается, обнажая темную воду. Версия о роковом стечении обстоятельств, столкновении с медведями или падении в каменный курумник трещит по швам. Всплывающие детали рисуют совсем другую реальность: глава семейства отправился в поход не по диким дебрям, а прямиком во владения бывшего делового партнера и директора турбазы, где ночевала семья. И, судя по всему, этот визит был далеко не туристическим.
Территория без свидетелей
Первый и самый серьезный «подводный камень» вскрылся, когда журналисты попытались искать технические зацепки. На вопрос о том, могли ли фотоловушки зафиксировать передвижение семьи на маршруте к скалам Мальвинка и Буратинка, последовал неожиданный ответ от инспектора Госохотнадзора Евгения Ногина. Выяснилось, что искать следы там практически невозможно по юридическим причинам.
«Там частные охотничьи угодья»,
— отрезал Ногин.
Это признание переворачивает восприятие трагедии. Усольцевы пропали не в «ничейной» сибирской глуши, а на строго охраняемой коммерческой территории. Зона поисков — это огромный латифундийный надел площадью около 85 тысяч гектаров, на 49 лет переданный в долгосрочное пользование конкретным бизнес-структурам. Лес, в котором затерялись люди, имеет конкретных хозяев.
Паутина «старых связей»
С кем же в тот роковой день на узкой тропе или в глухой чаще теоретически могли пересечься Усольцевы? Судя по учредительным документам, круг лиц предельно узок и хорошо знаком пропавшему бизнесмену. Здесь мы видим второй, куда более опасный камень — конфликт интересов и «старые связи», превратившие отдых в деловую миссию.
Схема владения территорией выглядит как запутанная головоломка. На местности хозяйничают две компании: «Фирма Рэгги» и «Ангул». Изучение их бенефициаров в ЕГРЮЛ заставляет взглянуть на «пропажу» туристов совсем под другим углом:
1. Хозяин ночлега. Среди учредителей «Фирмы Рэгги» значится Евгений Кудряшов. Это тот самый директор турбазы «Геосфера», где семья провела свою последнюю ночь. Получается, Кудряшов — не просто администратор гостевого домика, а человек, напрямую контролирующий угодья, куда наутро направились постояльцы.
2. Бывший компаньон. Компания «Ангул» аффилирована с золотодобычей, и её бывший учредитель — Александр Кучеров. Именно он в прошлом являлся бизнес-партнером Сергея Усольцева. Более того, Кучеров и сейчас остается владельцем компании «Альф-Красноярск», чьи угодья на 37 тысяч гектаров раскинулись в том же Партизанском районе, неподалеку от злополучного Кутурчина.
Совпадение поистине мистическое, если верить в случайности. У Усольцева, мягко говоря, было не так много соучредителей по бизнесу. И он с женой и ребенком едет «на отдых» именно в место концентрации власти и капитала своего бывшего партнера.
Баня с двойным дном: Отдых или переговоры?
История с баней, которая с самого начала вызывала вопросы, теперь приобретает статус ключевой улики. Изначально администратор базы Денис Торн отрицал, что Усольцевы заказывали баню в «Геосфере». Однако позже директор Евгений Кудряшов в федеральном эфире признал: баня была. Но не общая, туристическая: Кудряшов лично топил для семьи свою личную баню в собственном доме.
Это момент истины. Усольцевы приехали в Кутурчин не как простые транзитные туристы. Их принимали в частном доме руководителя территории. Там, в жарком пару, вдали от посторонних глаз, вряд ли обсуждались грибные места и красоты тайги. Следователи и журналисты всё увереннее говорят о деловой цели визита.
Возможно, за одним столом с Кудряшовым и Сергеем Усольцевым сидели и другие неофициальные «хозяева» Партизанского района — бывший партнер Александр Кучеров и золотодобытчик Андрей Басманов (владелец вертолета). Если Усольцеву требовалась срочная помощь или он хотел решить некий застарелый деловой конфликт, он обратился именно к ним. Выехав утром 28 сентября в горы, он, по сути, отправился инспектировать или обсуждать что-то на землях, подконтрольных этим людям.
Что дальше?
Несмотря на густой детективный туман вокруг пропажи бизнесмена с женой и дочерью, подготовка к новому масштабному выезду поисковиков (запланированному на конец мая — начало июня, после схода снега) придерживается, казалось бы, бытовой версии. К операции обещают привлечь инспекторов Госохотнадзора и местных охотников, которые знают ландшафт этих частных угодий.
Однако эксперты, включая того же Ногина, пессимистичны. Приоритетной версией официально остается несчастный случай в курумнике — труднопроходимых каменных завалах. «Они глубоко в курумнике, — считает охотинспектор, — а туда обычным людям заходить незачем».
Логика следствия предполагает, что семья, спасаясь от замеченных в округе медведей, могла уйти в скалы, соорудить укрытие и там погибнуть из-за проблем со здоровьем у главы семейства или травм. Эта версия объясняет, почему до сих пор не найдено никаких следов, в том числе и ДНК на обнаруженном шнурке. Но она абсолютно никак не объясняет контекст «частных угодий бывшего партнера» и «личной бани».
Сейчас тайга ещё держит оборону сугробами по колено, но с наступлением тепла на поиски выйдут и собиратели черемши, и добровольцы. Вопрос в том, что они найдут в этом лабиринте: случайно сорвавшихся в расщелину туристов или следы сложной игры, в которой природа стала лишь немым соучастником и идеальным местом для преступления, где у леса есть конкретные фамилии владельцев.